Браслет
Шрифт:
Настя покачала головой:
– Ай, мужики!..
Санька насмешливо покосился на неё:
– Ну а ты бы на её месте поверила, если б всё, как есть, выложить?
Настя задумчиво посмотрела в окно:
– Наверное, нет...
– Вот то-то и оно!
– Он протянул мне руку: - Давай, пойду я.
Я вскочил со своего ложа:
– Пойдём, хоть до двери провожу.
– А что, уже всё?
– удивился Санька, одеваясь.
– Ведь только что без сознания валялся?
– Ну-дык! И снова к подвигам готов!
– Я те дам - "подвиги"!
– хлопнула меня Настя по спине.
– Ишь, доверили игрушку! Одни неприятности!
– Ну почему же? Разве нечего вспомнить хорошего?
– Это мы обсудим чуть позже, - она обхватила меня сзади руками и положила голову на плечо.
– Ну, это... я пошёл, - вздохнул Санька, ещё раз пожал мне руку, кивнул Насте и скрылся за дверью.
– Ну и что за вопрос ты хотела со мной обсудить?
– прищурился я, поворачиваясь к Насте.
Она прильнула ко мне:
– "Какой"-"какой"!
– И жарко выдохнула: - Соскучилась я!..
*****
– Батюшки-светы!
– тётка удивлённо всплеснула руками, когда, открыв дверь, увидела нас на лестничной площадке.
– Это на каком же самолёте ты летел? Ещё и телеграмма не дошла, а он уже здесь!
– На ракете!
– улыбнулся я, целуя её в щёку.
– Вот, познакомьтесь: это Настя, моя невеста!
Обалдевшая тётка посмотрела на меня долгим взглядом, как будто спрашивая, в своём ли я уме? Потом перевела взгляд на мою избранницу и отступила вглубь прихожей:
– Проходите...
Я взял за руку вмиг оробевшую Настю и вошёл в квартиру.
"Не трусь!" - подбодрил я её и легонько сжал чуть дрожавшую ладонь.
– Ну-ну, дайте же на вас посмотреть...
Тётка щёлкнула выключателем и воззрилась на покрасневшую и потупившуюся Настю.
"По улицам слона водили..." - услышал я её смущённую мысль.
"А ты как думала?
– ответил я ей тем же макаром.
– Через это всё равно когда-нибудь надо пройти, так лучше уж сразу и вот так, откровенно, чем тайком и за спиной. М?"
"Тебе виднее..." - неопределённо отозвалась Настя, и я услышал довольную тёткину мысль:
"А ничего дивчина! Поглядим, какой на деле окажется!"
"Слышала?
– улыбнулся я ободряюще.
– Не ударь в грязь лицом!"
"А что я должна делать?" - ещё больше смутилась Настя.
"Быть самой собою!
– увернулся я.
– А вообще - ситуация подскажет".
– Чего это вы переглядываетесь?
– прервала тётка затянувшуюся паузу.
– Небось, думаешь, что это она меня, как вещь, разглядывает?
– спросила она довольно дружелюбно.
– Просто мне не всё
Настя залилась краской пуще прежнего и ничего не ответила.
– Ладно-ладно!
– рассмеялась тётка и ласково обняла её за плечи. Потом помогла раздеться и повела в комнату.
– Вы тут пока посидите, а я сейчас. Честно сказать, не ждала я вас так рано. Даже прибраться не успела.
Она вышла на кухню, а я ей вдогонку крикнул:
– А где же всё семейство?
– Ну как "где"?
– отозвалась тётка, гремя посудой.
– Батька - на буровой. Уже вторые сутки не вылазит: авария у них там. Подняли прямо среди ночи. Санька - с друзьями где-то шаблается, а Лёля - в школе. Не волнуйся - скоро все будут в сборе!
– Потом, немного помолчав, спросила сквозь шум воды: - Так на чём же вы ехали?
– На самолёте!
– соврал я.
– На ковре!
– Не поняла, - тётка выглянула из-за косяка двери.
– На самолёте, говорю!
– Да вы обалдели!
– всплеснула она руками.
– Это ж такие деньги!
– Ну так и что ж?
– скроил я важную физиономию.
– Разве мы не можем себе этого позволить?
Тётка смерила меня насмешливым взглядом и покачала головой:
– Петух гамбургский! Распустил перья перед девушкой, деньгами сорит! А потом что? Лапу будете сосать?
– Не извольте беспокоиться!
– откозырял я и плюхнулся на диван рядом с притихшей Настей.
– Заработаем! Мы ведь за этим и приехали!
– Н-да...
– Выражение глаз тётки изменилось, появилась в них то ли тревога, то ли досада, я не разобрал. Она повернулась уходить и нарочито бодрым голосом скомандовала: - Настёна! Ну-ка, помоги мне на кухне!
Та подскочила, как ужаленная, а я легонько шлёпнул её по заднице:
– Дерзай!
– Да ну тебя!
– сверкнула она глазами, оправляя платье, и поспешила на зов.
Уж не знаю, о чём они там "гутарили", как любит выражаться та же тётка, но вернулись они в комнату довольные друг другом и каждая со своим подносом.
Тётка была в своём репертуаре: шебутная, весёлая, невооружённым глазом было видно, что делает она это искусственно, но, странное дело, напряжения не чувствовалось. Наверное, потому, что желание любой ценой создать у нас хорошее настроение принималось нами с готовностью.
– Ну, чем, как говорится, богаты!
– Она поставила на стол свой поднос и принялась над ним колдовать.
– Вот конфеты, вот сыр, сметана, сейчас блинчики подоспеют! Небось, проголодались с дороги-то?
– Не успели, - улыбнулся я, наблюдая за Настей.
Взгляд тётки остановился на мне и она удивлённо спросила:
– А вы что, так налегке и приехали?
– Что значит "налегке"?
– прикинулся я, а внутри отхлопал себя по ушам: "Балбес ты, Шарик! О вещах-то и не подумал! Путешественник хренов!"