Браслет
Шрифт:
– А что здесь такого?
– Она вовсе не разделяла моего восторга.
– Да ты хоть понимаешь, что это такое?!
– Я поймал себя на том, что почти кричу.
Она поморщилась:
– Смутно...
– Это же способность летать без каких бы то ни было приспособлений! Вот что это такое! Как во сне: оттолкнулся и - полетел!
– Н-да?
– неопределённо покосилась она, явно не разделяя моей радости. Скорее, даже наоборот.
–
– Я бережно снял Настину голову со своих коленей и обратился к браслету: - Сезамчик, миленький, а как это делается?
"Миленький" погасил список и высветил другую надпись:
"Надо только представить".
– Понял, - кивнул я и зажмурился, силясь вообразить себя поднимающимся в воздух.
И тут произошло то самое невероятное, много раз виденное мною во снах, вызывавших лишь тоскливую зависть наяву: я почувствовал, что земля уходит у меня из-под ног!
Я открыл глаза: действительно, местность плавно уходила вниз. Настя в прежней позе сидела на песке, чуть откинувшись назад и опёршись на руки, и напряжённо следила за мной.
Моё вознесение было настолько нереальным, что я вздрогнул, как это бывает во сне. Но не проснулся и не упал с кровати - подъём продолжался. Сердце сладко замирало.
Я поднялся уже метров на двадцать, когда снизу послышался жалобный голос Насти:
– Миленький, ну не надо!.. Страшно мне!..
"Ну и ладно, - удовлетворённо подумал я.
– На первый раз достаточно".
Ноги мои мягко коснулись песка точно в том же месте, откуда начался взлёт. Настя вскочила и, как безумная, кинулась мне на шею, крепко сжав в объятиях.
– Я так испугалась!..
– дрожащим голосом пробормотала она чуть слышно.
– Глупенькая, что ж тут страшного?
– Я гладил её по спине, всё ещё переживая сладостное ощущение от полёта.
– Ведь это так здорово!
– Нет-нет-нет-нет!
– трясла она головой, прижимаясь ко мне всем телом.
– Не бросай меня здесь одну!
И тут мне захотелось поозорничать.
– Хорошо, - сказал я и, проведя руками вниз по её спине, подхватил под ягодицы. Она послушно обхватила меня ногами, истолковав мои намерения несколько своеобразно. Но у меня и мыслях не было ничего такого. Я подал команду браслету, и в таком интересном положении мы взмыли ввысь. Настя испуганно взвизгнула и, затаив дыхание, ещё крепче прижалась ко мне.
Горячий ветер засвистел у нас в ушах. Я направил полёт в сторону моря. Сначала мы летели на большой высоте, метрах в пятидесяти над водой. Потом повернули к берегу и понеслись над ней, распугивая чаек и едва не цепляя за гребешки волн. Ближе к побережью вновь набрали высоту, чтобы не разбиться о скалы, подковой огибающие облюбованное нами место.
И только тут я обратил внимание, что тело Насти бьёт крупная дрожь.
– Тебе холодно?
– спросил я, сбавляя скорость.
–
Н-нет..– тряся головой, выдавила она из себя через силу.
– Я б-боюсь!..
Я совсем остановился и мы неподвижно зависли на большой высоте над диким нагромождением прибрежных скал.
– Чего ты боишься?
– Я ласково заглянул ей в глаза и поцеловал в крепко сжатые губы. Но ласка не подействовала. Тело её продолжало сотрясаться и глаза, неотрывно и напряжённо смотрящие прямо на меня, ничего, кроме страха не выражали.
– В-выс-соты б-боюсь!..
– страшным шёпотом выдохнула она.
Я понял, что сотворил очередную глупость. Мог бы для начала и поинтересоваться. Тупица!
Я стал медленно опускаться, крепко обнимая драгоценную ношу.
И вот наконец я почувствовал, что прочно стою на песке. Но Настя продолжала висеть на мне, крепко вцепившись руками и обхватив ногами.
– Настенька, - шепнул я ей на ухо, - всё, мы уже на земле!
Но она только дёрнула плечом, не собираясь отпускать меня из своих объятий. Требовался эмоциональный допинг положительного качества.
Сев с нею на песок, я стал покрывать её лицо поцелуями и ласкать руками её напрягшееся тело. Постепенно дрожь утихла, Настя моя оттаяла и, подставив мне полуоткрытые губы, всё так же молча легла на спину, увлекая меня за собою...
*****
– Ты, пожалуйста, так больше не шути, - серьёзно сказала Настя, сидя на песке и пытаясь привести причёску в порядок.
– А то у меня от таких сюрпризов может сердце разорваться.
– Прости дурака, - погладил я её по спине.
– От радости в зобу дыханье спёрло.
– Радость!
– язвительно хмыкнула она.
– Сколько себя помню, - оправдывался я, - всегда мечтал о таком полёте. Я и во сне часто летаю. Да только вздрагиваю и просыпаюсь. Вздрагиваю, скорее всего не от страха, нет. А от переполняющей душу радости. Однако, просыпаюсь и охватывает жуткое разочарование. И вот теперь, когда вдруг выяснилось, что я в состоянии воплотить свою мечту наяву, я просто потерял голову. Тем более, - опять стал я оправдываться, - ты сама сказала, чтобы я тебя одну не оставлял...
– Ты меня неправильно понял. Кататься я вовсе не собиралась. Я высоты страх как боюсь!
– А как же полёт в Подмосковье? Да и сюда? Я что-то и тени страха не приметил.
– Ну так это ж совсем другое дело!
– проговорила она уже совсем другим голосом, в котором была уверенность.
– Там я точно знала, что никуда не лечу, а сижу дома. Это ж ведь как по телевизору. Да и привыкла я уж к таким-то путешествиям.
Я улыбнулся. Как же быстро человек ко всему привыкает! Даже к таким вот чудесам. Что уж там говорить о Насте, она давно живёт этим, но вот я и то уже сжился с ощущением своей полной защищённости и безнаказанности. А ведь я ещё и не все свои возможности знаю.