Битва свадеб
Шрифт:
На секунду их глаза встретились в зеркале. Мелани как будто хотела что-то сказать. Для Теннисон было самое время попросить прощения. Признать, что ей не следовало так поступать тогда. Она открыла рот… Однако во взгляде бывшей подруги что-то промелькнуло, и он снова стал суровым. Момент был упущен.
Мелани отвернулась.
– Будут и другие вечеринки с подарками. Мои подруги по книжному клубу и несколько мам из родительского комитета тоже что-то готовят.
– Да, знаю. Марк сказал, что одна из подруг Эммы звонила по поводу девичника, и у него уже есть для этого отличная идея. – Теннисон коснулась язычка «молнии» сзади. – Не поможешь?
Мелани молча протянула
Вот чем они стали теперь – две бывшие подруги, которым уже не найти дороги назад, к тому, что между ними было. И все из-за мужчины. И из-за самолюбия. Из-за того, что одна из них разрушила их дружбу словами, которые никогда не должны были быть произнесены.
Теннисон не могла этого изменить. Как бы сильно ей ни хотелось.
Глава 11
Мелани сидела в машине у дома матери, посматривая на часы в телефоне и барабаня пальцами по рулю. Садовник вырывал неопрятно выглядевший львиный зев – это нужно было сделать еще несколько недель назад, – и высаживал взамен ярко-красные бегонии. Июньское солнце начинало активно припекать, напоминая, что перед поездкой к морю через несколько дней надо купить крем от загара. Не хватало еще появиться на празднестве красной как омар.
Бикини своего размера на распродаже найти не удалось. Пришлось платить полную цену за дурацкий закрытый купальник, чтобы было в чем ходить на пляж. Мелани, правда, не чувствовала особой вины – предыдущий она покупала целых пять лет назад, и он уже потерял товарный вид. Счет по кредитке в этом месяце выйдет просто астрономический из-за платья от Каролины Эрреры, привезенного из Далласа, но, черт побери, надо же и на себя иногда тратиться! Разве она не заслужила? Да и какой прок копить деньги, если все, что они с Китом сохранят, потом бездумно растратят дети?
Где же Хиллари? Мелани посигналила. В два часа их ждал Марк Мэллоу; он и так втиснул дегустацию тортов между парой других встреч и ясно дал понять, что предпочел бы обойтись без задержек.
Наконец дверь открылась, и на пороге появилась сестра – в длинном свободном платье, с завитыми волосами. Ее невероятная худоба всякий раз заставляла Мелани вздрагивать. Хиллари была без сумочки и направилась сразу к водительскому месту. Уже зная, что будет дальше, Мелани опустила стекло.
– Привет! Что-то случилось?
Хиллари огляделась так, будто нечаянно вышла из дома голой, а кусты вокруг кишели папарацци.
– Слушай, тебе, наверное, лучше поехать одной. У меня сегодня какое-то не очень праздничное настроение, боюсь все испортить.
У Мелани все внутри так и упало. Сестра не едет.
– Я не понимаю… Ты ведь хотела побыть со мной и Эммой! Все из-за того, что это дегустация торта?
– Нет, нет…
Хиллари махнула тощей, как лапка паука, рукой. В свете полуденного солнца вид у сестры был совсем изможденный. Прежде роскошные волосы истончились, кости так сильно торчали, что представить больно, как она на них лежит, а некогда ярко-голубые глаза подернулись тусклой пленкой. От Хиллари осталась буквально бледная тень ее прежней. У Мелани сжалось сердце.
– Я бы хотела поехать, просто… Я не могу, Мелли-Джелли. Знаю, ты не поймешь, но…
Сестра смолкла, не находя слов. Мелани тоже не знала, как ее утешить, чтобы та не переживала из-за невозможности показаться на людях.
– Все нормально.
Вранье. Однако злиться из-за того, что сестра не в силах отодвинуть свои страхи на задний план ради кого-то и не
может справиться с недугом, было все равно бесполезно. Высказанное недовольство только еще больше отдалило бы ее от Мелани, а они и так сейчас разобщены как никогда.– Прости, Мел. Правда. Я люблю вас с Эммой и думала, что смогу сегодня выбраться, но я… просто не в состоянии.
Мелани проглотила ком в горле, едва сдерживая слезы. Ей очень хотелось, чтобы Хиллари тоже приняла участие в подготовке, став еще одним буфером против парового катка Теннисон с ее «сногсшибательными» идеями. Надеялась, что сестра примет участие в подготовке свадьбы, что они снова наладят контакт, что совместная работа над чем-то столь важным и памятным поможет Хиллари обрести почву под ногами и придаст желания поправиться. Глупо, конечно, но так хотелось вернуть ее прежнюю!
– Я понимаю. Жаль, что ты не можешь сегодня. Но ведь на праздник в следующие выходные ты придешь? Он будет у Теннисон и… ну ты в курсе…
Та кивнула.
– Да, постараюсь. Насколько я помню Теннисон, людей наверняка приглашена куча, так что на меня никто и внимания не обратит, не заставит почувствовать, будто я в стане врага.
– Мне пора, – заметила Мелани, бросив взгляд на часы на панели. – Я и так уже опаздываю.
– Извини, – проговорила Хиллари, пряча глаза.
Нужно поговорить с матерью насчет того, чтобы провести сестре полное обследование, и убедиться, что та хотя бы посещает психотерапевтические сеансы. Она давно научилась искусно маскировать свои «грешки». Мелани взглянула на костяшки ее пальцев – не видно ли следов, что с помощью них недавно вызывали рвоту, – но отсюда было не понять.
– У тебя ведь все в порядке? – спросила она, включая задний ход. – В смысле, ты же ходишь к доктору Бет?
Лицо сестры приняло знакомое выражение.
– Да. Хватит за меня волноваться. У меня просто небольшая тревожность. Ничего, справлюсь. К следующим выходным все будет в порядке, и я приду на праздник. А теперь поезжай, пока Теннисон не заказала какой-нибудь кошмар со съедобными блестками и живыми голубями внутри.
Мелани заставила себя улыбнуться и, выехав на дорогу, помахала вслед направившейся к дому сестре. Однако та уже закрывала дверь.
Внутри все скрутило от чувства вины и горя. Хиллари явно хуже, и непохоже, что мать уделяет этому достаточно внимания. Еще один пункт в длинном списке забот. Разговаривать с той о сестре всегда было нелегко, каждый раз Мелани чувствовала себя буквально опустошенной. Может, это подождет до возвращения из поездки? Вдруг Хиллари и правда оправится к вечеринке с подарками…
Пятнадцать минут спустя Мелани уже входила в странный офис-беседку Марка.
– Где ты была? – спросила Эмма, поднимая взгляд от какой-то папки – очевидно, с каталогом свадебных тортов.
– Собиралась прихватить твою тетю Хилли, но у нее разболелась голова. – Ну вот, теперь и самой приходится врать про сестру. Просто отлично.
– Ну ладно… Мне хотелось, чтобы она пришла, но ничего страшного. – Дочь слегка улыбнулась, пожимая плечами.
На Марке сегодня были белые льняные брюки, бледно-голубая рубашка с пуговицами на воротнике, нарядная почти на грани с вульгарностью, ярко-розовый галстук-бабочка и канотье. Наряд смотрелся нелепо, но Марку почему-то был к лицу. Теннисон сидела с сыном на кушетке в элегантном коротком шелковом комбинезоне. Эндрю был в своей обычной футболке, спортивных шортах и теннисных туфлях. Его отросшим волосам не помешала бы стрижка, но в целом он выглядел стопроцентным южанином из университетского братства, которым успел стать за годы учебы.