Аркхимир
Шрифт:
– Сложите оружие или всех вас постигнет смерть!
– громогласно, что делало его железный голос еще более угрожающим, молвил хозяин Петры.
– Лорд Разор, - выходя вперед, как можно учтивее обратился к нему я.
– Меня зовут Никк, и я являюсь главой клана Аструм. Возможно, вы меня помните, - я спокойно выдержал пронизывающий взгляд Вершителя.
– Петра окружена моими войсками и во избежание кровопролития - а как видите, мы не убили ни одного из ваших людей, - в подтверждение своих слов я обвел комнату с лежащими без сознания аквильцами.
– Я предлагаю решить все в честном поединке. Только вы и я. Победителю достанется трон Петры. Побежденный же с почестями удаляется, - мне показалось, что из груди лорда вырвался тихий звук, больше похожий на звериное
– Со своей стороны даю благородное слово рыцаря - ни один из членов вашего клана не пострадает и будет отпущен на все четыре...
– договорить я не успел.
Взревев подобно огромному медведю-шатуну, лорд Разор неучтиво перебил мою изысканную речь. Лицо его побагровело, на шее проступили толстые вены, а глаза налились кровью.
– Да как ты посмел, щенок, - яростно выплевывая каждое слово, закричал хозяин Петры, - явиться сюда и ставить мне ультиматум?! Кем ты себя возомнил?! Уж не думаешь ли ты, что я позволю кучке жалких проходимцев безнаказанно вломиться в мою Крепость?!
С каждым словом Разора воздух вокруг меня будто сгущался и, сразу же после гневной тирады, лорд выкрикнул закрепляющую форму заклинания. Разрезав воздух, ярко вспыхнула метнувшаяся угловатой змеей молния и... тысячами крошечных огней рассыпалась в ярде передо мной - щит Мелиора появился, как всегда, вовремя. Однако не успели искры погаснуть, как еще одна такая же молния резко устремилась к моему другу и спасителю, застав нас всех врасплох!
Чтобы совершить заклинание такой мощи, да еще и сразу после другого - требовалась невероятная сила воли, какой никак нельзя было ожидать от воина! Но мы явно недооценили Разора, и едва жестоко не поплатились за это...
Мелиора спасла удивительная - уже не раз изумлявшая нас всех - реакция Бени. Воздвигнутый ею в мгновение ока щит отразил страшный удар лорда. Впрочем, как из-за силы этой атаки, так и по причине того, что сестра использовала очень короткое закрепляющее заклинание, магический барьер не смог поглотить всю мощь заклятия Разора...
К нашему с Малишей ужасу силовая волна буквально отшвырнула обоих, стоящих рядом друзей и бросила их в стену. Удар оказался таким сильным, что оба моментально потеряли сознание, а на пол рухнули уже бесчувственные тела.
Эта картина была настолько невероятной, что шокировала меня, и я позволил себе потерять несколько драгоценных секунд, просто стоя и глядя на неподвижно лежащих друзей. Из оцепенения меня вывел крик Малишы. С возгласом: - "Поганая скотина!", она кинулась на Разора.
– Малиша, нет!
– только и успел прокричать я, но было уже поздно.
Делая обманный маневр, воительница, подобно разъяренной пантере, прыгнула на лорда, намереваясь своей излюбленной катаной раскроить его незащищенный шлемом череп. Но он был защищен гораздо лучше, чем ей казалось.
В последнюю секунду огромный щит с невероятной легкостью взметнулся вверх, отбивая просвистевший в воздухе молниеносный удар Малишы, которая славилась своей безошибочной и холодной расчетливостью. К моему ужасу, в этот раз она подвела воительницу...
Крепчайшая сталь слегка изогнутого меча со звоном отскочила от полированной поверхности щита, не сделав на ней ни царапины, а Малиша оказалась в беззащитном положении. И коварный лорд, перехитривший нас всех, не преминул воспользоваться преимуществом.
Подняв башенный щит, будто тот был деревянным, Разор со всей своей неимоверной силы наотмашь ударил им мою возлюбленную, сбивая ее, как камень катапульты сбивает летящую птицу. Послышался хруст ломаемых костей, а из груди девушки вырвался тихий стон. Словно тряпичная кукла, она отлетела в сторону и, прокатившись по полу, неподвижно замерла на месте.
Я же, точно заколдованный, продолжал глупо стоять и до сих пор даже не попытался предпринять хоть какие-то действия!
Хозяин Петры немного утолил свою ярость и с грохотом опустил щит на пол, раздробив покрывающие его каменные плиты. Только сейчас я полностью осознал, насколько тяжелым был этот огромный кусок металла!
– Как видишь - я тоже благородный человек
и пощадил твоих друзей. Хотя с легкостью мог бы убить их, - спокойно произнес Разора.Вместе с этими словами охватившее меня странное оцепенение неожиданно исчезло. Я яростно глянул на лорда.
– Да, я парализовал твою волю, - криво улыбнулся Вершитель.
– Не скажу, что это было легко сделать - ты крепкий орешек. Я почувствовал твою силу еще при нашей первой встрече - но на несколько секунд мне все же удалось повергнуть тебя в замешательство. И этого времени оказалось достаточно.
Я продолжал молча стоять, но внутри меня все клокотало от ярости, а Разор все говорил: - И теперь я хочу, в свою очередь, сделать тебе предложение, которое ты совсем недавно адресовал мне. Забирай своих людей и исчезни. Ты молод, у тебя все впереди, - голос Вершителя даже немного смягчился.
– Я не заметил в тебе той алчности к власти и могуществу, свойственной многим молодым лидерам, а поэтому не понимаю, зачем тебе вообще все это понадобилось. Каких-нибудь десять лет, и ты бы смог безболезненно, и даже с моего согласия, занять это место...
– он немного помолчал, словно обдумывая сложившуюся ситуацию.
– Обещаю, я не буду преследовать твой клан, при условии, что никто из вас больше никогда не попадется мне на глаза: держать тебя рядом слишком рискованно. Уверен, ты сможешь добиться своего и на другой Земле - Империя большая.
– Разор снова замолчал, давая мне время обдумать его слова.
Да - передо мной, вне всякого сомнения, находился благородный и хороший человек. Я понимал его злость и вспышку гнева: несомненно, явиться в дом лорда с подобными заявлениями было неимоверной дерзостью. Но даже это он смог мне простить. Жаль, что в насквозь прогнившей злобой и алчностью Империи таких людей можно было пересчитать по пальцам, иначе бы мы уже давно жили в том мире, каким я его себе представлял. Жаль было и то, что мне предстояло сместить не кого-нибудь, а именно его. Но теперь, когда моя цель находилась столь близко и одновременно столь далеко, невозможно было отступить.
– К сожалению, не могу принять вашего великодушного предложения, - я медленно покачал головой.
– Вы были абсолютно правы говоря, что не чувствуете во мне ни алчности, ни стремления к могуществу. Мной движут не они. Я хочу сделать то, что вам, при всей вашей силе и благородстве, не удалось - очистить Империю от всей той переполняющей ее мерзости и грязи!
– подняв глаза, я столкнулся с тяжелым взглядом Вершителя - и где-то глубоко в его взоре мне даже показалась грусть.
– Ох, мальчик. Были времена, когда и я хотел того же...
– Разор скорбно покачал головой.
– Но есть вещи, которые мы просто не в силах изменить. Одной из них является природа человеческого существа: каким бы добрыми и светлыми ни были его стремления, зло все равно рано или поздно найдет лазейку и, проникнув в сердце, развратит и испортит все прекрасное в нем. А если даже человеку все же удастся устоять перед искушениями - отыщутся те, кто с помощью коварства и подлости найдут путь сбросить его с пьедестала. И затем уничтожат все великое, что он создал. Людские сердца слабы, и легко - слишком легко!
– поддаются соблазнам этого коварного и жестокого мира...
– А я все же попытаюсь!
– прервав тягостное молчание, повисшее после речи Разора, твердо проговорил я.
– Для этого тебе сначала придется победить меня, - тяжело молвил Железный Лорд.
– Я готов, - коротко кивнул я.
– Тогда решим все сейчас - в поединке!
– проговорил Вершитель, вновь поднимая щит и принимая боевую стойку.
Не желая больше тратить слов, я крепче перехватил меч и двинулся к нему. Действовать следовало молниеносно и безошибочно. Один удачный удар лорда мог завершить эту битву, а вместе с тем и мою жизнь. Я прекрасно осознавал, что переступил последнюю черту, и пути назад больше нет. Требовалось выявить слабое место Разора, которое пока что было от меня скрыто. Единственным моим очевидным преимуществом являлась скорость, и я решил воспользоваться ей в полной мере, чтобы найти брешь в обороне грозного воина.