Арам и Лиза
Шрифт:
Волосы мягкие, пахнут детским шампунем с запахом яблока.
— Мам, ты не отстанешь, да? — пыхтит он.
Офигеть, блин, заявочки от шестилетнего мальчика.
— Нет, не отстану, — честно признаюсь, смотрю ему прямо в глаза. — Потому что это не дело — синяки зарабатывать и лупить одноклассниц сменкой. Не дело, Леш. Расскажи мне, что случилось.
И снова молчок. Только тиканье будильника на тумбочке да гул машин за окном.
В эту минуту меня затопляет чувство тотальной беспомощности. Хочется закричать и уже как-то заставить его объясниться.
—
Лешка с чувством вздыхает.
— Пиццу на ужин закажешь? — озвучивает он тариф.
— Какая пицца? У тебя на обед и так был фастфуд. Так что супчик и…
— Пицца за рассказ… — перебивает он, скрестив руки на груди в позе маленького переговорщика.
Мне настолько любопытно, что я соглашаюсь:
— Хорошо, выкладывай!
— Весь класс меня с этой Юлькой шипперит! — выпаливает он и снова замолкает, будто выдал мне исчерпывающие объяснения.
— Э-э… Шипперит? — Не понимаю, о чем он. — Что это значит вообще?
Леша смотрит на меня, как на деревню, закатывает глаза с таким видом, будто я только что спросила, что такое интернет.
— Мам, ну элементарно же… — вздыхает он. — Это когда дразнят! Типа я и эта Юлька вместе, встречаемся, все такое. Они постоянно поют: «Леша и Юлька — сладкая парочка!»
В моем детстве это называлось: «Тили-тили-тесто, жених и невеста»…
А я ведь не старая совсем, мне двадцать пять. Однако такого термина не слышала. Видимо, современные дети модернизировали даже дразнилки.
Слово-то какое подобрали — «шипперит»… Аж у Яндекса хочется спросить подробности.
— Сыночек, а почему они вас так дразнят? Откуда это пошло? — осторожно выведываю, стараясь не спугнуть его откровенность.
— А я знаю? Я вообще не в курсах! — Леша машет руками. — Эта Юлька бесится, типа чтобы я, клоп, ни на что не рассчитывал, прохода не дает, все пытается мне это втулить в мозги. Других подговаривает, чтобы со мной не дружили! А я вообще Натку люблю…
Вот это откровения. Прямо в сердечко.
Недаром говорят, что самые бурные страсти кипят в детском садике и начальной школе. Настоящая «Санта-Барбара» у них там разворачивается.
— Кто такая Натка? — осторожно спрашиваю.
Сын снова смотрит на меня, как на дурочку, тяжко вздыхает:
— Ну Натка, Наташа. Помнишь, ты мне месяц назад помогала выбрать для нее подарок на день рождения? Нас еще в кафе приглашали, ты сказала, что у девочки приличные родители.
А-а, это помню.
Миленькая блондиночка с голубыми глазами, очень воспитанная. Но тогда я два плюс два не сложила. Ишь ты, первая школьная любовь у моего сына, а я даже не в курсе.
Впрочем, с чем с чем, а с девочками у Лехи никогда не было проблем. Слишком у него смазливое личико. Пухлые губки, огромные глазищи с такими ресницами, что мне остается только завидовать, к тому же он общительный, и увлечений у него много. И в средней группе
садика у него подружка была, и в старшей. Не дай бог, в папашу пойдет — видела я в его соцсетях, как быстро меняет девчонок. Но оскотиниться, как Арам, я своему сыну не позволю. И точка.— Я поговорю с мамой Юли, чтобы она успокоила свою девочку. Потому что это не дело — подговаривать весь класс…
— Мам, пожалуйста, не лезь! — Леша аж подскакивает на кровати, глаза расширяются от ужаса. — Ты только хуже сделаешь!
— А что делать тогда? — Развожу руками. — Ты вон уже синяк заработал и Юльке сумкой двинул по спине, хорошо это, что ли? Кстати, расскажешь, как именно так получилось с твоим лицом?
— Это неважно… — отмахивается он, отводя взгляд в сторону. — Мам, я больше не буду ее бить. Все, мы уже закончили разговор?
— Но мы же не решили проблему!
— Я сам все решу, без тебя, — заявляет он, выпрямляя спину. — Я мужчина.
Вот так… В шесть лет он уже мужчина.
А ведь и правда — если влезу, могу сделать хуже. Потому что эта Юлька вполне может обидеться на Лешу еще больше и усилить нажим. Может быть, она такая же шибанутая, как ее мамаша.
Но делать-то что? Класс менять? Школу? И как тут что поменяешь, если уже имеется любовь по имени Наташа.
— Мам, иди уже… — Леша натурально меня выпроваживает, демонстративно достает планшет.
И вправду ухожу, потому что предложить ему ничего дельного все равно не могу.
Мне надо подумать.
Что вообще можно посоветовать первокласснику в такой ситуации? И что-то мне подсказывает, что эта самая Юля и подговорила ребят, чтобы шипперили ее и Лешку. Может, он вообще ей нравится, вот она ему прохода и не дает? Или это бред? Кстати, как быстро это слово шипперить вошло в мой лексикон…
Еще некоторое время брожу по квартире в раздумьях, вожусь на кухне, прибираю.
Вспоминаю, что обещала заказать пиццу.
Потом звоню маме, которая уехала отдыхать с подружками на зимний курорт. Гинеколог высшей категории, может себе позволить покататься на лыжах.
— Мам, а ты знала, что такое шипперинг?
Рассказываю ей в деталях все, что сегодня произошло. Мама охает, удивляется, потом начинает мне советовать книгу по психологии школьников, которую сама недавно читала.
В этот момент слышу дверной звонок. Резкий, настойчивый — два коротких сигнала.
Прощаюсь с мамой, откладываю телефон, иду к двери.
На часах уже семь вечера — как раз время доставки.
Быстро смотрю в глазок, вижу курьера в фирменной синей куртке и красной кепке, открываю.
— Подождите секундочку, я сейчас возьму кошелек, — прошу, не особо вглядываясь в лицо курьера.
Отворачиваюсь от двери, делаю пару шагов к полочке в прихожей, куда обычно ставлю сумку. Роюсь в поисках кошелька.
И вдруг слышу скрип открывающейся двери.
Оборачиваюсь и офигеваю.
Здоровенный плечистый курьер нагло заходит в квартиру. Хотя я не приглашала! Четко просила подождать на лестничной клетке.