Агник
Шрифт:
Напряженно скрестив руки на груди, раздраженно продолжая смотреть на девушку в ожидании ответа, мужчина отошел на пару шагов в сторону, и оперся спиной о мраморную колонну.
— Ну, так и будем молчать?
— Я… я предложила Ронладу шанс на жизнь. Но откуда ты знаешь?
Удивленно вскинув брови, спутник задумчиво потянул за серебряное колечко в мочке уха, и неодобрительно покачал головой.
— Лимья, пойми, нельзя так бездумно даровать сущностям право на жизнь или существование, ведь…
— Но почему? Гернст, Ронлад, Итгал — все они не заслуживали той участи, что ждала их.
— Сколько-о-о? —
— Так похоже?
— Я, если честно, очень удивлен, почему ты еще здесь.
— О чем ты?
— Это должно было уничтожить тебя.
— Хм, видимо, ты ошибаешься, раз я все еще здесь.
— Нет, — огрызнулся Броук. — Я видел подобное, и не раз! Хотя постой, — продолжил он, приблизившись почти вплотную. — Этот запах… Поначалу я подумал, что мне просто показалось, но сейчас я уверен, что был прав.
Непонимающе посмотрев на нависшего над головой мужчину, пытаясь понять, о каком именно запахе идет речь, девушка понюхала прядь волос, улавливая нотки плесени и сырости.
— Хм.
— Сколько их было? — не отступал с расспросами Броук.
— Кого их?
— Не смотри на меня так, словно не понимаешь, о чем идет речь! Скольких сущностей они лишили права на жизнь, чтобы даровать тебе существование? Кто тебе помог?
Испуганно рассказав о том, что произошло в пещере, стараясь не упустить ни единой детали, Лили почувствовала, как все тело бросило в мелкую дрожь от осознания всей трагедии случившегося.
— Броук, мне так жаль…
— Как и мне, — без каких-либо эмоций прошептал он, и направился в сторону массивных, выполненных из белого дерева дверей. — Мы еще вернемся в тронный зал. Пойдем, представлю тебя владыке.
Безмолвно повиновавшись, Лили последовала за уже стоящим в дверях спутником, решая напоследок обернуться.
— Ого, какая красота! — переполняемая восторгом, воскликнула она, завороженно уставившись на возвышающуюся с противоположной стороны гигантскую статую. Облаченный в белоснежный хитон до колен мужчина с пепельной кожей, подпирал головой сводчатый потолок. За спиной незнакомца возвышались массивные крылья, а левой рукой он удерживал устремившееся вверх острое копье.
— Лимья!
— Иду, — еле оторвавшись от разглядывания, коротко ответила она, и прошмыгнула сквозь небольшую щель между дверями. Болезненно сощурив глаза от яркого белого света, девушка прикрыла глаза рукой.
— Прошу всех садиться! — прогремел, подобно грому, твердый мужской голос.
По неосторожности влетев во что-то твердое, пытаясь привыкнуть к свету, Лили начала постепенно различать очертания длинного стола и слившийся в одно белое пятно народ Гнеопа. Буквально через пол минуты, она ощутила, как кто-то рывком надавил на плечи, усадив ее на стул. Оказавшись под свитым из бесчисленного количества белых перьев круглым шатром, девушка увидела не меньше полусотни восседающих за резным столом, облаченных в белые мантии с обширным капюшоном и остроносые маски сущностей, что застыли в одинаковой позе, подобно статуям.
— Жизнь подобна реке,
К источнику которой вас приведет путь,
А завершение найдет покой, порой вне зависящих от нас решений.
Сегодня — конец существования,
Завтра — начало пути в жизнь.
Следуйте по течению как можно дальше
Да не лишайте себя того, что вам даровано.
Сразу
после этих слов все застывшие на местах незнакомцы будто оживились, и начали неторопливо подниматься из-за стола.— Броук, — как можно тише обратилась Лили, — что все это значит?
— Это значит, что нам пора отправляться в Гилеон, чтобы проводить всех этих счастливчиков в мир живых.
— Их ждет перерождение?
Молча кивнув, он быстро распрямился во весь рост, и почтительно поклонился приближающейся сущности.
— Владыка Огус.
— Рад снова видеть вас во владениях Гнеопа, — басовито ответил незнакомец, снимая с лица расшитую золотым орнаментом маску. Когда он явил свое полностью сотворенное из пепла лицо, Лили уловила мелькнувшее в его глазах отвращение, сменившееся задумчивостью, и интуитивно от него отшатнулась.
— Лимья, хочу представить тебе владыку Гнеопа и Олакреза — Огуса.
«Ну и имя…» — с усмешкой заключила она, почтительно поклонившись седовласому властелину.
Не ответив, а лишь уверенно взяв мужчину под локоть, владыка последовал за пределы шатра, растворяясь в белизне яркого света.
— Сейчас вернусь! — успел на ходу выкрикнуть Броук, скрываясь.
Постояв некоторое время на месте, ища глазами хоть что-то, что бы могло привлечь внимание, Лили решила вернуться обратно в тронный зал, с намерением внимательнее рассмотреть внутреннее убранство.
***
— Брул, тот запах… Скажи мне, что произошло?
— Ритуал тридцати трех.
— Этого я и боялся, — стоя на краю вершины, обеспокоенно ответил Огус, наблюдая за неторопливо передвигающимся облачным полотном под ногами. — Кто к этому причастен?
— Его имя — Эзлим.
— Никогда о нем не слышал…
— Он из владений Дельемы, составляющей Иметрена.
— Что ж. Она еще не знает?
— Цикл начнется с конца жизни и начала нового существования. Ей пока рано об этом знать.
— Сколько же ей придется испытать боли и страданий перед тем, как вы вернетесь в конец?
— Вы так уверены в том, что нам удастся?
— Я никогда не теряю надежды. А теперь ступай.
***
Бесшумно потянув за дверь, девушка вновь оказалась посреди смирно возвышающихся по всей окружности зала каменных колонн, что соединялись между собой при помощи антаблемента[2]. Свисающие с карниза алые, расшитые золотыми нитями тканевые полотна достигали в длину конца архитрава[3], едва прикрывая капители[4] колонн. Начав неспешно продвигаться вперед, зачарованно глядя на плавные изгибы нефов, Лили резко остановилась посередине зала, видя в нишах с десяток застывших, похожих на Гнепиуса сущностей. Вздымающиеся вверх яркие языки пламени то и дело овладевали застывшими телами, окрашивая погруженные во мрак каменные стены и колонны дрожащими тенями.
Приблизившись к одному из незнакомцев, и завороженно протянув пальцы в сторону открытого огня, с целью коснуться пепельной кожи, девушка ощутила, как сильная рука овилась вокруг талии, и резко отдернула ее назад. Споткнувшись о чью-то ногу, не в силах удержать равновесие, Лили, повалившись на спину, приземлилась на нечто твердое и невыносимо горячее.
— Ай! — взвизгнула она, отшатнувшись, как от раскаленных углей. Распластавшийся рядом Броук, тело которого вновь покрывал слой пепла, раздраженно закатил глаза, и поднялся на ноги.