Ад
Шрифт:
— Таки Живцов мне ничего не поведал про них! Молчит, скотина! Но ничего, я ещё доберусь до него…
— Это всё — его работа? — указал Глеб кивком головы за пределы воронки.
— А то кого же, его — живодёра! Кстати, при мне один из его помощников — Окурок…
— Пеленг я… — представился тот, и пока на словах, а мог чуть иначе и иным образом — стать настоящим мертвецом, а не бродячим призраком.
— Таки как говориться: всё для тебя, партнёр, — снова ввернул Жижа.
— Молчал бы уже, а лучше всего…
— А я что — и невиноват! Сам пострадал… из-за тебя! Купился, да… живодёры…
— Прокинули… — расцвёл лицом Нюх.
— Ну и где мой полк, а дивизия?! —
— А где обещанная колонна бронетехники? — взъелся Глеб на него.
— Во-о-от… — затянул Жижа, указав на разбитую "Тунгуску". — Подойдёт?
Одна гусеница порвалась. Про корпус с вмятинами и пробоинами вообще отдельный разговор.
— Уже что-то, но не совсем то, — отметил Глеб. — Связь работает, а имеется в наличии?
— Сделаем, — уверил Жижа, отрядив пинка Окурку.
— Пеленг я…
— За работу, живодёры…
Те готовы были забить… косяк, но даже на работу не пришлось. Призраки из числа легионеров-смертников могли покончить с ними раньше, чем исчадия — сами превращались в них, меняя обличие с отродий на демонов. Даже повадки перенимали, демонстрируя друг другу, добиваясь схожести.
Глеб ещё раз покосился на хабар странного вида. Похоже, им удалось завалить каких-то элитных воинов, даже вожаков кланов на манер Ёбыра у упырей.
Почему именно отродье вспомнился ему, а не те люди и гарнизона, кто навечно остался на заставе? Тупо уставился на их обезглавленные тела. Внутри вспыхнул жар. Его подрывало на месть, но Люба…
Воспоминание о любимой охладило его боевой пыл. Запал не иссяк, но воевать больше не мог — было тяжело, и не сносить тяготы пекла в противостоянии с адскими исчадиями да порождениями, а сама мысль о безысходности незавидного положения. Хотя опять же не без разницы — кто кого. Если демоны людей — итог очевиден, но и наоборот. Возможно кто-то из них, точно также как и он думает о том же, но вынужден идти в поход, устраивая набеги на земли пекла в аду, а в преисподней самого ждёт самка или бестия — беса, а то и демонша демона. Неужели не могут жить в мире? Хотя бы заключить перемирие? И пример в случае с упырями на лицо — Ёбыром, как вожаком одного из кланов отродий. Но опять же вурдалаки их заклятые враги — соответственно не пойдут с приматами на мир — не позволят исчадия.
Выход из сложившейся ситуации был очевиден: заставить исчадий потерпеть сокрушительное поражение здесь, а затем нагрянуть к ним и установить равновесие сил. Пусть и в качестве временного перемирия, но лиха беда начала…
— Ты о чём задумался, Глыба?
Последовал дружеский толчок. Глеб дёрнулся. Перед ним возникло исчадие, и он не сразу признал в нём призрака.
— Нюх! Ух… Фу-уф…
— Что, сердчишко ёкнуло?
— Почти, чуть не обделался лёгким испугом! Предупреждать надо! А если бы пристрелил?
— Ну так ща чё о том базлать — живы же — оба! И живее всех живых, а ко всему ещё мертвецы — смертники! Адский легион непобедим! Мы — люди, а не приматы! Ура-А-А…
— Не очень-то, а то…
— Типа услышат? И чё, а кто? Скорее те, кто послужат нам дополнительным хабаром!
— Собрались мстить исчадиям?
— Нет, сказать им спасибо, что не забыли — в гости зашли! Конечно! Что за дурацкие мысли и в твоей голове, служивый?
— Отвоевался — хватит с меня! Надоело!
— Э, брат! Это ад! Тут иначе никак! Если не ты, то тебя наверняка пустят на хабар! Вот увидишь: всё пройдёт в тот самый момент, когда вновь столкнёмся с демонами…
Что и подтвердил Глеб выстрелом из автомата, разряжая обойму в исчадие, подкравшееся к живодёрам у "Тунгуски" с намерением: хотя бы напоследок
покончить с одним из них. Да не судьба, и злодейка. Пекло — Ад…— Ну вот, а я что говорил! Можешь, когда захочешь, — продолжал скалиться Нюх.
Глеб развернул дуло автомата в его сторону.
— Э, не глупи, брат! Здесь все свои!
— Тогда маски прочь с лиц!
— Действительно, чёй-то мы переборщили! А ить неровен час: постреляем друг друга ни за хрен!..
Живодёры, после выстрелов в их сторону, зашевелились, а до этого ползали точно сонные мухи. Ломки, как и небывало — адреналин в крови погасил все негативнее реакции организма.
— Таки мы готовы… — подсуетился Жижа, давая понять: могут ехать. И вопрос — куда — оставался открытым, как и решение принимать призракам.
— Куда? — уступил Нюх право выбора Глебу.
— Есть тут один оазис, который давно хотелось бы мне наведать вновь, а и иной… — обозначил спецназовец направление будущего движения.
— Кажется, знаю, — догадался Нюх. — Отправляемся туда, где побывали эти уроды, а тебя самого притащили Клык и Бивень.
Ответа не требовалось, всё и без того очевидно. Даже для Жижи, не говоря про Пеленга и экипаж живодёров "Тунгуски".
Глеб не сомневался: туда за ними и подастся Живцов или теми людьми, которыми руководил Вилий Великий. Невольники из их числа, а тем более воины древности в качестве гладиаторов ценились не меньше, чем отродья или исчадия с порождениями.
Бросив ещё раз беглый взгляд на заставу Адского легиона, Глеб отдал дань уважения соратникам по оружию, прощаясь с гарнизоном.
— Это ненадолго, — пообещал он не столько им, сколько себе — и дал зарок — вернуться для воскрешения заставы, с намерением возвести по новому типовому образцу, а также оснастить достойным вооружением и приличным количеством боеприпасов. — Я буду не я! Слово дал, а сдержу, чего бы мне это не стоило! На том и стою, а стоять буду на страже легиона!
— Наш человек — смертник… — отметил к слову Нюх, подмигнув Оку. Тот также ему, зазывая спецназовца присоединиться к ним.
— Таки уж лучше к нам, — стремился Жижа заручиться его поддержкой. А то мало ли что и опять пойдёт не так. Хоть какая-то уверенность — пусть и напускная. Но всё лучше, чем никакой — и ничего. А скитальцу явно везло. Соответственно и ему, хотя все, кто сталкивался с ним — погибали. Но снабженец считал себя исключением из правил.
— ИСХОД —
Призраки продолжали сновать тенями по расположению заставы и бастиона спецназовца, выискивая любое оружие или то, что могло бы послужить им, а также боеприпасы — не гнушались ничем и не брезговали, в том числе и примитивным оружием отродий, не говоря про иное — исчадий. В ход шло всё, что плохо лежало.
Хабара хватало, а вот утащить с собой никак при всём желании.
— Сделаем схорон, — уведомил Глеб, начав осуществление зарока уже здесь и сейчас, снося со смертниками то, что осталось в сохранности после нашествия исчадий. Даже поломанное оружие сваливали отдельно до кучи в блиндаж на манер примитивного дота, понимая: в случае чего пригодятся на запчасти — а всегда. Живодёры меж тем прикрывали их, располагаясь в "Тунгуске". Пеленг нервничал — без травки в качестве затравки он был сам не свой. Что уже отмечать про снабженца, но всё-таки пересилил страх. Да и в тылу врага не так ощущался как сейчас там на передовой. И непонятно где она. Исчадия сметали один оазис с людскими поселениями за другим, практически не пропуская. Того и гляди: скоро поведут в преисподнюю свои караваны — колонны невольников и потащат прочий хабар.