Книги из серии "Пространство перевода"

С болезнью кормильца семья стала испытывать серьезные финансовые трудности, и в 1840 году Сара решила перевезти немощного мужа и детей в Лондон. Поселились в Ист Энде, на Мэри-Энн-Стрит, где Сара стала шить на заказ. Ее заработок был единственным доходом семьи Томсонов. Она взялась шить платье для придворных…

В таких условиях Ли-Гамильтону предстояло прожить с тридцати до пятидесяти лет — парализованный человек, страдающий от постоянных болей, практически лишенный связи с окружающим миром. Беседы и письма должны были укладываться в несколько слов; даже любимую им поэзию, как мы уже сказали, он мог слушать…

«Опять в мои засушливые дни…» Опять в мои засушливые дни Пришли, как ветер, дующий с полей, Пришли, как пенье ледяных ключей, Воспоминанья о тебе; они — Погибель мне: напрасно искони Я доверяла щедрости твоей; Твоя земля — пустыня; нет на ней Ни деревца — пески текут одни. …

«Зависть» рассматривали как сатиру на разгульные нравы английских политиков, как стихотворный шарж, изображающий повадки современных Китсу литераторов — Байрона, Ли Ханта, Чарльза Лэма, Роберта Саути и др., — однако подобные утверждения трудно, если вообще, доказуемы. Правда, можно с уверенностью сказать,…

LI. «О соловей, жилец росистых рощ…» {*} О соловей, жилец росистых рощ, Сколь сладок по весне твой гулкий свист! Какие переливы, что за мощь, Колеблющая, мнится, всякий лист! О, сколь ты несказанно голосист! Ликуй же, заглушай мой скорбный всхлип… Увы! Тебе, мечтательный солист,…

Ода Платану Как скиф младой, Платан, себя ты отдаешь, Свой ствол склоняя белый. Но твой порыв стеснен, ты с места не шагнешь Стопой закоренелой. О сень огромная, в тебе лазурь сама, Тебя объяв, застыла. Родимую стопу, как черная тюрьма, Земля отяжелила. Пускай твое чело блуждает в вышине –…

К ак, я охрип? – Да! – Почему? Ужель я Волка повстречал? Природа Волка такова, Что если первым человек Его увидит, тотчас зверь Робеет, злобу потеряв. Но если же наоборот, Увидит человека Волк Не будучи замечен сам, Теряет голос человек. И свойство это же в любви Мужчины с женщиной…

«Вы, сиявшие златом, кипевшие гневом…» Вы, сиявшие златом, кипевшие гневом — Вы теперь только память о смертной истуге, Хохоток в облаках, щебетанье пичуги, Непотребные другам, немилые девам. Для влюбленных вы стали словами обетов, Для бездельных богов – сторожами юдоли, Кладовыми сравнений…

14. «Как если б вдруг фонтаны замолчали…» Как если б вдруг фонтаны замолчали (Напрасен взор, утопленный во взоре), — Так, сновиденью моему не вторя, Тот голос, что родился из печали, Теперь умолк… Уже не в карнавале, Без музыки, без крыльев средь лазори, Таинственность, молчащая, как море,…

Вернемся к Крамеру. Годы после Первой мировой войны он провел так, словно специально собирал материал для будущих баллад: служил в книжном магазине, бродяжничал по Нижней Австрии и Бургенланду, нанимаясь то в чернорабочие, то в сторожа — словом, побывал в роли многих своих будущих героев. Лишь на тридцатом…

«Бледный профиль на старой медали, лицо аскетическое и полное души», – вспоминает о Нобре Жуштину де Монтальван (1872–1949) – португальский журналист, писатель и дипломат. На Сладкой реке, как называют Лесу, среди пасторальных пейзажей часто отдыхала группа юношей, среди которых был и будущий писатель…

101 Что, скажи, зовут Рассветом? Нет на карте ничего. Если б я была как горы — Я увидела б его? Из воды растет, как лилия? Плещет крыльями, как птица? Иль приходит из неведомой Той страны, что только снится? Где моряк, и где ученый Иль мудрец какой с небес — Чтобы страннице поведать,…

Последняя песнь Сафо Ночь мирная, и плавно заходящей Луны безвинный луч, и ты, что всходишь Над лесом молчаливым горных склонов, Звезда рассвета – милые виденья, О, я любила вас, пока не знала Страстей и рока. Больше не волнует Мне чувств отчаявшихся сон ваш мягкий. Теперь другая радость нам…