Книги из серии "Обожженные зоной"

— Скажи этому ублюдку, что ты наш, — сипел Брод, — я не могу ступать на ногу… — Садись в машину! — Карташов сбросил с плеча руку Брода, а самого толкнул на заднее сиденье. Позади, у крыльца, истерически кричала цыганка, призывая на помощь милицию. Окинув взглядом привокзальное пространство, Карташов…

Ее приметили сразу. Вывели из толпы перепуганных, растерявшихся сельчан, согнанных ранним утром к правлению колхоза. Выдернули трех ее подружек. Говорили с ними немцы через переводчика. Пожалела девка отца с матерью, которых грозились повесить за братьев, ушедших добровольцами на фронт. А вскоре…

— Раздевайся. Умойся. Проходи к столу, — предложила коротко, даже не поинтересовавшись, как добрался. Егор нимало удивился, увидев в доме свору раскрашенных девок. Одни сидели за столом, другие сновали по дому, суетились на кухне. — Знакомься! Мои подруги! — предложила сестра,…

В воровском мирке относились к Яровому по-разному. И лишь в одном мнение было общим: смел, не подличает. А еще — оставалось для многих загадкой — то ли при милиции он состоит, то ли чекист… Наслышан был Аркадий о законах воров, многих знал в лицо. И тех, кто недавно завязли в «малинах», и завязавших…

— Ее уже не было на белом свете. Тебе три месяца исполнилось, когда она откинулась. Вот и осталась ты с нами, горе и смех для всех кентов, — качнул головой фартовый. — Выходит, женатым ты был? — Ты что? Мозги сеешь? Нам семьи законом запрещались! И тут тоже не женился я! Заглядывал…

— Да забирай хоть весь огород. От него мало проку, да и мне мороки меньше, — отмахнулась Наталья, даже не спросив, зачем Герасиму потребовался тот кусок земли. Борьку грядки и подавно не интересовали. Увидев, что мать вышла в сарай, спросил у мужика: — У тебя курево имеется? — Конечно! —…

— Попух, как курва на разборке! — усмехнулся мужик. И выбрал из всех зол — меньшее, решил идти, куда выведет ослепшая фортуна. Шаг за шагом, все дальше от зоны, где свирепые охранники, наверное, радовались, что не выжить в этой кутерьме ненастья одинокому зэку. Его они ненавидели давно и стойко.…

— Стой, тетка, тормози! Приехала! Баба увидела троих ребят, выросших словно из-под земли. — Что везешь? — заглянул в телегу старший, конопатый, лет пятнадцати, мальчишка. И откинув рогожку, увидел мужика. — Давай деньги! Слышь? И без крика! — подступил к Варваре хмуро. …

Катька была заправилой малолетних бомжей. В прошлом году вдвоем мучались. Теперь двое мальчишек прибавилось. И вот эта — последняя. «Значит, уже пять», — морщится девчонка, считая на пальцах своих младших. Как же ее назовем? — спрашивает Зинку, вцепившуюся в сухарь. Может Олькой иль Танькой?…

— Все вместе. Честно говоря, мало кто верил, что пройду по конкурсу. Когда уже поступил, долго не мог определиться со специализацией. — Наверное, терапевтом хотел стать, там ответственности не меньше, но они не оперируют, у них все спокойно. Но кто-то должен работать и здесь. В наше время…

Васька ликовал. Андрей не только деньгами поплатился, его измордовали куда как хуже Васьки. А и жена не пощадила. На глазах всех соседей выгнала мужика из дома в гараж, запретив переступать порог. Какой там кофе с коньяком в белой рубашке? Даже двери на ключ закрыла. И поплелся Андрей в гараж, где…

Вздыхала во сне Нина: по дочке соскучилась. Та с мужем на базе живет. Пятый год ей пошел. Аленка, лопотунья и забавница, обняла мать. Шею ручонками обвила. Но это сон, завтра он станет явью. Похрапывали во сне мужчины. Один улыбается. Верно, виделась ему банька. С паром и веником. Потерпи. Сон сбудется.…

Задрыга стояла перед Медведем, не оглядываясь по сторонам. Но сразу почувствовала, услышала появление в хазе Мишки. Он смотрел на нее. И Задрыге очень хотелось увидеть его лицо. Но она не должна была выдать себя. Ведь ей, как и всем законным, от дня нынешнего запрещалось любить и иметь семью. Она уже…

— А куда ж ехала, коль родни нет? — Хотела к подруге. Да тоже не знаю, примет ли? Нынче у каждого всякий кусок на счету. Не до гостей людям теперь, — выдохнула баба. — Что же теперь станешь делать? — Не знаю. Хоть в петлю лезь, — опустила гостья голову, по щеке слеза…

Кешка млеет от ее уважительности. Но виду не подает. Все ж приятно быть в начальниках. Не надо вскакивать с первыми петухами и бежать в мехпарк к трактору. Заправлять его, чистить и смазывать, готовить на целый день работы, успеть сделать все до прихода Ананьева. «Начальники успевают выспаться. У них…

— Да что там расстрел? На паразита пулю жаль! Дайте его мне! Уж не выскользнет, не сбежит! В секунду вместе с говном душу из гада вытряхну! — гудел машинист паровоза — родной брат убитого следователя. Леший глянул на него исподлобья, запомнил в лицо навсегда. — Чего с ним возиться, отдайте его…

Ребята мрачнели. А однажды утром, когда проснулись от холода, то увидели — начальника в палатке нет. Исчезла последняя банка тушенки. Кто- то послал вслед ушедшему запоздалый соленый мат. Другие совсем раскисли. Макарыч тогда не стерпел: — Будя ныть! В те дни, не привередничая, ели мужики бурундучье…

Их везли по ухабистой, тряской дороге. И хотя путь был недолгим, измотал он всех. Может, потому, когда машина остановилась, все трое вздохнули с облегчением и, не глядя друг на друга, вылезли из «козла». Участковый тем временем уже нагнал женщину и подвел ее: — Вот этих к вам привезли. Не совсем…