Юмор

Так вот, мне стало жалко Женьку, и я согласился на авантюру со спиртом. Школа была рядом, и мы всей компанией направились в лабораторию, где я трудился. На входе нас спокойно пропустили, так как всех знали: столько лет мы учились здесь, а я к тому же и лаборантом стал. Спирт, конечно, я достал, но…

– Надо проверить, у меня есть фонарик, – предупредил хорошо одетый полуэльф. – Я тоже… проверю, – заявила девушка в плаще, – Давай деньги! – Сначала крышки покажи! Вот сюда, под луч! – полуэльф щелкнул компактным фонариком, – Я хочу убедиться! – Смотри! – с готовностью сунула она под луч… три небольшие…

Мамедова медленно двигалась вдоль парт к ненавистной доске. Её сердце громко стучало от страха, отдавая в уши. – Декламируй стихи! Любые! Желательно подлиннее! – скомандовала Мария Ивановна Мамедовой, многозначительно посмотрев на Смирнова. Смирнов сильнее вжался в парту. Казалось, ещё немного, и…

Заведующий хитро прищурился, окинул девушку плотоядным взглядом и сладенько прогнусавил: – А еще, Лесенька, я опытный боец и знаю как сделать молодой женщине приятно… Никто пока не жаловался… Это был перебор. Олесю передернуло и она решительно встала из-за стола. Будем хамить красиво: – Сделайте…

– Кто тут? – крикнул он в темноту. Доцент выхватил нож и застыл, прижавшись к двери. – Доцент, а Доцент, спрячь перо! – испуганным шепотом умолял Косой. – Не было такого уговора… – Глаза выколю! – прохрипел Доцент. На полдороге профессор остановился. – Опять эти кошки… – пробормотал он и беззлобно…

Рекрутеры не являются вашими друзьями, а лишь временными посредниками, которые с лёгкостью заменят вас на следующую 'особенную' кандидатуру, как только появится новый заказчик, готовый заплатить. И помните: они не контролируют вашу судьбу, но могут оставить на ней след, который, к сожалению, иногда трудно…

Теперь ноги в коленях согнем, обхватим руками и покатаемся, как колобки, с боку на бок…. Ай да я! Ай да умница! Теперь можно и вставать. Так, глубокий вдох! Выдох! На носки! Резко опустились на пятки! Ещё! И ещё, пока не надоест! Шучу! Раз 5-6 достаточно. Пару-тройку наклонов прихватим.…

В 1994 году автору этих строк пришлось выступить организатором серии встреч Митрополита Волоколамского и Юрьевского Питирима (1926–2003) (в миру – Константина Владимировича Нечаева) с личным составом Военно-инженерной академии им. В. В. Куйбышева. По рекомендации своего старшего товарища генерала Александра…

– Так вам и надо, – сказала леди Лидия. – Кто слушает идиотов? Слингсби вздохнул, поклонился и вышел, один на один с горем. Леди Лидия вернулась к телефону. – Алло! Вы еще там? Простите, отвлеклась. Говорит леди Лидия Бессинджер, тетя лорда Дройтвича. А? Что? Нет, не думаю. Он бы непременно мне сказал.…

На поле Куликовой брани. Срывая, дерн с земли руками. Уж близко дом, родной подъезд. Но, тяжесть на него легла. Как будто чёрт, 12 пудовый, С ногами на спину залез. В то время девушка с работы шла. Примерно весом в килограмм полста. Увидела его и пожалела. Не постижима Русской женщины…

Двигались они теперь спокойно, уверенно. А вперёдсмотрящий запел, запел хорошую песенку частушку на, на нашем русском наречии – тралляля, тралляляаа… не теряйте время зря. А потом, ну как читают наши поэты своё творение, и песни поют так, и ритм и рифма, громко, чётко… Со смыслом… – Не бери чёрта…

– Как же, – бормотал Андрей, – как же так случилось? Что же теперь будет? Положение было действительно ужасное. Девяносто пять произведений трактовали о буржуях, для которых тринадцатая годовщина является поистине чертовой дюжиной. В остальных шестидесяти пяти хоралах Андрей Бездетный высмеивал вредителей…

Полковник выпивает три стопки, неторопливо, степенно закусывая. Время от времени он поглядывает на Марину, которая одаривает его ответными гривуазными взглядами. Ей не больше 25, симпатяжка с упругой жопкой и маленькой грудью – ему такие всегда нравились. А не тряхнуть ли стариной, усмехается Иван Василич…

– Директ а Биарриц, – сказал Николай Иванович носильщику, вылезая из кареты с пачкой зонтиков и тростей. – Е шерше вагон авек коридор… [1] – Вуй, вуй [2] . Непременно вагон первого класса с коридором, в котором была бы уборная, – прибавила, в свою очередь, и Глафира Семеновна тоже на ломаном французском…

История моего позора, как выражался высокопарно глава семьи Гордон Суревер Стейдж, мой дед, произошла два месяца назад, в момент, когда Аквийские земли (кроме конечно, Ванн), Сувар насыщал теплом и бесконечным летом. Я влюбилась. И не знала, что за это наказывают, так бессердечно! А позорно это оказалось…

Сведения на табличках ничего мне не говорили. Поначалу я думал, что камни представляют собой фамильную коллекцию, собранную в разных уголках мира на протяжении нескольких веков, но, введя одну из дат в поисковик, выяснил, что семнадцатого октября 1911 года человек по имени Рудольф Дитцен, позже известный…

Когда встаёшь с места в самолёте и звонко стукаешься головой о полку, кто-то непременно скажет: «Осторожнее!» Схватился за горячую кастрюлю, уронил бутылку или упаковку яиц в магазине, пролил на себя кофе, споткнулся о незаметный и подлый порожек – «Осторожнее!». Это предостережение всегда звучит после…

4. Мы в первую очередь, ждем от вас предложений, которые позволят сделать роман более динамичным, захватывающим, поистине гениальным. Предложения выкинуть тот или иной эпизод допустимы. Но только в том случае, если вы предложите некую замену, оригинальный ход. Иначе от романа не останется даже рогов…

– Прямо замечательный мальчик! Я спрашиваю: учишься? А он, представьте: учусь, – говорит. Сколько ему? – Девятый. Остальные гости тоже поворачивали ко мне скучающие лица, и разговор начинал тлеть, чадить и дымить, как плохой костер из сырых веток. – Неужели девятый? А я думал – семь. – Время-то…

– Темный вы народ, – сказал студент, вздыхая. Ему бы нужно было, ругнувши мужиков, раскланяться с ними и удалиться, но студента погубило то, что он был интеллигент до мозга костей. – Темный вы народ! – повторил он. – Знаете ли вы, например, что эпидемия холеры распространяется не от порошков, а от…