Юмор

После этих хлопот покойник с кровати уже не вставали. А нам же было хорошо известно, что порода наша живучее кошачьей и дедуне бог знает сколько еще лет валяться в кровати, пока надумают богу душу отдать. А так как это было нам и не совсем кстати, то и не очень-то и жалели, когда как-то ночью дедуня…

— И превратил ее в ад, целых десять лет досаждая мне своими скучнейшими письмами, своими бесконечными рассуждениями, целыми акрами утомительнейших доказательств… — …которых вы никогда не читаете и никогда не согласитесь прочесть. А ведь, по всей справедливости, вы обязаны его выслушать. Либо он докажет…

Люди выбегают во двор и кричат: «Пожалуйста! Не стреляй в нас!» А я им в ответ: «Время уже позднее. Всем спать надо, а не телевизор смотреть». А когда заняться совсем нечем, просто разглядываю попутчиков, которые ходят взад-вперёд по проходу вагона с полотенцами и зубными щётками. Вроде только…

— Я не могу снимать такой фильм, когда за окном вот это! Он отдергивает штору, и в окне возникает силуэт знаменитой скульптурной группы «Рабочий и колхозница», что неподалеку от ВДНХ… — Но ведь у нас нет денег на экспедицию в Нью-Йорк… — грустно замечает кто-то из свиты. Гримерная. В кресле…

— Вот теперь ты сказал сущую правду! — воскликнул Вихтори Виртанен. — Так и меня моя пилила. Всегда. Без передышки: «Ты должен побриться, Вихтори, ты должен побриться, Вихтори, побриться, побриться — ться, ться, ться... Опять надрызгался, как свинья, опять надрызгался, как свинья, опять как свинья, свинья…

— Это потому, что мы закрыли синагогу, — объяснял папа, — а то вы бы там пели и пели и мешали бы нам строить новый мир. — Боже мой, — говорила бабушка, — Кто вам мешает? Стройте себе на здоровье! Кто вам мешает? — Кто?! — Папа делал несколько шагов и рывком…

— Две! Четыре! Вы не представляете, как вас любит наш театр! Завтра же занесите. Театр — это ваш дом, это очаг, это ваше убежище. Театр — это… Главный говорил много. Автор краснел, смущался, заикался, с благодарностью жал руку и тут замечал, что это рука не Главного, а швейцара, причем жесткая,…

— Ну, не тяни, — прервал я его, уже серьезно обеспокоенный. — Не думаешь ли ты, что Милли начнет носить корсет? — В один прекрасный день, — произнес Крафт с мрачной торжественностью, — к Сайферу явится заказать тарелку бобов лесопромышленник-миллионер из Висконсина, и он женится на Милли. — Никогда! —…

Он резко восставал против всяких удобств и возмущался, когда люди спешили укрыться под крышей от снежной вьюги, или носили галоши, или принимали лекарства, или так или иначе холили себя. Каждая из десяти продавщиц видела каждую ночь в своих сонных грезах — свиные котлеты с жареным луком, — что она стала…

Моим репетитором по русскому языку была тоже бесфамильная Анна Васильевна, необыкновенно красивая женщина в очень сильных очках и с совершенно безумным голубым взглядом. Звала она меня то Васей, то Ваней, то Федей. Один раз даже назвала Робертом. Всё это были имена её мужей. Спорить с ней было бесполезно.…

Василий Михалыч стряхнул пепел в каску и произнёс: — Два дождя в маю — агроному по х…ю. — Я тебе не про дождь в маю, я про пятки тебе твои говорю, — напустилась на Василия Михалыча тётя Нинель. — Как скот бездомный, ей-Богу. В коровнике — по дерьму коровьему босиком, в свинарнике — по свиному обратно…

В нашей же шанхайской обстановке они все еще играют первую скрипку. Они задают тон. По ним равняются. Самодовольная «песнь торжествующей свиньи» покрывает все остальные голоса. В моменты отчаянья казалось, что иных голосов вообще нет и быть не может… Борьба за существование долгое время была единственной…

— Что это вы?! — спросил я. — Да вот к вам. Вы, вероятно, сведущи в этих делах — так я и пришел… Хи-хи. — В каких делах? — В этих… Он встал, подошел ко мне и неуклюже пощекотал пальцем у меня под мышкой. — Что вам нужно? — с легкой тревогой спросил я. — Видите ли что, мой друг… Губы его…

Вы встретите имена Ильи Ильфа и Евгения Петрова, Михаила Зощенко, Льва Кассиля и других известных писателей, посвятивших свой талант драгоценному и нестареющему искусству смешного. Мне кажется, больше того: я уверен, что эта книга доставит вам немало приятных минут. Я уверен также, что многие из…

Пусть другой тебя любит и нежит, Поощряя твои полюса, Но когда-нибудь он тебе врежет За разбойный твой рот и глаза… Светит месяц, тоскою затертый. Для чего ему туча–жена? Тебе нравится каждый четвертый, Ну, а мне, к сожаленью, одна. Что ты лезешь ко мне? Убирайся, Натяни свой…

* * * – Жена меня называет Шумахером. – На дороге? – Нет, в постели. * * * Мужчина идет по улице. Видит женщину с красивой фигурой. Думает: «Хорошо бы у моей жены была такая фигура». Идет дальше. Видит женщину с красивыми ногами. «Хорошо бы у моей жены были такие красивые…

— Вы по какой части? спрашиваетъ пожилой купецъ. — Больше по мучной, но не брезгаемъ и двумя мелочными лавочками, отвчаетъ молодой. Подрядишки кой какіе есть… Бани держимъ. — А мы такъ желзомъ торгуемъ. Тоже и насчетъ мусорнаго очищенія. Вишь она рыба-то какъ трепещетъ. Коньячку въ чаекъ-то не прикажете-ли?…

Вадик как можно тише повернул ключ в замке, аккуратно толкнул дверь. Та подло и громко заскрипела, и скрип был похож на звук сирены. Петли новые, еще не притерлись, а смазать лень. В прихожей близорукий клерковский глаз ничего подозрительного не отсканировал, но острый нюх уловил инородный тошнотворный…

Сам того не подозревая, в этот самый момент Егор совершил самую большую ошибку в своей жизни. Знал бы он, во что вскоре влипнет, ни за что и никогда не остался бы возле домика станции дожидаться кассирши. Да что там, он бы вообще не остался на станции, а с криками и воплями побежал до Питера. Но слепой…

А папа пироги с маком не очень любил. Но он знал, что у дедушки припасено домашнее яблочное винцо и сушёная рыбка. Все уселись в машину и поехали со станции в деревню. Дорога тянулась по невысоким холмам, вдоль полей и лугов. Навстречу ехали легковые машины, которых и в городе бывает много. Ехали большие…