Современные любовные романы

— Ты почему ещё не в постели? Время уже — двенадцатый час, — спокойно спросил отец. — Вы кричите так, что все соседи наверняка уже знают обо всех наших семейных проблемах… Я ощущаю, как они оба пронизывают меня взглядами, и мне становится дискомфортно. Лучше бы сидела наверху… — Василиса, а ну…

– Похоже, что да. Меня Арина зовут. А вас? – Я Леся, а это Дашка, – произнесла блондинка, указав на рыжую. – Рада знакомству. Девушки многозначительно переглянулись, словно моё присутствие доставляло им дискомфорт. – Ты по степухе или… – запнулась Даша, покусывая нижнюю губу и искоса поглядывая…

И поэтому мое волнение еще более позорное, чем выкручивающее изнутри предвкушение от встречи с парнем. Ничего не сказала не только Миле. Вообще, никому не сказала о том, что у меня… есть парень. Антон Матвеев. Мы встречаемся уже две недели. А познакомились месяц назад в спортзале, где он подрабатывал…

– Конечно, – ухмыльнулся отец, и эта ухмылка мне совсем не понравилась. – Я больше не собираюсь этого терпеть. Последняя была готова разрушить репутацию нашей компании! – Отец, – я с порицанием взглянул на него. Слишком высокопарные выражения. – Эти грязные сплетни разве что немного подмочили бы ее,…

Первые два ребенка родились почти сразу, как они с Марией поженились. Двойняшки. Это стало для молодых сюрпризом, ведь Мариночку не видел ни один аппарат, а Марии нравилось думать, что это Миша ее так защищал. Петр на это лишь глаза закатывал, но по-доброму, потому что она стала для него не обузой, а…

– Я тебе так благодарна! Ты даже не представляешь, – спешу следом, размышляя, какая интересная у подруги семья. Хотя, можно ли считать нас подругами? Сложный вопрос. – Ты знаешь, как меня отблагодарить, котенок, – усмехается Наиля. Звучит двусмысленно, но я понимаю, что она имеет в виду. – Да,…

Дёрганый вожатый, за которым их отряду пришлось идти, неожиданно скрылся в воротах. Вернее, его голубая кепка продолжала чуть ли не взлетать на каждом шагу, просто он перестал выделяться своей белой рубашкой и жёлтой петлёй вокруг тощей шеи. И смешался со стайкой ему подобных — ожидающих, когда невысокая…

Так было не всегда. Пока мы росли Илай Мэддисон был моим самым ненавистным соперником. Мы оба выросли в Индиане, играли в хоккей за две разные команды. Он был золотым мальчиком, который получал все, что хотел, и это раздражало меня до смерти. Его жизнь была идеальной. Его семья была идеальной, а моя…

— Я не могу, у меня кружок для дошкольников, — вру. Кружок у меня перенесся на следующую неделю, но не хочу я туда идти. — Маш, ты же моя лучшая подруга. Попробуй перенести, пожалуйста, — она искренне хочет видеть меня. А я отвратительно себя веду. Давно пора забыть о парне и жить своей жизнью, но…

К черту незаметность, на кону моя жизнь. Я хватаю свою ручную сумку, встаю и пытаюсь спокойно уйти. — Эй! — окликает она, но к черту это и к черту ее. Я пробираюсь сквозь толпу, на грани слез. Я так долго откладывала выезд из страны, убежденная, что меня поймают, и это именно то, что может случиться.…

— Любишь пожёстче? Мне нравится! — довольно ухмыляется он. — Я заплачу, лапуля, не ерепенься, — бархатистый баритон вибрирует возле уха. Подлец прижимается ко мне своим мощным телом, вдавливая в стол позади. — Становись на колени и сделай мне приятно. Хорош ломаться! У меня горе! Не дожидаясь моих…

— Мы должны вернуться в дом, пока они не заметили, что нас нет, — ее голос был мягким, нежным, женственным. И бездыханным. Эти слова, как целая жизнь правильного этикета и послушного ухаживания, слетели с ее губ. Но я знал, что она не имела их в виду. Она нуждалась в этом так же сильно, как и я. …

Потом неловко погладила дочь по растрепавшимся волосам: — Знаешь, успокойся. Сейчас ты разденешься, и мы будем пить чай. Я печенье испекла. Твое любимое, «розочки». А ты расскажешь, что произошло. Может, все не так уж страшно, а? — Нет, ты не понимаешь… — обреченно вздохнула Юлька уже почти спокойным…

— Как поживают мамочка и папочка, — пошутила Оливия, когда я вошла в дверь. Но как только она увидела выражение провала на моём лице, на её лице появилось беспокойство. Она вскочила и бросилась ко мне. — Что случилось? Кто-то умер? Всё в порядке? Еёруки обвились вокруг меня, и я уронила голову ей на…

— Трудно скучать по человеку, чье имя я даже не знаю, — отвечаю я, в то время как почти физическая боль сжимает мою грудь. Все это время он позволял мне верить, что он мертв . Уголок его губ приподнимается, делая новый шрам на лице более заметным. — Я тоже скучал по тебе, тигренок, — шепчет он,…

Приведя себя в порядок, разглядываю в зеркало лицо с темными кругами под глазами. Мне не на корпоратив надо было ехать, а отоспаться… Внезапно мне кажется, что в зеркале за моей спиной что-то мелькает. Вздрогнув, я оборачиваюсь – никого. Осторожно выглядываю из ванной, и оказываюсь схвачена огромными…

Протягиваю руку. От страха неожиданно прорезается голос. — Пожалуйста, отдай телефон, я опаздываю на экзамен. Я еще раз прошу прощения. Давай, я постираю твою рубашку. Он смеряет меня высокомерным взглядом с головы до ног, в котором слишком много всего намешано. И из всего этого нет ничего для меня…

Тихо, Маша, тихо, сейчас не об этом. - Ты спокойна. Конечно. Опять скажешь, что это я во всем виноват. - Не скажу, Стас. Отвечаю просто, даже без этих так раздражающих «успокойся», «хватит», «перестань». Мне сейчас нужно быть максимально «френдли». - То есть, опять я плохой, да? - Ты хороший,…

2. Куда уходят жены? Ночь Ксения провела в больнице, куда её доставила машина скорой помощи. Внезапно на автобусной остановке низ живота пронзила боль, Ксения даже не смогла удержать стона, вырвавшегося из горла, она согнулась в три погибели, ухватившись за столбик. Внимательные женщины с авоськами…

Первые две остановки меня никто не трогал, и я проехала их почти с комфортом, но на третьей мне пришлось выпустить из автобуса какую-то почтенную бабульку, а запрыгнув в транспорт во второй раз, я оказалась прижатой к незнакомому парню. На каблуках, да еще и в такой давке, я оказалась абсолютно неустойчивой,…