Проза

так случилось Родился он недоношенным, шестимесячным. Над колыбелью со слабеньким тельцем сюсюкали престарелые бездетные тётки. Приходили, как на службу, выкармливать, выдавливать соки, отгонять рахит синим кварцевым светом. Когда окреп и подрос, со сладкими присказками разжимали зубы, чтобы влить…

– За бедные ночи. – За белых людей. Риджбек остался бы доволен таким тостом. – А в шахматы внизу сыграем… Чашки (чаши?) содвинулись разом. Отпив дважды, Звездочет стал споро устанавливать на треноге небольшой телескоп. Ясная луна и сама по себе обещала занимательное зрелище. Правее и выше означился…

– Вы сказали, учительница по русскому и литературе, – с уточнением перебил его Ощепкин. Гигант резко переменился в лице. Первичное дружелюбие испарилось, словно его и не было, а на замену ему проявились хитрость и лукавство. Форсайт сразу же сообразил, куда клонил Ощепкин, и решил оборвать свой длинный…

На поле рассыпал прелестные цветы. Я шёл неспешно, забывая прошлое. Хоть думы вились в грузной голове, Я не желал проникнуть в подсознание, Былое оставляя в звонкой тишине. Ушедшее мне грезилось в полях, Изысканным цветком благоухая. Я покидал юдоль пейзажем лета, Что…

– Да, я пошутила. Он не будет ставить себя в опасное положение, но он придет. Сейчас город стал безопаснее, да и жизнь в целом – все три женщины остановились и начали смотреть на солнце за окном который опускался в закат за другими домами.

Во-первых. Германия – земля отцов, оставлявших у могил матерей и жен столетие за столетием. Государство, которого никогда не было на карте, и рождено оно было вопреки. Если задуматься строго, то рождено в ненадёжном столетии ради войн в столетии наступающем. И поделила его длань победителей на неравные…

За грехи из прошлой жизни был я сослан штурмовать Грозный января первого срединного года ненадёжного десятилетия. *** Стояло жаркое засушливое лето 1995-го года. Москва не замечала происходящего. Ее кормили не из железных мисок военно-полевой кухни. По бульварам прогуливались студенты, а мужчины…

– Потри вот здесь, пониже, – попросил Вася, повернувшись на живот, – Позвоночник прихватило. Ноет и ноет, спать не могу. – Неужели и этой ночью болело? – удивился Михаил, натирая васину спину камфарной мазью. – Нееет, сегодня я дрых как конь, – сказал Вася, – заболело с утра. А теперь еще пониже, –…

Иными словами, пока эра его правления не отойдет в прошлое и не настанет срок распечатать архивы, секретные фонды и хранилища важных государственных бумаг. Вот тогда-то и обнаружится фига, а вместе с ней все человеческие пороки, слабости и заблуждения нашего правдивца и поборника чести, имевшего несчастье…

– Да вы не торопитесь. Богу все возможно, – подняв аккуратно книгу, продолжил наставник. – Жизнь говорит вам только да! – прозвучало уверенно в словах его подруги. – Надо же… Я и не знала… – Для Бога желать… – ответил мужчина. – Значит, иметь, – в унисон продолжила его женщина. – Куда вы клоните?…

Четвертая грань этого замечательного романа сверкает благородством философской и религиозной мысли. В тексте много отсылок к буддистским постулатам, многие герои исповедуют философию стоического и мудрого восприятия жизни и именно ее противопоставляют жажде наживы и разрушительным действиям врагов Отечества.…

Семья мальчика со дня на день ждала пополнения семейства – маленькую девочку. Неожиданно матушке стало плохо, и ее срочно госпитализировали в одну из самых лучших клиник для рожениц в их городе. Технология рождения детей за эти годы была отработана и доведена до совершенства. Новое направление политики…

Откр 22, 4 И узрят лицо Его, и имя Его будет на челах их. … Красные кирпичи… Они под ногами. Ими вымощены дорожки тротуара. Смотреть можно без конца, сложно оторваться. Каждый из них не похож на другие. Обожжённая глина захватывает какие-то светлые гранулы, крупинки, пигменты красного, черные…

Не знаю, как Ей это удавалось, но даже круассан юная леди откусывала аккуратно. Это, наверное, дар. Какое восхищение вызывают люди, умеющие грациозно расправляться с этим видом выпечки, хоть и встречаются подобные таланты, увы, редко.

– Привет, ты сегодня во сколько будешь? – томным голосом поинтересовалась она. – Сегодня приду к ужину. Кстати, твой приятель Фредди мог бы оказать мне небольшую услугу? Кое-что нужно помочь поднять в квартиру, буду весьма признателен, если он найдет время сегодня в четыре часа, – деловито сообщил…

Между тем дети, получившие полную свободу, с рассвета и до заката долгих летних дней пропадали в лесу, где искали разрушенные, засыпанные блиндажи и брошенные землянки, возились в тесноте земли, рискуя быть заваленными прогнившими бревнами, натыкаясь на рваные осколки, ржавые тросы для буксировки, полуистлевшие…

Анализ лежал перед ней. Диагноз был подтвержден, и теперь ее трехмесячному ребенку предстояло пройти тот страшный путь до своей смерти, который проходят все они, ничего не понимающие маленькие жертвы неизлечимой болезни. – Нет, – сказала она малышке. – Этого не будет. Я не отдам тебя, ты не будешь…

И все-таки не стоило вчера работать до бледного лика месяца за окном! И не нужно было потом наблюдать за небом и запоминать все его бесконечные прелести, детали, беззаботные лунные дорожки на глади моря. Зато у меня сейчас есть новый путь, правда, он соткан из невидимых островов и безмолвных молитв.…

– Какая наблюдательная девочка, – усмехнулась она, – То, что мне надо, я унесу в руках без авоськи, Секунд десять мы стояли молча, смотря друг на друга: я – с опаской, она – странно-оценивающе. – А как зовут тебя? – прервала молчание странная женщина. – Эээ.. – я вдруг остановилась на первой букве…

О пора рода и основа счастья Род русской семьи Агишевых происходил из Мещерского края, а фамилия татарская досталась им от помещика, как и полагалось ранее, когда крепостных на волю распускали. Случилось так, что в поисках лучшей доли и новых земельных наделов Поволжья оказались предки этого…