Проза

Он взял. Повертел, поднял к заходящему солнцу, рассматривая черные зубцы. — Темный властелин. Опять, — сказал — как сплюнул, скривившись от горечи во рту. Вспомнил пустую сокровищницу, бросил взгляд на рубаху — напротив сердца латка на латке. И с размаха зашвырнул корону в кусты. Пай, ахнув, бросился…

Но Петр захлопнул райскую дверь: «Ты слишком грешила в миру. Мне бог сказал: не желаю принять Мерзкую Ивлин Ру». Девушка в очках осматривается. Она сгибает и разгибает пальцы, смотрит на то, как устроены ее пухлые руки, затем хватается за растрепанные черные волосы, будто пытаясь…

Неожиданно он оказался между кустами у подножия скалы. Эта находка воодушевила его, он снова поднялся к «губам» и спустился тем же путем. Когда ему это надоело, он повернулся спиной к утесу, вышел из рощи и зашагал вниз по тропинке. Вскоре он уже вернулся на ту самую опушку. Улегшись и растерев ступни,…

– Гаврило Иванович? – обратился к нему Меншиков. – Не угодно ли тебе со своими советниками двинуться отсюда? Если устал – помогут гренадеры. – Мы полагали, что успеем присягнуть, когда наречена будет царствующая особа, – робко заговорил было потерявшийся Головкин. – Вот что значит растеряться-то, –…

Маруся поежилась. Она хорошо знала, что у Вари с лестницей собственного подъезда связаны по-настоящему трагические воспоминания. Столько лет прошло, а тот ужас не забыть. – А у меня днем ничего такого не возникало, – бодро заявила она, чтобы отвлечь подругу от ее печалей. – Только вот так: ночью, на…

   -   Любишь меня?    -   Ну шо ты спрашиваешь! Да не в одной ктубе не напишешь, как!        Фольксваген Тигуан, белый, 2015 года выпуска. Внутри девушка, 22 года. Пишет в чате.    -   Привет!    -   Привет! Ты где?   -   Я в пробке.    -   Блин... Значит, задержишься?    -   Даа. …

Потерявший было свой блеск царский титул снова был вознесен на небывалую высоту. Графа Понятовского, преданного ей всею душою, она возвела на польский престол под именем короля Станислава Августа; несмотря на гнев польских партий, всегда враждовавших и между собою, и с королем, его поддержали в королевстве…

I На фоне уже случившихся событий обычно трудно удержаться от размышлений о том, какой была бы твоя жизнь, поступи ты по-другому. Если бы он знал, что судьба уготовила ему на ближайшее будущее, Луиш-Бернарду Валенса, вероятно, никогда не сел бы в поезд на станции Баррейру в то дождливое декабрьское…

Теперь Потёмкин, приняв командование над Екатеринославской армией, которая сдерживала нападения воинственных турок, направил на её усиление лучший из российских полков — лейб-гвардии Семёновский.    — А где же ваш Николай? — спросил хозяйку прибывший. Екатерина Николаевна тяжко вздохнула:    — Какой…

- Всё пора по домам, - устало вздохнул Макс. - Сегодня жена устраивает званый ужин. Нужно быть вовремя. - Ого! - Засмеялась я. - Да, мы еще играем в такие игры, - смутился он. - Тебя подвести? - Пройдусь к метро. - Отмахнулась я. - Тогда до понедельника. - Он взял сумку и поспешил к выходу. …

В цветном стекле рассказывалась история святого Христофора – как он нес младенца Иисуса на закорках через реку. Сделали витраж плохо: святой выглядел увечным, одноруким. Первоначальные окна выбило в войну. Через дорогу от Св. Христофора стоял многоэтажный жилой дом с дурной славой – там-то и жила Трейси.…

- Ох, ты …, - только и смог сказать Тимозини, пытаясь добраться до рычага отключения системы защиты, которая автоматически сработала и закрыла пассажиров противоударным силовым коконом. - Лиэна, посмотри, на что это мы налетели, — попросил он сестру. Ей проще выбираться из кокона, с пассажирского места.…

Не мне решать, ходить или не ходить Вам на место моего последнего приюта. Я этого не почувствую, не смогу сказать: «Спасибо». На родительский день, Радоницу, день поминовения, проводы (как хотите, так и называйте), по поводу, а то и без повода откройте всего лишь на минуту эту книгу и прочитайте то,…

Деми была самой миниатюрной из нас троих и очень обижалась, когда София или Леандра называли ее миленькой – кареглазая, с крошечным носиком, розовыми губами и мягкими каштановыми волосами, которые она чаще всего собирала в хвост. Она выглядела нежной и невинной – ровно до тех пор, пока не открывала рот.…

Но Росса не переспоришь, он твердо решил сделать все по-своему. – Спит – значит проснется, – коротко бросил он, выходя из комнаты. Демельзу огорчил столь грубый тон мужа. – Росс! – крикнула она ему вслед. Боль на секунду отступила. – Что? Свеча лишь наполовину освещала волевое непроницаемое…

Как думаешь, стоит ли ему рассказать о том, о т к у д а мы? Думаю, нет. Пускай вырастет, а потом все ему объясним. Нашему Гарику и без того забот хватает. Ну да, твоими, кстати, стараниями. Кто его к шуткам приохотил? Только не говори, что это соседский Вовочка из двадцать третьей…

— А Джулии было бы двадцать четыре? — сказала Демельза. — Нет, двадцать три. Двадцать четыре в мае. Росс проглотил кусок пирога. Когда прибыл шлюп, до него от подножья скал проложили широкую тропу из старой шахтной крепи, но не отдельно, как в подвесной дороге, а так, чтобы каждый брус прилегал к следующему.…

Только спустя бесконечно долгие две секунды она пришла в себя снова. Эта реакция... настолько низменная и неправильная, присущая лишь низшим, вызывала настолько большой стыд и смущение, что на миг она забыла даже о своем страхе. Человек в черном только усмехнулся, глядя на это, и поднялся на ноги.…

Волна разгулялась на вольном просторе, Кипит и растет за кормой… — Шаляпин! — восторженно произносит стоящая рядом со мной девчонка. У нее коротко остриженные коричневые волосы, маленький вздернутый носик и большие серые глаза, которые преданно уставились на Витьку. Я понимаю девчонку: слабый…

– Потому что я хороший писатель. Нескромно, конечно… – Есть немного. А с другой стороны – чего уж тут скромничать, если хороший. – Выстукиваю тремоло на подлокотнике кресла. – Валяйте, пишите. Ритмичный стук напоминает мне, как сорок с лишним лет назад в Киеве выстукивал ритм Федор, мой отец, проверяя…