Проза

Герой повести Андерс растет в семье начальника железнодорожной станции в шведской провинции. Через восприятие подростка очень ярко и точно показана атмосфера мелкобуржуазной семьи, честной, набожной и ограниченной, Андерсу тесно в этих рамках. Традиционная религиозность родителей гнетет его. Он мечтает…

В брюках у продюсера первая уже нашла некое неоднозначно безвольное, но внутренне жаждущее активизации образование. Прикасания к структуре подавленной, но оживающей, глажение ее неопределенной поверхности, проба вкуса ее непрерывной невостребованности чаровали другую. Она пела ласковые партии ангелообразной…

Ученье Что он там делал? Сидел со стариком Елиезером под божьим деревом, высоким теребинтом по соседству с колодцем, и занимался науками. О Елиезере люди говорили, что он походит лицом на Аврама. По сути, они не могли этого знать, ибо никто из них не видел предка-халдеянина, а века не сохранили никакого…

Он и раньше догадывался, что трудодень пустым будет, хотел махнуть из экспедиторов куда-нибудь к хлебу поближе. Но – прохлопал ушами, прособирался… А теперь уж поздно – все пусто. И аж до нового урожая ничем особенно не разживешься. Да ведь оно, если с другой стороны посмотреть, не больно и взяли бы…

На этот раз, к удивлению Ушакова, в руках у Нерона Веленбакова была книга. Наморщив лоб, Нерон перелистывал ее. Перед ним, в позе ученика, вызванного учителем к ответу, стоял гардемарин Антоша Селёвин. Это был маленький угреватый паренек. За его невзрачность товарищи называли Селёвина «Се-не-лёвин»,…

Ну и что же, что три? Во-первых, это начало. Во-вторых, кто сказал, что такие школы, в которых готовят работников индивидуального хозяйствования, должны быть большими, людными? Да и вообще, что за воспитание в многолюдстве, толкотне? И я склоняюсь к мнению, что в Батаме стоящий вариант наполняемости…

Ванда молчала. Женя ответила за нее: - Это она здесь прыгала и вертелась у самого стола, махнула руками, задела за чашку, чашка и разбилась. А мы ее все унимали, чтоб она не шалила. - А, вот что! Благодарю покорно! - зашипела Анна Григорьевна, зеленея и грозя Ванде желтыми клыками. Ванда порывисто…

О бог влюбленных, помоги... Дон Херонимо. Брысь или вышибу мозги! Уходят. КАРТИНА ВТОРАЯ Площадь. Входят дон Фернандо и Лопес. Лопес. Честное слово, сеньор, я полагаю, что легонький сон, этак, скажем, раз в неделю... Дон Фернандо. Молчи, дурак! О сне со мной не рассуждай! Лопес. Что…

Эльвира. Разве павшие не оставляют вам наследства? Вальверде. А разве грабеж и добыча - единственная наша цель? Разве в них - честолюбие Эльвиры? Эльвира. Нет, сохрани господь. В моих глазах презренны и побуждения ваши, и средства, и цели. Но я не положусь ни на кого из вас: во всем вашем войске…

В детской поликлинике я мрачно расхаживал по коридору и долго рассматривал санитарную стенгазету с огромным рисунком, под которым стояла подпись не то художника, не то его натурщика: "Чесоточный Зудень". Зудень прилагался ко многим другим опасностям - глистам, лишаям и враждебному миру вообще.…

- О чем вы сейчас говорили с вашим товарищем? - Ни о чем, господин учитель, - Остудин встал и вытянул руки по швам. Таврикий приблизился, коснулся указкой учебников и тетрадей, поворошил. Очевидной крамолы не было, и он сделал шаг назад, наступая на рясу, которая была ему не по росту. Учитель был…

- Привет, Берти, - сказал Бинго. - Великий боже! - Я поперхнулся. - Что у тебя на шее? Зачем? Почему? - А, ты о галстуке. - Он покраснел. - Я: мне его подарили. Бедняга так смутился, что я не стал ни о чём его расспрашивать. Мы молча прошлись по парку, затем сели в кресла у Серпентина. - Дживз…

— Нет, моя Сонечка, у нас нет папы. Наш папа умер. Она так и сказала «наш», и мы вместе поплакали. Узнала я обо всем очень просто: мне было пятнадцать лет, когда в Петербург приехала из Н. мамина подруга, учительница французского языка в Н-ской гимназии. Был вечер, часов шесть. Мамы дома не было. Я…

Раздались громкие приказы магистра корабля, и матросы забегали по палубе, приготовляясь к причалу. Все другие наши попутчики стали собирать свои вещи, и мы с Ремигием последовали их примеру. II Мы переночевали в Порте, в гостинице, и утром нашли себе места в одной реде, отправлявшейся после полудня…

Полетты в саду не оказалось. Ивонна забеспокоилась. Она обошла дом и, сощурившись, заглянула в окно, пытаясь понять, в чем дело. «Иисус милосердный!» — воскликнула она, заметив лежащую в кухне на кафельном полу подругу. Разволновавшись, женщина наспех перекрестилась, прошептала слова молитвы,…

После множества суток беспробудного пьянства, налитого стремлением к свинству, пришло письмо из Ярославля в Ярославль. Без обратного адреса и без подписи. Письмо сказало Мальцеву, что в трубе газовой плиты лежит его французский паспорт. Он там действительно и был — синий, республикански-опасный. На его…

Когда совсем стемнело, командир велел красноармейцам подняться и без выстрела, безмолвно, идти в атаку на врага. Трофимов оживился, повеселел и побежал вперед за командиром. Он понимал, что чем скорее он будет бежать вперед, на врага, тем раньше возвратится назад в деревню, к матери. В лесу было неудобно…

Тревоги Флоренс были более серьезны, и по дороге из Оксфорда ей временами хотелось набраться мужества и высказать их. Но то, что ее тревожило, было непроизносимо, да и для себя это сформулировать она едва ли могла. Если он просто нервничал перед первой ночью, то она испытывала животный страх, беспомощное…

2 Иногда он даже считал лунного странника своим прадедом, что, однако, решительно выходит за пределы возможного. Да он и сам отлично знал из всяческих наставлений, что все это дела более давние. Не такие, однако, давние, чтобы тот владыка земной, чьи пограничные, со знаками зодиака столпы оставил позади…

— Слушаю. Но, Юнас, ты ведь знаешь, как это делается, чистое ремесло: получаешь дерьмо, а потом из этого дерьма получается конфетка… — Получаешь, получается, — сказал Юнас. — Это повтор. — Конфетка, понимаешь, — продолжал Экка, — твоя конфетка, не его. Сколько ты уже сделал? — Я позвоню, — ответил…