Проза

Снова напомнил о себе голод. Остап даже застонал, как от боли. И тут же заметил, что на него с подозрением покосилась соседка, а потом, насколько позволяла длина скамьи, отодвинулась. Наверное, заметила, выглядит он очень неряшливо и болезненно — под глазами синева, заросшие рыжеватой щетиной щеки ввалились.…

Нелады у них, конечно, бывали и раньше – как всю жизнь проживешь гладко? – но чтобы сиверко задул на месяцы – нет, этого еще не бывало. Он знал, из-за чего взбесилась его благоверная. Из-за Варвары, а точнее сказать, из-за столбика, который он поставил весной на ее могиле. Забыта могила. Дунярка, Варварина…

Таким я помню пронзительный сухой анис, выпитый в доме на улице Пайсанду; медовую алоху, испепеленную адской жарой Тукумана, и огненный цветок гранатового вина, распустившего свои лепестки в японском кафе где-то в Мендосе. В этой стране, напоенной множеством вин, география полнится красным и золотистым…

В трилогии В. Ю. Софронова описываются события, когда сибирскому правителю властной рукой удалось сломить сопротивление местных князей, которые далеко не сразу подчинились его власти. В отношениях с Москвой Кучум проявил традиционные азиатские хитрость и коварство, сперва заискивает перед Иваном Грозным,…

— Ох, мисс Харринггон! Сюда приедет девочка! Вот хорошо! — в восторге выпалила Нэнси. Она-то уж знала, сколько радости в доме от младших сестер. — Хорошо? — сухо отозвалась мисс Полли. — Я бы этого не сказала. Конечно же, я сделаю для нее все, что от меня зависит. Надеюсь, у меня хватит чувства долга…

— Плох тот революционер, который отморозит себе уши. Усмехнувшись, Мира вскинула свои руки в продырявленных вязаных перчатках ему на плечи, где темнели полосы от снятых погон. Он, Сергей, замечал и раньше, что шарфик придает ей гражданский вид. Перчатки она редко надевала, теперь, увидев их так близко,…

К месту предстоящего «аутодафе» (ресторан «Пирамида» не знал, не ведал, что ему отведена столь мрачная роль), даже не подозревая о душевных терзаниях хозяина, Володю Степанкова важно и уверенно нес черный, сверкающий никелированными деталями огромный джип — краса и гордость преуспевающей и процветающей…

– Ты можешь мне не рассказывать про возможности… – Меня призвали на Русско-японскую войну, но она кончилась, пока я еще до нее не доехал. Благодарение Б-гу. Потом я заболел, и меня прогнали. Кто будет цацкаться с астмой какого-то еврея? Благодарение Б-гу. Я вернулся и снова стал землю рыть…

Решающая, агрессивная сила воли, навязываемая массе, непременно и вызывающе называет себя тотальной «великой концепцией». Опыт последних двух веков учит, что нет ничего более заманчивого и более опасного, а иногда и просто преступного, чем та или иная «великая концепция», триумфально втискивающая набегающую…

Одна из наших ошибок была — рационализирование жизни, но жизнь сложнее всех наших логических построений, и я, к удивлению, сейчас вижу, как, вопреки логике, при гибели отдельных лиц — и целого строя — идет сейчас в России творческая научная работа, и она захватывает не только отживающее, но и новые поколения.…

Эх, ну почему ж мне так с бабами-то не везет?! Все проблемы мои от них! В тот момент, когда два амбала зажали с двух сторон, позволяя Нинке самолично воткнуть мне в вену шприц с наркотой – благо, эта стерва раньше работала медсестрой и отлично знала, что и как делать – перед глазами проносилась вся…

За спиной фыркнуло, его головы мягко коснулась лошадиная морда. Он сошёл с дороги и сразу провалился почти по пояс. Сзади шла подвода, за ней вторая, третья — целый обоз. Порожняком. Сани с подсанками. Вымахнув из сугроба, Есенин цепко ухватился за подсанки. Повалился на бок, поехал, улыбаясь, довольный…

Окажись рядом моя дочь, мне ничего больше не нужно было бы на свете. Но когда-то ведь должно произойти чудо, и я смогу обнять ее. Главное — выдержать гнет ожидания, и этот момент наконец настанет. На третий день ближе к вечеру мне захотелось осмотреть окрестности. Такое желание непременно возникает…

Но в пик, казалось бы, уже невыносимого отчаяния все вдруг кончилось: чуть ли не разом ушли вперед все звуки, рассеялся дым над клочковатым хуторским полем, стал различим в полутора километрах утренний силуэт маленького городка, а рядом с полем обнаружился горящий хуторской сарайчик. Стало вдруг так…

Профейн, Бенни (Profane, Benny) – мирской, светский, богохульный, нечестивый, грубый, языческий, непосвященный, неосвященный. (С. Кузнецов предполагает, что, Пинчон, возможно, был знаком с известным эссе Мирчи Элиаде «Сакральное и профанное» (рус. перевод – «Священное и мирское»), написанным в 1957…

Хрустнула ветка, и Кей ощутил мерзкий холодок, пробежавший по позвоночнику. Отвыкший бояться — боится втройне, когда страх возвращается. Он стоял и смотрел, не отводя взгляд. Ему чудилось, что он срастается с Лесом, тот втягивает его, поглощает, процеживая сквозь туман мысли и чувства, растворяя…

Она кивнула художнице, которая не заметила этого, и пошла ей навстречу. Остальные остались сзади. Граф Долан поднялся на цыпочки и захлопал в ладоши. Он крикнул через перила необычайно низким и звучным голосом: — Синьора Проперция, садитесь рядом с дамой в белом бархате, восседающей у моря под золотым…

Я спускаюсь на нижнюю палубу. Около иллюминаторов на палубе сменяются лица арестантов. Смотрят, вглядываются в берега острова, где придется кончать свой век. Замечания краткие, мрачные: - Сакалин! - Зима еще! - Дай поглядеть! - Не на что и глядеть. Все под снегом. Качка усиливается.…

Пушкин ( выходит, спотыкается об Гоголя и падает): Вот черт! Никак об Гоголя! Гоголь ( поднимаясь): Мерзопакость какая! Отдохнуть не дадут. ( Идет, спотыкается об Пушкина и падает.) - Никак об Пушкина споткнулся! Пушкин ( поднимаясь): Ни минуты покоя! ( Идет, спотыкается об Гоголя и падает.)…

Старуха пояснила: «брыластый» – толстогубый, значит. Так говаривали, дескать, в старину. Я все-таки не верил, что старуха виделась с Наполеоном, и она еще раз подтвердила: – Как же, как же. Как вот с тобой теперь. Ближе даже. – После Наполеона, бабушка, много воды утекло! – Много, много. И воды и…