Прочие Детективы

— Что у вас за машина? — спросила она. — «Понтиак». Прошел четырнадцать тысяч миль. Я снова спросил себя, что ей надо. — А сколько вы хотите за него? — Две с половиной тысячи, — ответил я. — А что? Вы знаете человека, которому нужна такая машина? — Пожалуй, —…

На отца было жалко смотреть. Я даже переехала к нему на два дня. Он бродил по квартире, натыкаясь на предметы, пытался организовать похороны, путал похоронное бюро с моргом и платил столько, сколько попросят, хотя необходимо было торговаться — денег, как всегда, было в обрез. Но нам помогли. Приехали…

Все напряженно выжидали. Никто не лез за фотокамерой, не отправлял эсэмэсок, не ерзал у окна, выбирая удачный ракурс. Группа как будто ждала сигнала. «Итак, нас восемь. Мы сидим вокруг деревянного стола и с любопытством поглядываем друг на друга. Все это напоминает собрание анонимных алкоголиков,…

— «Понтиак». Прошел четырнадцать тысяч миль. Я снова спросил себя, что ей надо. — А сколько вы хотите за него? — Две с половиной тысячи. А что? Вы знаете человека, которому нужна такая машина? — Пожалуй, — медленно ответила она. — Собственно, я себя имею в виду.…

В ту же секунду за спиной мужчины что-то взметнулось вверх, и он с воплем повалился на колени. Сзади стоял полицейский в поблескивающем желтом жилете с резиновой дубинкой в руке. Вероятно, он некоторое время наблюдал за ними в ожидании предлога, для того чтобы вмешаться. В одно мгновение двое других…

— Инструмент доставит курьер, — сказал мужчина и протянул ей кейс, — о ты все равно поезжай поездом. На месте тебя встретят наши люди и все подробно объяснят. Места встречи и пароли также — в кейсе. В ответ она кивнула головой, и не прощаясь вышла. Уже через несколько минут быстрый «форд» унесся…

Все крохи, как правило, на одно лицо: нос-кнопка, глаза-горошины, на голове — легкий пушок неопределенного цвета. Глубокие старцы тоже похожи друг на друга: сетка морщин одинаково уродует лица, похоже проваливаются беззубые рты, поредевшие, седые волосы едва прикрывают голову. Этой весной она впервые…

Так что пятый подъезд – это грубость и примитив, это прошлое. Мозги теперь вправляют иначе, более иезуитскими способами… Ледников опустил ноги и снова подъехал к компьютеру. Лениво побегал мышкой по английским сайтам и уже хотел выходить из Интернета, как вдруг увидел фотографию Гланьки… Она выбиралась…

Поэтому каждый год 23 октября она приходила в исповедальню собора Святой Ядвиги. Это была епископская церковь Берлина, много священников проводили здесь службы попеременно. Иногда она исповедовалась пасторам, которые уже слышали ее историю. Но исповедника, перед которым она сегодня сидела, женщина…

Папин секретарь, Мелва, бывшая учительница и вдова лет, пожалуй, семидесяти, выбрала это письмо из пачки как нечто такое, что мне стоит прочитать. Личное, сказала она. Не отпечатано на компьютере. Открытка с соболезнованиями, наверное, потому что это один из тех немногих случаев, когда люди до сих пор…

А во-вторых, не далее как четыре дня назад доктор Хэмптон посоветовал Мадлен для поправки душевного здоровья сменить ненадолго обстановку. Я сложила два и два – и поняла, что мне просто необходимо срочно проинспектировать собственный замок. Разумеется, после недавних событий и речи не могло быть…

— Семен, выручай, надо срочно допросить потерпевшего, а наша машина сломалась, подбрось до больницы… С трудом оторвав помятую щеку от импровизированной подушки, он укоризненно посмотрел на меня, послушно поднялся и поплелся к выходу. 03 часа 02 минуты Кряхтя, охая и поскрипывая, снегиревский…

Настойчивый, однако, дятел. Яна посмотрела в глазок и обреченно вздохнула – ну конечно! Кто же еще! Вот уж воистину – не делай добра, не получишь зла! Девушка нехотя щелкнула замками, отпирая, скинула цепочку и распахнула дверь: – Доброе утро, Лидия Васильевна! – Доброе утро, Яночка! Ой, а почему…

— Ах ты, красавец мой, любименький мой, сыночек! — темпераментно восклицала консьержка, продолжая тискать животное. — Чем ты недоволен? Нажрался рыбы с блинами, паразит, да теперь и царапаешься? К кошкам, к невестам своим, рвешься? Я те задам, бабник! Я те задам, паскудник! Все убежать хочет, — с оживленным…

— Где такие препоганые рожи делают? — произнес Холод. — Не в пробирке выращивают, — ответил Валдис, повернув козырек кепки назад. — А отшлифовывают на зоне. — На зоне? — поднял на него глаза Платон. — Это бандит? — Не просто бандит, а последняя сволочь. — А что, бывают первые, вторые и третьи…

Глава 1 В ПОСТЕЛИ С АВТОРИТЕТОМ Дело о бандитизме и оружии, 1998 год В юридическую консультацию, где был мой кабинет, я подъехал около полудня. День предстоял вполне обычный, как и многие другие, характерные для адвокатской практики — встреча с клиентом, поездка в суд для ознакомления с делом, —…

Эми наконец прокашлялась, не выпуская дверной ручки из крепко сжатых пальцев. – Ну да, – согласилась она. – Уже день. А я-то вообразила, что вы большой босс. Только не говорите, что на самом деле вы разносчик еды и напитков. – Чудесное платье, – произнес он. – Но здесь его толком не разглядеть. Уж…

3. А почему бы и нет? Хотя нам, писателям, трудно квалифицировать то, что мы делаем. Я писала просто книгу и, если честно, не думала, что именно она вызовет такой резонанс. Одни отчаянно ругают, другие отчаянно хвалят, некоторые вообще говорят, что это плагиат. Поэтому лучше сказать – ремейк. Я ведь…

– Для такой умной цыпочки ты сильно тормозишь! – прошипел он. – Все поменялось. Я больше на тебя не работаю. Теперь я здесь командую! Будешь слушаться, или я порву тебя на тряпки. Он стиснул руку на ее подбородке, всего на мгновение, но с такой силой, что зубы до крови оцарапали слизистую. – Я ясно…

Фрау Гольдмахер и сама не блистала женским очарованием и на корпоративных вечеринках часто уединялась с фрау Лямке обсудить пороки присутствующих джентльменов. Но в отличие от Лямке, она втайне ужасно страдала от своего одиночества и была готова отдаться любому, возбудившемуся ее неброскими прелестями.…