Приключения

Мне будет девяносто лет, когда я умру; тебе будет уже восемьдесят четыре. Мы умрём вместе – в тот холодный, и мрачный день в лесу – у писательской избушки. Но сначала – я расскажу тебе, что будет дальше… Разоблачение Первое А теперь: представь, что весь мир у тебя в руках и ты можешь сделать…

– Ес-с-сли бы вс-с-се было так прос-с-сто! Дело в том, что отказ-с-саться нельз-с-ся. Выбирать из нас-с-с, меня и ещё пятерых братьев, будет Уж-ш-шиный ц-с-сарь, наш отец-с-с. И он видит нас-с-с и наши пос-с-ступки нас-с-сквоз-с-сь. То есть, я конечно могу с-с-сейчас убить тебя, например. – Он повернулся…

– Где я нахожусь? – мой вопрос был адресован женщине, которой на вид можно было дать и пятьдесят лет, и шестьдесят. Глубокие носогубные складки и слегка выпяченная нижняя губа придавали какое-то сварливое выражение лица, но мне было всё равно. – А вы, девушка у князя Радомира. В лесу он вас подобрал,…

– Получилось! Получилось! И вдруг весь этот ворох поднялся вверх. Ее одежду держал в руке мужчина. Высокий, темный, мощный. Легкий панцирь из черной кожи открывал могучие плечи, сплошь покрытые ритуальными шрамами и татуировками. Его черные волосы были зачесаны назад, открывая смуглое волевое лицо,…

Если по левую руку товары годились только для подготовленных к колдовству людей, то по правую стеллажи буквально трещали от готовых снадобий и резных флаконов. Тут было всё что душе угодно: любовные привороты, эликсиры молодости, средства от бессонницы, чаи для вещего сна, исполнения желаний и многого…

От тяжёлых мыслей его отвлёк любопытный взгляд симпатичной мещаночки, усевшейся недалеко от него, и напомнил о вчерашнем досадном разговоре с родной тёткой, которая замучила его вопросами про женитьбу. А когда узнала, что в ближайшее время Николай жениться не собирается, запричитала, что ему грозит одинокая…

Вспомните также судьбу столь могущественного народа, как народ Анауака. Он творил зло во имя добра, в жертву своим ложным богам он приносил тысячи человеческих жизней, надеясь, что боги пошлют ему мир, благоденствие и богатство на многие поколения. Но как ответил им истинный Бог? Вместо богатства он…

А в то же время информационный пакет из дальнего космоса без всяких помех скользнул прямо в крохотный еще мозг новорожденной и тут же растекся по всему ее маленькому тельцу. Псевдо-интеллект зафиксировал точное выполнение задания и запустил систему внедрения и освоения, рассчитанную на шестнадцать оборотов…

– Наверное, надеется выдать её замуж под шумок, – хихикнула Нава. Струны таррона негромко звенели. Обычно они приносили в душу гармонию и спокойствие, но теперь вызывали лишь раздражение. Под шумок! Я прищурилась и посмотрела на жучка так, будто это он был повинен в случившемся, и вдруг он развёл надкрылья…

Он помолчал, вытащил из кармана штанов носовой платок, смахивающий на небольшую скатёрку, шумно высморкался. Подержал паузу. Петров тоже молчал, ждал продолжения. – Короче, Геныч, вали-ка ты в отпуск, – еще один отсекающий протесты жест. – Властью, данной мне Генеральным советом директоров нашей многоуважаемой…

– Для обывателей, – перебил он меня. Становилось непонятно, что хочет от меня этот странный грубоватый человек, который говорит, что пришёл за мной и все про меня знает и, притом, не объясняет ничего. Но спрашивать его об этом было как-то боязно. –Кто Вы? – спросила я наконец. – Ты можешь называть…

Я лежала и лежала, не в силах заставить себя открыть глаза или пошевелиться, лишь бы не развеять этот чудесный сон и не вернуться вновь в унылую реальность. И, может быть, пролежала бы так еще долго, хоть целую вечность, если бы кто-то рядом вдруг возмущенно не вопросил глубоким, бархатным мужским голосом,…

Основная комната, где я принимала пациентов, была похожа на зал скромной аптеки и лекарскую палату одновременно. Вдоль стен у меня стояли простые деревянные стеллажи, их полки были заполнены снадобьями. Ровные ряды идентичных баночек, бутылечков, коробочек с различными настоями, отварами, сборами и прочей…

И только в этот миг ночная тварь спрыгнула на пол и со злобным шипением исчезла в углу. – Там! – возразила Лара, с ужасом указывая в угол. – Она сбежала! – Успокойся! Это просто сон. Сейчас дам тебе воды! – сердито сказала бабушка. И, сбегав на кухню, подала ей стакан. Лара, напилась, стуча зубами…

– Давай начистоту, Эф, – Стив приблизился ко мне. – Я, конечно, старый дурак, но не совсем еще выжил из ума. Ты всегда была очень прилежной ученицей и законопослушной гильдийкой. С чего бы тебе сейчас действовать нелегально? Тем более, хорошо известно, что если на этом поймают, могут лишить знака, –…

Раньше, этот чувак долго пахал на подмосковную автомобильную мафию. По заказу барыг он угонял очень редкие и дорогие машины в столице. Интересно, куда же Толян сейчас направляется? Чует моя селезёнка, что здесь дело нечисто. Наверняка, бывший сиделец снова вернулся к любимой работе. Давай-ка, за ними…

Да что это такое, в самом-то деле? Он шёл на ощупь, уже выучил этот путь, и знал, что ступенек им осталось двадцать восемь, и что они уменьшаются кверху – тоже знал. А она – нет, и девичья нога соскользнула, и он мгновенно подхватил её второй рукой за что пришлось. Удержал. Она быстро нашла опору.…

– Скучаешь? – спросила Галина Алексеевна в конце сеанса. Артём многозначительно поднял брови. Если бы он успел проникнуться одиночеством за эти два дня, уже было бы неплохо. Но, судя по заходу, этого сделать опять не удастся: знает он все эти разговоры. Вот же очередной облом. – Новый сосед? – вяло…

Полковник раскрыл перед собою папку с какими-то бумагами и стал их перебирать. Наконец, найдя нужный документ, он начал читать то, что там было написано, двое других военных продолжали сидеть на диване, и внимательно наблюдали за происходящем. – Скажите, что вам известно о древней письменности? – Мне? –…

Но это, к сожалению, не помогло. Растение сохло и слабело с каждым днём. Специальные растворы, которыми его теперь поливали, не могли восстановить его. Дерево убрали в другое место и надеялись, что всё станет, как, прежде. Выбросить его никто не решился, да и не хотел. Ссыхаясь, миндаль всё уменьшался,…