Попаданцы

Глубокий вдох. За ним ещё один. Приятный аромат свежих фруктов донёсся до самых притязательных рецепторов, даря непередаваемые ощущения радости и наслаждения. День, очередной беззаботный день вступал в свои законные права. Прошлая ночь миновала также бесследно, как и все предыдущие. Да и стоило ли заботиться…

Индеец знал о гномах, которые пришли в деревню больные, их пытались лечить местные знахари, но не успели потому, что появились стражники барона и отвели в замок. Это хорошая новость, по крайней мере, я знаю, где находятся факельщики. Возникает необходимость освобождения гномов из местной тюрьмы, а это…

— Фу, как ужасно! — Еще посмеиваясь, тихо произнесла я. — Зато смотри, сразу успокоилась! — Она мне подмигнула и снова вернулась в свое рабочее положение. Через несколько часов, проводив взглядом последнего человека, покинувшего кабинет, я недовольно посмотрела на часы. Рабочий день уже как два часа…

Базар-вокзал, ты чемоданчик свой забыла, ты чемоданчик свой забыла, ай-яй-яй! Базара нет, тач-тач, сама забыла, ты чемоданчик свой забыла, ай-яй-яй! Базара нет, тач-тач, сама забыла, ты чемоданчик свой забыла, ай-яй-яй! А нет — свой чемоданчик я не забыл! Вчерашним вечером я появился на жэдэ вокзале…

Взяв паузу, и продумывая картину потенциального боя против двоих я ответил отказом: – Я не могу пойти на это Старик, если страна Железа встанет на нашу сторону, мы сможем завершить эту кровопролитную войну, и сохранить тысячи жизни молодых воинов. Я хотел еще сказать про Волю Огня, но меня перебил…

— Лист пропускной имеется? — Старуха задула свечу и повернулась к гостю. Сидор кивнул. Сбросив с плеча двойную дорожную торбу, извлёк из неё слегка помятый свиток и протянул хозяйке. Та поднесла пергамент к лампе и принялась изучать, едва не касаясь строк крючковатым носом. Придирчиво осмотрев печать…

Оказавшись дома, сразу начала составлять список вещей. Всегда так делаю, хотя у меня где-то валяется, ещё с прошлого похода, шпаргалка списка вещей. Во-первых, надо теплые вещи, вечерами ещё холодно, хотя где конечно, но лучше взять. Это термобельe, теплый свитер, плащ-накидку, сменное бельё, носки и…

Они… которые снова действительно — «живее всех живых», а не как то, что идеологически-заклинательно провозглашается в отношении лежащего в стеклянном ящике там, на главной площади столицы страны. Создавший ЭТО государство безвозвратно мёртв, а великая страна уже почти при смерти, хотя и не осознаёт…

Кажется, мне удалось хорошо сыграть свою роль. Капитан смотрел, смотрел на меня, записывал мою белиберду, а потом заскрипел зубами и отложил блокнотик. Потом позвал сержанта Расти и приказал увести меня. Правда, перед этим записал мой адрес, телефон и фамилию. — Иди отсюда, сынок, больше не появляйся,…

А внизу уже тянулась полоса освещенной фонарями дороги, по которой катились редкие ночные машины. Справа светился мост, впереди возвышались панельные коробки, знакомых до боли шестнадцатиэтажек. Сергей спохватился: – Не пора ли нам включать маскировку, а то все газеты напишут, что над городом видели…

Так произошло и сейчас. Медленно один за другим животные стали проявлять любопытство. Они больше не лежали там же, где рождались, в ожидании смерти. Словно гигантский часовой механизм, вся структура мира зашевелилась. Потребуется немало лет, чтобы планета достигла своего оптимального состояния, но дальше…

И меня предало то, к чему я всегда относился с огромным уважением обожанием и любопытством. Моя интуиция была слишком тесно связана и слишком открыта миру. Я и забыл, что связь была двусторонней. Оказалось, что не все мои задумки нравятся этому своевольному сверхбожеству. В конце концов включилась…

— Ох, Агидель. — Он покачал головой. — Я позову Тангаура, надеюсь, он поднимет тебе настроение. Я не запомнила какое полотенце он убрал в сторону, чтобы выйти из причудливой круглой палатки, но через пару минут в неё вошла большая бурая собака. Я прижала ноги к себе, что-то брякнуло, и тут я обратила…

Поэтому решила взять все в свои руки! Своими силами и из своего кармана Лена занялась ремонтом. Начала с генеральной уборки, перестановки, смогла даже поменять обои. Нарисовала несколько плакатов, сделала пару выставок, даже завела страничку в социальной сети! Обращалась к главе села, тот её энтузиазм…

— А может это всё? — рука целительницы скользнула к промежности Грина и привычно там зашебуршала. — В каком смыслы «всё»? — напрягся обнажённый парень психологически в районе мыслей и физически в районе промежности. — Из всего, что я поняла, — заговорила Милиона, садясь на Грина и начиная медленно,…

В метро стало совсем тяжко, вентиляция не справлялась и лёд перестал спасать. Зато активно таял. Не долго думая, я пару раз плеснул ледяной воды за пазуху. Блин, ехать всего три станции с одной пересадкой, а сдохнуть хочется раз десять. Вот говорила мне мама — не пей, дурнина, перед работой, жди выходных.…

Прежде всего следует понять, где я. Окружающие меня деревья недвусмысленно намекали, что это не больница и даже не родной город. Но куда меня занесло? А главное — зачем? Я поднялся, с опаской озираясь вокруг. Тишина леса была настолько глубокой, что казалось, будто мир замер. В темноте, прерывисто…

Пришлось нырнуть под воду, чтобы сделать более сильный толчок. В мутной воде вообще ничего не было видно. Мне пришлось бить наугад. От первого удара по ощущениям ничего не произошло. Но зато в ушибленной коленке болезненно стрельнуло. Второй удар тоже ничего не дал. Оно что, бронированное? Я от злости…

Вячеслав кинулся к кровати, совсем как маленький забрался под одеяло и попробовал зажать уши подушкой. Голос всё равно был слышен, он шёл как бы из глубины черепа. – Так ты хо-о-очешь-ш-шь? – Да-да, хочу, отстань! – всхлипнул Вячеслав. – Тогда вс-с-споминай. Перв-в-вый день. Часть I. На пороге…

Потом был Карибский кризис, когда вдруг оказалось, что целый ряд поостренных русскими на Кубе заводов с мастерскими для ремонта тракторов – на самом деле замаскированные пусковые установки для их ракет. Ситуация тогда накалилась настолько, что всем в мире казалось, что вот-вот полетят ракеты и самолеты…