Мистика

Лена плохо помнила, что было дальше и как они с Машей закончили разговор. Скорее всего, каждая выла в свою трубку, пока кто-то не выронил телефон. Аня забилась в дальний угол и тихо скулила. А Лена потом откинулась на кровать и смотрела в потолок, пока он из чёрного не перекрасился в оранжевый. На…

– Да… – осторожно протянул я, – а что, нельзя было? Я думал, раз смена в ночь, то я до семи утра там, потом к вам, а отсыпаться днём. – Я не про то, – она покрутила головой. – Нам Иван сказал, что ты даже не думал особо, сразу как-то согласился. – А чего там думать, дел мало, платят много, – улыбнулся…

Диана закрыла шкаф и вернулась к книге. «Наверное, показалось, – решила она. – Или соседи за стеной шумят». Но стоило ей открыть книгу, как из шкафа послышалось детское хихиканье – тихое, едва сдерживаемое. Так обычно смеются дети, когда играют в прятки, а водящий не может их найти. Диана пулей подлетела…

Сочинение… лето. Как я провела? … кроме ковра и воблы нужно ещё что-то… Соседи ездили на дачу. Я вглядывалась, как другие медленно скребли шариковыми ручками, и раздирала ногтём линованную тетрадь. Виктория Витальевна, с грацией хищной птицы, окинула класс взглядом. Её глаза, словно два острых лезвия,…

Ни одна птица не летала здесь, и ни один зверь не оставил следа. Шаги Путницы по жирной липкой пыли глухим эхом разлетались в темноте, улетая всё дальше и дальше. И хоть не было здесь ветра, но стволы деревьев то и дело покачивались, скрипели и стонали. И всё сильнее сгущалась ТЬМА вокруг женщины, и…

Но его пальцы замерли над инструментом, а брови мужчины приподнялись. Нужной вещи не было на виду, но это невозможно, ее он всегда держал поверх остальных принадлежностей. Как же без нее? Куда она делась? Задумавшись на несколько секунд, он хлопнул себя по лбу ладонью, усмехнувшись. Вот старый…

– Как вы, ребят?! – радостно спрашивает он. – Отлично, ты как? – серьёзно отвечает Франц. – АХАХАХАХА! – смеются ребята. – Ты я смотрю словарный запас повысил с нашей встречи! Хехехе, – произносит Йенс. Франц улыбается. Йенс продолжает: – У меня тоже дела отлично! Ухх, сегодня ночью мне такой…

– Такая жара сегодня… Может, заедем в кафе до отъезда, отдохнём, пообедаем? – Аня, покидав свои вещи в сумку, наблюдала, как Стас аккуратно укладывает каждую деталь костюма в чемодан. – Я против. Хочу успеть сегодня вернуться в Краснодар. – Он даже не посмотрел в её сторону. – Стас, ну пожалуйста,…

Мы увидели двух крупных мужчин, возле кафе. Они плохо выглядели. Так выглядят люди очень сильно пьющие. Один из них уже еле стоял на ногах, и шатался, как береза на ветру. Другой был более уверен. В руке у него была бутылка. Это было жалкое зрелище, но нельзя было не отметить, что мужчины выглядели…

– Оля, я знаю, ты дома! – твёрдо сказала Марина. Думалось, надо приехать и сразу всё разрешится: Оля встретит, рассмеётся и расскажет, что это была шутка. Напомнит, как в лагере у костра пугали друг друга страшилками, от которых выгоревшие волосы становились дыбом. А потом они вместе будут смотреть…

– Заезжать проверять вас, да? – он понимающе кивнул. – Если бензин покроешь, всё можно. Борис что-то пробормотал себе под нос, вытащил из внутреннего кармана пакет с деньгами и принялся отсчитывать нужную сумму. Хадиуль внимательно следил за руками. – Столько хватит? – Борис протянул ему внушительный…

А ещё густые снегопады очищают воздух от всякой вонючей химии, что для Добромыслова, застрявшего в кольце ядовитых производств, очень даже полезно. Так что пусть снег дальше кружится и летает. И подольше. Дожёвывая бутерброд, Новиков наблюдал, как в мягкой лиловой тишине снегопада туманно светятся…

Анна почувствовала, как волны тошноты поднимаются в ее горле. Ее внутренний голос заорал, призывая к бегству, к спасению. Но перед ней стояла непреодолимая стена страха и отчаяния. Она не могла вернуться, не могла убежать от этого кошмара. – Это… это невозможно, – прошептала она, голос ее дрожал, как…

Это была самая сложная часть. Будущее – хрупкая вещь, но еще более хрупка связь с ним. Порой все мои попытки предотвратить ужасные события, становились их причиной. Мой дар – мое проклятие. – Я тебя провожу, – мягко, но настойчиво произнесла Элиз. Я слабо улыбнулась, благодаря судьбу за такую соседку.…

Играя в спелеологов, дети обнаружили небольшую странную пещеру. Подобных карстовых образований вокруг было в избытке, в том числе и куда замысловатее, однако именно эта пещера чудесным образом отличалась от своих собратьев: она словно дышала. Из неё то и дело выходил поток холодного воздуха, а затем…

(Дойдя в размышлениях до этого места, Тарик с некоторой опаской покосился на шкафчик, где лежала его бляшка, но тут же успокоился: бляшка прошла через множество рук, будучи уже очищенной, и ни с кем, включая его самого, не произошло ровным счетом ничего — ни плохого, ни хорошего.) Короче говоря, на…

Вдруг пробудиться ото сна! Расправить ветви золотые, Прогнав жуков несметный рой, Стряхнуть все капли дождевые, Зелёной шелестеть листвой! Но вот почти уже два века Об этом лишь мечтает он, Встречая ярко-красный вечер, Не смея нарушать закон. Но я уверена, однажды Перевернется…

Назар и Мавра переехали в этот дом около четырнадцати лет назад. Их семью можно было считать одной из самых загадочных во всём Краснодарском крае. Род Назара славился способностью лечить людей от различных болезней, порой даже от самых тяжёлых и, по словам народным, – неизлечимых. Все мужчины, появляющиеся…

Была еще мысль вернуться в родной поселок Ага Дрын-Дрын, устроиться на три работы и подкопить деньжат там, ведь не нужно будет платить за съемную квартиру, и на продукты тратиться. Но тогда его на себе точно кто-нибудь женит, а родители этому только поспособствуют. И они вполне могут это провернуть в…

Это потом уже, когда Рэм к ней переехал и начал подсовывать деньги под салфетку на тумбочке, она смогла себе позволить и батон белого, и масло, и сахар. И кота своего кормить тушенкой хоть каждый день. Благодарности за это Рэм не ждал, да бабка как-то и не задумывалась, чего это пенсия так выросла.…