Классическая проза

– Что же велит мне твоими устами мой усопший отец? – Он советует тебе, дон Педро, никак и ничем не вредить донье Леонор и оставить ей все, что он ей даровал. Если подумать, совет этот достоин не только славного рыцаря, но и мудрого политика. Время развеет злобу, которой исполнена теперь эта дама, и…

Было начало августа, сезон раков. Валдемар Матиссен до глубины души страдал, видя в зеркала, как нынешние процветающие клиенты терзают маленькие красные существа, которых он любил и как лакомое блюдо, и как создание природы. Он сам вылавливал их в ручье возле своего домика в Энебакке раз в две недели…

— Это вы уж не насчет ли нового вина и новых мехов? — не без иронии возразил Иван Ильич. — Ну, нет-с; за себя-то уж я отвечаю. В эту минуту часы пробили половину двенадцатого. — Сидят-сидят да и едут, — сказал Семен Иваныч, приготовляясь встать с места. Но Иван Ильич предупредил его, тотчас встал…

Париж приуныл, прослышав об отъезде Дидро, а Петербург возликовал. Столь много в ту эпоху значил умный человек. Петербург ликовал. То есть, ликовал он за небольшим исключением. И это маленькое исключение представлял из себя крупный философ и естествоиспытатель Павел Иванович Лажечников. Едва ли…

Наступило тягостное молчание. Грудь старика высоко вздымалась, дыхание участилось, – видно, не совсем еще потухло его догорающее сердце, еще хранило оно под пеплом неукротимый жар. И в самом деле, разве не горестна участь отца, вынужденного поручить другим заботу об единственной своей дочери? Глаха…

– Стоять на месте! Руки вверх! – раздался голос из темноты. Вещи Керна упали на пол. Его левая рука онемела, удар пришелся по локтю. У человека в рубашке было такое выражение, будто он сейчас бросится на голос из темноты. Но затем он увидел у своей груди дуло револьвера, направленное другим…

— Спасибо, хорошо… Стало быть, встречаешь управляющего? — Да, этакая досада. И главное дело — в самую страду… — Выходит, мужского полку прибыло, — сказала дочь пастора, размахивая руками так, словно заранее давала приезжему затрещину. — С Малышом-Бентсеном будет их, значит, шесть с половиной… Вдова…

Лицо Менделя, внезапно протрезвевшего, обращено к цыганке. Цыганка проходит мимо Менделя. Она скосила глаз и поет: — Маранц, матери его сто чертей… Цыганка вильнула бедрами, она играет с обезьянкой и поет про себя: Маранц был у пристава… Мендель пошевелил вожжами и поехал. Не в пример прежней…

Повозка поднимается к ней по косогору. Лина миновала ее милю назад. Повозка стояла у дороги, мулы спали в постромках, головой в ту сторону, куда шла она. Лина увидела повозку, увидела за забором у сарая двух мужчин на корточках. Только раз взглянула на повозку и мужчин, один лишь взгляд кинула -- емкий,…

2 Вот что рассказывается о ней в новелле Вивана Денона: некий двадцатилетний дворянин как-то вечером оказался в театре. (Ни имя, ни титул не упомянуты, но я воображаю его дворянином.) В соседней ложе он видит даму (новелла называет только первую букву ее фамилии: мадам де Т.); это приятельница Графини,…

Или же – большой сад наполнялся маленькими существами. То были дети Гонтрама: Фрида, Филипп, Паульхен, Эмильхен, Иозефхен и Вельфхен. Они были повсюду, сидели на сучьях деревьев, заползали в глубокие ямы. Кроме них собаки, два дерзких шпица и фокс. И еще крохотный пинчер – адвоката Ланассе, маленький,…

ОРФЕЙ. М, М... Лошадь, продолжай. Ну же, скорей, после буквы М... Я слушаю. ЭВРИДИКА. Какое терпение! У тебя самого нет головы на плечах, а ты ее выискал у лошади! ОРФЕЙ. Я слушаю. Ну же, лошадь! М. Ну, а после М? Лошадь шевелится. Ты шевелишься. Ты собираешься говорить. Говори. Продиктуй букву…

— Это вы для кого, Арсентий Иванович? — Для тебя, умника, — резко оборвал боцман, — тоже тебе, хорьку, все пронюхать надо, — прибавил боцман. — Я по своему рассудку сам могу понять, для кого купили супирчик! — конфиденциально произнес фельдшер и прищурил свои плутоватые, быстрые и несколько наглые…

— Ты чего? — спросил он. — Откройте. Я насчет работы. — Откуда явился? — Из Педро. — Где работал раньше? — В бакалейной лавке. — В какой? — Петерсон и Компания, Уэстерн-Сити. Сторож подошел поближе и через решетку внимательно оглядел юношу. — Эй, Билл! — позвал он, и тогда из будки…

Мне и прежде не раз случалось открывать в себе такого рода босуэлловские склонности. В Париже, в Лондоне я был беззаботным и счастливым фланером; я фланировал по Нью-Йорку, и Вашингтону, и многим большим городам Европы; однако на некоторое время это радужное настроение заглушили всяческие хлопоты и неприятности,…

После этого наглядного урока Антек вернулся тем же путем домой. Попало ему от перевозчиков, изнемогавших от тяжелого труда, всыпала ему и мать, но это все пустяки, Антек был счастлив: он удовлетворил свое любопытство. Правда, спать он лег голодный, но всю ночь ему грезилась то мельница, перемалывающая…

Коли Джек Лондон повернувся з Аляски, йому було двадцять два роки, він мав багатий життєвий досвід і перші проби пера. Попереду було нове сторіччя і кар'єра професійного письменника. Першим пробилося до друку оповідання «За тих, хто в дорозі» (1899), за ним ще декілька було опубліковано в періодичних…

— Нравится? — Элвин Деккер повернулся к мальчику, и по напряженному ожиданию в его тоне Николас понял, что это и есть его новый дом. За свои короткие девять лет он пережил много перемен и слегка утратил способность удивляться. Но этот необычный старый дом, который казался таким заброшенным и таинственным,…

Тут ужас до того овладел Берлиозом, что он закрыл глаза. А когда он их открыл, увидел, что все кончилось, марево растворилось, клетчатый исчез, а заодно и тупая игла выскочила из сердца. — Фу ты черт! — воскликнул редактор, — ты знаешь, Иван, у меня сейчас едва удар от жары не сделался! Даже что-то…

103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 Пауль Хейзе В раю ОТ РЕДАКЦИИ «Зарубежный литературный архив» — новая серия издательства «Книжный Клуб Книговек». В ней будут представлены…