Историческое фэнтези

— Гитлер опаснейшая угроза для всех нас, это и делает нас союзниками, как когда в период долгих, на полтора десятка лет, войн с Наполеоном. Но что касается опасности коммунизма для ваших стран — она слишком преувеличена газетчиками, а вы и президент Рузвельт прекрасно понимаете, что пропаганда Коминтерна…

Вот тут он был прав: вполне могли и не отыскать стойбища, многие уже порушили, бивни забрали, а больше у людоедов-зверолюдей, прозываемых остяками и ненцами – менквы, – и брать-то нечего было, окромя разве что выпариваемой соли… так казаки и сами научились выпаривать – горькая соль выходила, ну да ничего,…

Толпа ахает, а Ферик, получив нежданную свободу, крутится на месте, не понимая, что делать в мире без ограничений. – Бегом! – кричу я, и тогда он, покрутив головой, как несмышлёный щенок, рвёт с места, но бежит не ко мне, а в гущу людей. Одна секунда, даже меньше, никто и охнуть не успевает, фр-р-р……

— Зиновий Петрович, вам плохо? Какое-то лицо у вас стало отрешенное, тоскливое, что ли… — Японцы снова начнут войну, счет пошел на дни, Владимир Иосифович. Для них это последний шанс — и теперь у нас нет полуторного превосходства в силах, лишь незначительный перевес по числу вымпелов. И что хуже всего…

Обходить дом с другой стороны и красться у стены, чтобы незаметно проскользнуть в подъезд, Веронике не позволяло чувство собственного достоинства. Да и показывать Грачёву, что она его побаивается, она ни за что не станет. Помнила, как после первой их встречи стояла в ванной и держала дрожавшие ладони…

— Да, пора ехать… Кантемир повел плечами, и хотел отдать приказ гетману, но слова застыли в горле, словно замерзли от глотка морозного воздуха. И было отчего — на середине Днестра, в туманной дымке, идущей от воды, плеснуло, словно крупная рыба выскочила из воды, но тут же донесся человеческий крик,…

Став тем самым человеком, что сохранил Союз, Березкин все чаще задумывался о семье. Но все некогда было, а затем к нему пришел тот самый старик в белых одеждах. – Ну что же, воин, получил ты чего хотел? – поинтересовался старик. – Получил, отче, – уверенно кивнул Березкин. – И что теперь? – А теперь…

— Вижу, контр-адмирал Вильямиль подошел? Вопрос был праздный, все прекрасно видел собственными глазами, потому и на мостик вышел, чтобы посмотреть на подход «Бискайи» и маленькой «Гаваны». Более быстроходные «Кристобаль Колон» и «Нью-Орлеан» обходили неприятеля, отсекая тому путь отступления на север.…

Меня называли «миледи», и я была дочерью герцога, но земли и наследственный замок были конфискованы в пользу Короны после того, как отца признали виновным в государственной измене и казнили. А отцовский титул вымарали изо всех книг и предали забвению. У меня не было ни земель, ни средств, ни наследства.…

Она сжала губы, но ничего не ответила. — Этот будет занимательным. Обещаю, — произнесла она лишь через минуту. — Раз обещаешь… — я кивнул, чтобы продолжала. — Сестра прячет восьмилетнего сыночка, — сказала она. — И сообщила мне, что у ребёнка есть определённые… — она прервала, не зная, что сказать,…

— Да не вопрос, Карим. Только давай побыстрее, а то меды прокиснут. — У нас не успеют прокиснуть. А потом случилось чудо — татарин покопался в висевшей на боку кожаной суме, и достал два огромных петушка на палочке. Один ярко-красный, другой жёлтый. Протянул Миньке с Милкой и поощрительно улыбнулся.…

— Уйду, посмотришь — приду, свои выводы уже сделаешь, — хмыкнул дед, и положил жестянку на стол. Придвинул к Лешке и бодро потопал к вешалке, под которой стояли галоши с «меховой оторочкой», излюбленная деревенская обувь, дешевая и долговечная, у многих такая — грязь во дворе месить. А сейчас ее многовато,…

Из коридора донёсся мягкий, но чуть уставший голос мамы: — Аня, ты позавтракала? Это было не столько вопросом, сколько ритуалом. Мама всегда задавала его, даже если знала ответ. — Да, почти! — крикнула она, выскальзывая из ванной и направляясь в гостиную. В большой комнате, где пахло деревом и дымом…

– Ты считаешь чародеев Совета, сильнейших колдунов, глупцами, уважаемая Нине-пухуця? – удивилась Митаюки-нэ. – А ты в этом сомневаешься? – хмыкнула старая шаманка. – Тебе мало одного урока? Они тупы, и ты с легкостью могла взять их под свою руку, заставив служить, как начинающие колдуны заставляют…

   Туристы занимались утренним туалетом, не обращая особого внимания на связанных хулиганов, благо, те молчали, зыркая по сторонам. Народ в этом сплаве подобрался спокойный, многие сплавлялись не первый год и были знакомы. Новичками оказалась группа врачей, как в шутку называли семерых мужчин, женщин…

Они подошли уже очень близко, поэтому Лилайна могла услышать шепот, на который перешел ее дядя Вильям. – Не повторяй мне все по многу раз. Я ничего не забуду. Вы оба заслужили этот отдых. Он сам открыл дверцу кареты, позволяя королю скользнуть внутрь. Лилайна приоткрыла глаза, но увидела только…

– Нет, речь идёт не об услуге. – Девушка пошевелила пальцами. – Всё несколько сложнее… – Артефакт при вас? – Гость больше не мог сдерживаться. Лишних действий он себе не позволил, чтобы – не дай Спящий – не показаться агрессивным. Но голос его предательски сорвался. – При вас? – Да. – Да?! – Судя…

Так как бодро идущий кораблик уже миновал гранитные набережные и соборы, я занялся вторым. Пассажиров было два десятка с небольшим. Одни, как и я, стояли у лееров, другие сидели в салоне, где услужливый стюард предлагал всем достаточно неплохой чай, хоть и без молока. Я сразу же определил знакомых,…

— Не понимаю, неужели японцы настолько пренебрежительно к нам относились, что не выставили плотных заграждений? И нам откровенно повезло, Роберт Николаевич — мы прошлись по собственным минам, рискнули, и правильно сделали. Иначе бы на вражеских заграждениях потеряли бы все пароходы-«прорыватели», и захват…

И вот все весной закончилось в одночасье — его, миропомазанного царя, столь много сделавшего и жизни собственной не жалеющего, вышвырнули из любимого «Парадиза» как поганую тряпку, за малым чуть не убили. И что худо — первенец Алешка, как тать и шпынь, подлость ту учинил, мерзавец, и забыв про писание,…