Фантастика

На Рубене Эрбахе попытки министров склонить короля к милости не закончились. Министры видели и попытку покушения, и то, что за ней последовало. Кровавые сцены до сих пор стояли у них перед глазами, и они всеми силами стремились избежать нового кровопролития, в какой бы форме оно ни предполагалось. …

По ноге я попал и даже успел полюбоваться на прыгающего дурака, как бок взорвался болью. Я удивленно поднял руку и увидел пафосную рукоять. — Ты охренел, что ли? — крикнул я. Вытаскивать сейчас нож, себе дороже. Так только в кино делают. Поэтому, стараясь абстрагироваться от боли, щедро отсыпал ударов…

Компашка подобралась разношёрстная. Был тут бывший охранник таверны по имени Степан — здоровенный детина с туповатым рылом, попавший сюда то ли за перепалку, то ли за пьяную драку с офицером. Рядом с ним — карманник Митька, с бегающими тёмными глазками и вечной полуулыбкой на хитрой физиономии. Без умолку…

Лёня сглотнул избыток слюны у себя во рту. В джинсах стало слишком тесно. — Иди ко мне, Леонид,— сказала она и протянула к нему свои руки, распахнув объятия. И мужчина пошёл к ней,— нет, он побежал! Полностью потерял над собой контроль, теперь была только она, он готов был раствориться в этой непростой…

Острые нервные тяжи делали его похожим на огненную комету, увековеченную фресками Арраньяло на потолке ротонды Каллендры, комету, наблюдавшуюся в небесах от Лозичи до Паньянополя и упавшую на нашу грешную землю. Казалось, глаз полыхал яростью самих небес — жизненной силой, которую не могла загасить даже…

Мужчина в коробке запел. Музыка нарастала и затихала. В темноте послышался запах лимона и ванили, возник изгиб белой икры под бледным хлопчатобумажным платьем, ее фигура – песочные часы. Казалось, само время ускользало прочь. Она перед панорамным окном, откуда открывался вид на мимозу, роняющую розовые…

Ростом миссионер превосходил Ульдиссиана, тоже человека довольно высокого, куда выше шести футов, на целую пядь, однако плечистый крестьянин был много тяжелее, и все – благодаря мощным мускулам, изрядно укрепленным долгими днями пахоты и ухода за домашней скотиной. Квадратная челюсть и грубые черты обрамленного…

Азраил сложил крылья и вновь сел на подушку рядом. – Грешники должны видеть на моих опахалах сотни глаз и тысячи языков, – бесстрастно сообщил Ангел. – И только праведникам напоследок разрешено полюбоваться их роскошеством. – Мои грехи спорны, – возразил Адам. – Что бы я ни делал в жизни – гранил…

Беглый самоосмотр, впрочем, не принес особых утешений — хотя все равно приятно, что инстинкты воина не подвели, значит, хоть в чем-то еще не окончательно испортился. Но как же стыдно!!! Наплести такое! Уподобиться трепачам, которых, если уж совсем честно, в княжьих палатах и без того как блох на собаке!…

– У нас холмы, – сказал Ворон, отшвыривая ногой, кусок бетона, – а все это я и сам знаю. – Ну, я же говорил, все знают. – Я думал, в книгах много про войну написано. Правдиво – почему война, зачем? Как раньше было? – Так оно и написано, – Слепой тоже пнул камень, старясь отбросить его подальше, –…

…и неожиданно натыкается на пару глаз, следящих за ним с ветвей ближайшего дерева. Глаза сидят над вытянутыми челюстями, усаженными иглообразными зубами. Как маленький дельфин, думает он… пушистый дельфин, на коротких крепких лапах… со смотрящими вперед глазами… и с ушами… Что ж, возможно, дельфин…

Их отношения с Артуром Нортом нельзя было назвать враждой, враги – это обычно равные или по крайней мере соизмеримые по силам. Норт же был великим магом и Великим Шкодником в одном лице, и то, как складывалась до сих пор их с Локаром дружба, можно было…

Он уставился через стол на побледневшее лицо епископа, который очень быстро сообразил, что не следует больше ни секунды раздражать императора своим присутствием. Барон Бежье уже исчез, его увели к никогда не пустовавшим виселицам на краю лагеря. Епископ попятился, кланяясь и соображая, как быстро сможет…

Ночью в пустыне безопасно, ее холоднокровные обитатели спят; главное – не наступить на какую-нибудь ядовитую тварь. Или того хуже – не провалиться в нору. Но Посланник Богини еще не настолько утерял усвоенные в детстве навыки, чтобы попасться так глупо. Шаг за шагом, бархан за барханом. Гребни…

– Возьми вот это. – Доминика трясущимся пальцем ткнула в лежащий на полу плащ. – Сожги. И, не слушая возражений, шагнула через высокий деревянный порог – в комнату. Пахло свежей соломой. Нет здесь никаких перин, и слава Небу; соломенный тюфяк, полотняная постель, простое, даже бедное убранство. Чисто.…

Мара притормозила шаг, встрепенувшись; рефлексы ищейки сработали в ней моментально. Этот человек не просто возвращал юнцу нечто, отнятое у него чуть ранее; его движения были скрытными, всё было проделано таким образом, чтобы сотрудники службы безопасности не имели ни шанса отследить его махинации. Это…

— Они его получали! — зло ударил кулаком в ладонь пришедший вторым. — Они не хотят брать на себя ответственность... — Можно, конечно, понять это как то, что они оставляют нам руки развязанными... — без особой уверенности в своих словах возразил пришедший первым. — Как только запахнет жареным, мы можем…

– Вы желаете сделать меня своей избранницей? – О, да, да! – страстно воскликнул Хнор. – Разве можно отказать молодому человеку с таким блестящим будущим? – Так вы согласны? – пролепетал Хнор. – А вы не забыли об одной мелочи? – Какой именно? – Испытание. Прежде чем я получу право официально…

— Ах вот как! У тебя на руках чудо-мальчик? Почему бы не сказать об этом прямо? — Священник поскреб лоб под белой шелковой повязкой, скрывающей оба его глаза. — Великолепно! Предполагается, что я высажу это семя в нашу грешную землю и получу магическую лозу, которая приведет меня прямо в сказочную заоблачную…

– Москвич? – спросил Саша. – Что? – Задумавшись, я не сразу услышал его слова. – Да, москвич. – Я тоже, – будто отвечая на пароль, произнес попутчик. – Бизнес? – спросил я. В общем-то мне совершенно не было до него дела. Но надо же как-то поддержать разговор, тем более если собеседник угощает тебя…