Фантастика: прочее

На голос вышла стройная моложавая женщина в тёплом халате. Она привычным жестом поправила длинные светло-каштановые волосы и улыбнулась. – Привет. Садись, поешь. – А что у нас? – спросил Алексей, заранее зная ответ. Ну что у них могло быть, кроме искусственной еды из биореактора или рекомбинированного…

Вот за этот месяц меня дважды пытались убить одним и тем же способом. И я реально был на грани. В прошлый раз меня спасли определённые обстоятельства, сегодня американцы. А в третий раз кто придёт мне на помощь? И да, американцы. Нет, вы представляете себе? Меня спасли американцы! Американцы, Карл!…

«Очнись, очнись, маленькая! – взмолился я. – Ну пожалуйста!» Рожкова вздрогнула, вдохнула сипло, захрипела, открывая глаза, полные страдания. – Ничего не говори! – поспешно сказал я, унимая бурную радость в душе. – А то будет больно. Потерпи немножко, маленькая… Трепещущие веки Леночки набухли…

Вспоминаю, что все-таки меня смутило в услышанном голосе. Странно - наконец мое сознание зацепилось за то, что не давало мне покоя. Создается такое ощущение, что я и правда слышу голос, но голос, раздающийся будто из-за стены или некой преграды. И из-за этого он кажется слишком глухим, но при этом гортанным…

Да пошли они все. Хоть в прессе с подачи матери меня и описывали как невинную милашку, я могла бы стать такой же непримиримой, как она. – Мне восемнадцать. – Я уперла руки в бока. – Я могу брать в рот всё… – Ты Константин. Твой рот представляет нашу семью, так что я буду решать, где и как ты его…

— Мне нужны хорошие камни, — ответил я. — Покажите самые лучшие, что у вас есть. — Вот как! — Фома не удержался и вновь потер руки. — Хотите вложить в какой-нибудь артефакт или заказать новый меч? Я промолчал. — Прошу прощения, это не мое дело, конечно, я просто хотел поддержать разговор, — виновато…

– Вот именно, – буркнула Ирина вслух, осторожно, чтобы не загреметь, убирая сковородку в духовой шкаф, – бунтарей, а не скучных обывателей вроде нас. Женечка все еще спал, борщ уютно и тихо побулькивал на плите, наполняя воздух приятным ароматом домашней еды, в любимой кружке дымился чай с молоком…

— Угу, ошибались, — сказал я, засовывая клетку в салон. — Мы с ребятами в поход ходили. Они уехали уже. — А-а, тогда все ясно, — на его лице появилось видимое облегчение от того, что эта необычная ситуация получила какое-то логичное объяснение, которого ему хватило с головой. Я назвал ему гостиницу,…

Потея от усилий, она попробовала снова, и боль была такой сильной, что перед глазами вновь вспыхивали звезды. С четвертой попытки ей удалось, и блок ножей с грохотом упал на край стойки. Теперь ножи торчали горизонтально и почти на уровне столешницы. Полная надежд, она повернулась к ним спиной и связанной…

Перед ними лежали на земле две больших коричневых кости. Они точно не принадлежали животному, потому что торчали из смятого голенища старого сапога. Женского сапога на давно вышедшей из моды танкетке… Джейн Сержант Джейн Мунро с трудом заставила себя сосредоточиться на словах изможденной, худой…

— За Лазурной розой, — отвечает девушка. — Для Марьяны своей ненаглядной, которая уже не знает, как от тебя избавиться. Управы на неё нету. Бессердечная злюка. — Не знаю никакую Марьяну. — Ярослав, хватит придуриваться, а ну вставай, — подошла, ухватила за руку и потянула грубо. Поднялся, по привычке…

Глава первая Великий князь киевский с воеводами, ближниками и прочей военной братией В княжьем шатре было жарковато, но, если сравнить с температурой снаружи, разница — как между предбанником и парной. Вполне терпимо. Толстый войлок неплохо защищает от солнца, а снизу края шатра приподняты,…

— По мнению Ши, мы все такие, — сказал я, — Я не ожидал, что ты будешь кидать все ножи сразу. — А иначе в чём смысл? — пожал плечами убийца Одержимых, — В бою нет правил. А я и не начинал действовать серьёзно, ведь пуля еще быстрее, её ты уже не отобьёшь голой рукой и не поймаешь. — Всё так плохо? —…

— Изумрудные мои! — высокая дама приятных форм с огненно-рыжими волосами парила над нами. И я ее знал. Графиня Касаткина Юлия Александровна была дамой серьезной во всех отношениях и имела ранг князя, чуть не дотягивая до императрицы. Академию она держала в ежовых рукавицах, иногда гладя ими против шерсти…