Фантастика: прочее

Стёпа обречённо захлопывал книгу и спускался по приставной лестнице. Сейчас его посадят за стол, начнут дружески обнимать и тискать, спрашивать, кем он хочет стать. Он всегда отвечал: профессором, зная, что все ждут именно этого. Восторг и хохот – ну и пусть ржут, если им надо. А потом случалось то,…

Джон решил, что ему пора обратиться к лечащему врачу. Он стоял на учете с самого детства и знал, что его симптомы – это редкость в современном мире. Синхронизация между людьми позволила сократить до минимума негативные мысли и эмоции. Единственным случаем, когда человеком одолевало чувство невосполнимой…

Незнакомец широко улыбнулся, приветливо приложил два пальца к шляпе и даже изобразил нечто напоминающее щёлканье каблуками. Пара мешала прохожим. Несколько озадаченных и спешащих граждан их слегка толкнули. Мужчина бережно приобнял Валерия, осторожно подвёл к кромке тротуара. Женя лихорадочно прокачивал…

Створка уходит влево, образовав узкую щель. Кейт проскальзывает в нее, благо, габариты девушки позволяют проделать это беспрепятственно. Дальше пять легких шагов по темному коридору, пол которого плавно уходит вниз. Кейт нащупывает в стене кнопку. Дверь беззвучно закрывается, погасив лучи света, лившиеся…

Когда флаер с воздушным патрулём упал в десяти километрах от лагеря, никто особо не взволновался. Экипаж доложил о том, что все живы и обустраиваются для того, чтобы дожидаться эвакуационной группы. В конце концов, район был знакомый. Там летали по нескольку раз за день, так, что ничего опасного не предвиделось.…

– Шейла не хотели тебе говорить. Она… – Что? – похолодел Хантер. – Она очень стеснялась… Короче, твоя подруга повезла свои художества на конкурс. Ладно. Экспериментов больше не будет. По крайней мере, пока мы не установим причину отказов вихревых двигателей. Корпус инженеров прислал крупного специалиста.…

Оставив Анри одного, Андрей заставил все же свое тело передвигаться в направлении дома. На улице уже было темно. Небо затягивалось тучами и веяло сыростью. Этой картине придавал контраст свет уличных фонарей. Свет был миром, тучи же вот-вот раздавят его под своей тяжестью. Это не походило на освещение…

Я скептично хмыкнула и затушила окурок прямо в тарелке с огурцами. «Интересно, и как она это себе представляет? – мелькнула в пьяном мозгу трезвая мысль. – Как сжечь записку так, чтобы пепел остался в руках, но при этом не обжечься? Понятное дело, нарочно усложняют задание, нагоняют таинственности.…

На тот момент это было самым логичным и правильным выводом, наверное. Осмотрев запасы, я пришла к неутешительному выводу: две банки сгущенки, несколько бич пакетов, пюре. Мою ситуацию отягощало отсутствие элементарного котелка, хотя я помнила, что он был прикреплен к рюкзаку.  Я с тяжелым сердцем посмотрела…

Алиса тревожно смотрела на все это действо. Конечно, сон есть сон, ничего страшного. Ведь иногда сны ничего не значат. Но тут явно было что-то большее. Накануне она видела похожее. Просто не рассказала, посчитав это какой-то обычной ерундой. Всякое может привидится от усталости. Тогда она так же…

В старинном подвале со сводчатыми потолками и нарочито ободранными стенами гремел панк-рок. Вот текст: «Боже, храни президента! Дай ему сорок сроков подряд! Храни, храни президента и собаку его – лабрадора! Боже, храни его! Да!». В углу сидел Герман, тридцати семи лет от роду. Пил пиво, курил. Вошёл…

– Но почему я? Гораздо логичнее послать специалиста по интересующему их вопросу. Разве не так? Директор только развёл руками: – В том-то и дело, что они не сообщили, какого рода специалист им нужен, – затем он как-то странно посмотрел на меня, словно я украл у него кошелёк и не хочу в этом признаваться. –…

– Истинное счастье? – Истинное счастье – это выбор. Вы лишили человека выбора. – Вы хотите испытывать боль? – Я выбираю всё – и страдания, и счастье. Вы же сделали человека рабом. – Мы сделали человека счастливым. – Наоборот – вы превратили человека в животное, которое готово испытывать вечное…

Ох уж эти женщины… Люся смотрела на меня, и в её глазах блестели слезы. Ну вот не могут женщины без этого. А время-то идет! Я торопливо успокоил свою эмоциональную лаборантку, с недавних пор – свою жену, и чуть не силой выпроводил её за дверь. Если вкратце, мои исследования заключались в изучении действия…

Чем дольше Альмерх жил на Земле, тем он отчетливее понимал, что люди уже приблизились к той точке невозврата, за которой их подстерегает мрачное царствование Искусственного Интеллекта. Альмерх проводил время, стараясь практически не включая Эйрис (только в случае необходимости), и жизнь его приобретала…

Конечно, ничего подобного в реальности не происходило, всё это существовало только в воображении молодого человека. Но такие вещи казались настолько реальными, что Епифана била дрожь, он покрывался холодным липким потом и начинал заикаться, от чего сильнее нервничал и боялся, что ещё больше усугубляло…

– Догоняй! Ясик ловко вырвался из моих рук и через мгновение уже заворачивал за угол дома. Я выпрямилась в полный рост и посмотрела на свои новые сапоги на каблуке. Они явно не годились для бега. – Ясик, подожди! – крикнула ему вдогонку, побежав за ним. – Чёрт. Свернув за угол, я увидела узкую…

Ты можешь быть бесстрашным покорителем отрицательных стенок в горах, штурмуя ледники и приводящие в ужас скалы, сидеть, свесив ножки, на отвесном обрыве околожутной висючести, но при этом ни шагу дальше к перилам балкона собственной квартиры, находящейся на банальном четвёртом этаже. В упоении кидая…

Матвей обратил внимание на стройную девичью фигуру, идущей к мобилю девушки впереди него. Она, почти походила на фигурку его подруги. Почти походила. Не было той завораживающей грации в каждом движении. Мысли, возникшим прямо перед ним приятным образом, подтолкнуло к воспоминаниям последнего послания…

С одной из кроватей послышался глухой кашель, перешедший в жалобный стон. – Деточка, иди сюда! – простонал старик лет семидесяти. Арила немного закатила глаза, давая понять, как ее успела утомить эта работа. – Уже бегу, господин Лютер! – крикнула она, поднимаясь с кровати. – Я скоро вернусь. …