Фантастика: прочее

— Два года, Глеб. — Андрей покачал головой, кладя локти на стол. — Два года без войн, без катастроф. Это не похоже на привычную колею этого мира. — Щит держится. — Борис осторожно взял чашку с чаем. — Но он не вечен. Это понимаем мы. Это понимают даже те, кто ещё не видел Первых. Анастасия молчала,…

— Слушай, ты просто поинтересуйся у отца насчёт меня. Я не займу много времени, всего полчасика, не больше. — Наглец, — фыркнула Лида и отключилась. Не понял! Ни «да», ни «нет». Ох, эти женщины. Наплачусь ещё с ними. Ведь не простые барышни маячат на горизонте супружества, а очень амбициозные, да…

Потом наши пути разошлись. У них со Светкой всегда была какая-то совершенно безумная любовь — с песнями под окнами, записками на уроках, с поцелуями в подвале, как в дурацких сериалах. Она верила, что Витька станет артистом, а мне они вдвоем втолковывали, что бокс — для хулиганов и бандитов. Только…

Где? Точно не на той стороне улицы – слишком далеко. И не в квартире этой пятиэтажки – не услышал бы. Взгляд зацепился за дыру в металлопрофильном заборе в паре метров от меня, из-за которого торчали блоки недостроенной многоэтажки. Наполовину утонув в луже, валялся букет цветов. Стройка то затухала,…

– А вы? – спросил я. – Будете благодарны? Или будете чинить препятствия? Я ведь в тот раз не шутил. Вы обязательно встанете на ноги. Вы ведь уже и сами это понимаете. За последние пять дней вы уже должны были почувствовать изменения в вашем теле. – Да, – слегка смутившись, хриплым голосом ответил Венсан.…

Как это бывало всегда, Фил одним только своим появлением тут же разрушил всю атмосферу, вернув Айдена в суровую реальность, где приходилось чувствовать постоянный голод и бороться за каждый кусок хлеба. Парень почувствовал, как его желудок тут же сжался от голода при мысли о еде. — Судя по твоему лицу,…

— Ничего. Я же не пожилая девушка из шоу-бизнеса, чтобы стесняться своего возраста. На безымянном пальчике правой руки Катюши женщина заметила изящное золотое колечко с зеленым камешком. Молодая учительница никогда прежде не носила дорогих украшений. Ей они были не по карману. Валентина Васильевна…

— Внимание! Вижу тело! — откликнулся второй. Когда лазерный луч прицела скользнул по лаборатории, я уже ставил решётку на место, заметая следы. Четыре защёлки успокаивающе клацнули. Фух! Успел! Подо мной раздавались голоса, но паниковать я не собирался. Здесь меня искать не станут. Пока что. …

Сейчас тут не очень чисто, как раньше, когда здание принадлежало эрудитам. Теперь оно разорено бунтом, повсюду в стенах видны выбоины от пуль, на полу валяются осколки разбитых лампочек. Я тащусь по грязному коридору в камеру при неверном мигающем свете. Меня пропускают без вопросов, ведь на моем предплечье…

 Мама раньше часто читала нам сказки, в которых прекрасная дева встречала своего избранника, как он вскарабкивался по дикому плющу и забирал свою возлюбленную, увозя ее в направлении счастья и безмерной любви. Ах, детство! С взрослением я поняла, что никто не взберется в мою комнату, никто не украдет…

Мне всегда нравились большие кошки. Есть в них нечто необыкновенное: непередаваемая грация, величественность, источаемая опасность. Стоит услышать их рык, как дыхание тут же перехватывает, а сердце на миг останавливается. На островах Южной Азии мне доводилось нос к носу сталкиваться с разъяренным буйволом,…

— Хорошо, — кивнул пилот, с трудом проглотив сухой ком. — После взлёта я почувствовал, как начинаю слабеть. Такое бывало раньше, но настолько плохо я себя не чувствовал ещё ни разу. Дышать стало очень тяжело, будто мне грудь чем-то придавили… — Боли в сердце есть? — нахмурился я. — Да, только не…

Стараясь побороть страх, стиснувший грудь, он спрыгнул с повозки, неосознанно заставляя себя ускориться. «Только бы она была жива», - короткие, но наполненные такой мольбой, будто молитвы страждущего, мысли. Стремительное касание к горячей, мягкой коже… Она была жива. Сердце билось… и не одно.…

Это было последнее, что успел подумать Матвей. Дальше навалилась спасительная темнота. В себя он пришёл как-то разом. Словно кто-то повернул выключатель. Сначала он начал различать звуки, потом сквозь закрытые веки начал пробиваться свет, а после снова навалилась боль. Но на этот раз всё было не так…

Лагерь оказался наполовину сожжён. Северная защитная стена всё ещё представляла собой сожжённые руины, как и большая часть временных построек на территории лагеря. Даже спустя несколько дней не все тела людей успели убрать и запечатать. Они так и лежали, собранные в одном месте и накрытые серой тканью.…

Взяв с заднего сиденья карабин и коробку патронов, девушка осмотрелась в поиске наиболее удачной огневой позиции. Быстрый осмотр дал два наиболее хороших варианта: первый — окно кабинета. Оно было на втором этаже и с него было отлично видно местность. Но оттуда она будет бесполезна как маг камня. Поэтому,…

Следующая дверь… нет, это не дверь. Это узкий лаз пещеры, заросший лианами и колючими кустарниками. Подойдя к ней, ощущаю в груди зов… Зов природы. Зов простых рефлексов — бежать! Прыгать! Карабкаться! Поймать, сожрать! Напиться воды! Согреться и поспать! Только вот сейчас вход в пещеру зарос чрезмерно.…

По-пластунски подобрал кинетическое ружьё и кинул под глайдер спрятавшемуся Илье. — Бей по орудиям! Выбей химбаллоны. Кольцо сервов между тем вокруг Макса сужалось. Нет, их было не двадцать и не тридцать, сильно больше. Видимо, весь кредит кислотный барон спустил на личную армию бэушных сервов. Полсотни…

– Зверинец странствующий, что ли? – удивился бог огня. Один безмолвствовал. Он уже понял, что здесь творится. Отец Богов успел заметить клетки не только со зверьми, но и с людьми. Клетки с рабами. Раб – не человек. Невольник, не лишившийся жизни в честном бою, выбравший позорный ошейник, недостоин…

Влияние? Потеряно безвозвратно. Но есть нечто более ценное, чем золото — стремление и желание вернуться в круг «своих». И я могу помочь. Мои пальцы непроизвольно постукивали по столу. Корабль был мне очень нужен. Но предложить за него наличные означало сразу же проиграть. Во-первых, Оксаковы…