Эро литература

Я отказалась надевать сегодня джинсы. За прошедшую неделю я собрала все вещи в своей квартире в Денвере, как и в доме моей матери, хотя на этот раз все было не так сокрушительно. Тем не менее, это было больно, и я плакала каждый раз, когда заклеивала коробку. Все эти перемены, все эти потери — я тонула.…

Я умереть хочу. — Вот сволочь! Алька, не кисни, почти все они такие. Козлы. Либо простишь со временем, либо не простишь, и продолжишь нормально и без него жить. Но ты же малОго ждешь. Пусть участвует! Причем нормально пусть помогает, уж может себе позволить тебя озолотить. Квартиру, машину, тысяч пятьсот…

Я стала оглядываться по сторонам, искать глазами Игоря или хотя бы Виталия, но их нигде не было. Противный мужчина, по-видимому, это понял и как-то странно засмеялся. — Можешь не искать своего шефа, ты его больше не увидишь. Он просто тебя продал мне за долги, которые его фирма наделала из-за его бестолкового…

Вообще я всегда выделялась среди сверстников, даже внешне: длинные темно — синие волосы, шесть металлических колец на два уха, пирсинг на лице. И вечно черный прикид, который не только причислял меня к определенной субкультуре, но и скрадывал полноту моей необъятной, по моему мнению, попы. — Прогуляемся…

— Восхитительно вкусно, — сказала она, уже ожидая, что окошко должно захлопнуться. — Наслаждайтесь. Я составлю вам компанию, — Натан встал так, чтобы было видно его лицо. У него тоже был бокал. Исида отчаянно анализировала ситуацию. Юноша из милого и наивного показался ей даже опасным. Он не может…

Дьявольски красив. И не менее опасен! Стальные мускулы переливались в бликах свечей, волосы черным шелком ниспадали до самой талии, а выразительные черты лица приковывали взгляд. Прекрасен... Настолько, что захватывало дух. Я неотрывно смотрела в потемневшие глаза, ощущая, что тону в их бездонных…

Да что там, я даже усыновить ребенка не могу, потому что не замужем. Нет, по закону, как бы могу, а на деле… И ничего, что у меня хорошо оплачиваемая работа главного бухгалтера в небольшой строительной фирме и квартира, пусть и однокомнатная, но своя. Я неполноценная ячейка общества, а значит, не надежный…

Хватаю с вешалки первую попавшуюся рубашку и бежевые брюки, отключаю все глушилки прослушки и скрытых камер, чтобы в доме даже муха не пролетела без моего ведома, и спешу в гараж к ещё одному бонусу, который я заработал потом и кровью, находясь в подчинении Папы. Серебристый спорткар Por che — моя награда…

Он смотрит на меня несколько секунд странным взглядом, словно убеждаясь, что все правильно понял, а после просто кивает: — Сочувствую. — И, чуть помолчав, уточняет: — Когда уезжаешь? — Завтра, — отвечаю безжизненным голосом. — Надолго? Слишком хорошо слышен в его вопросе подтекст, чтобы не понять,…

Глаза Люцифера вспыхнули красным, он был в дикой ярости, но не мог оторваться от каменной стены, хотел обернуться в свой демонический облик, но сделать этого так же не мог. Начиная меняться, он тут же возвращался в человеческий лик. Чума от удивления открыла рот и медленно повернулась к Астароту. …

Несколько часов спустя в комнату вошел тот же здоровенный мужчина, который проверял мою группу крови, и сел за металлический стол, взяв карандаш, чтобы сделать какие-то заметки. Большая летучая мышь, которую я видела ранее, подходя к поместью, влетела в комнату и уселась на подоконник. Она расправила…

Внутри трактира было тепло и шумно, на первом этаже располагался бар и харчевня, а на втором - комнаты для гостей. Заплатив за проживание, Идан поднялся по скрипучей лестнице в свою комнату. С потолка местами сочилась вода, создавая на полу небольшие лужи, где-то за стеной скреблась мышь. В воздухе висел…

— Со стола убери, — грубо рубанула она, куда только подевалась гордая, но снисходительная особа, что встречала подругу. Держать привычную маску перед обслугой не имеет никакого смысла. Ника повернулась к ней и молча кивнула, не смотря ей в лицо, чтобы не раздражать. Хмыкнув, хозяйка ушла в гардеробную,…

Он садится напротив меня, тяжело вздыхая, когда падает на стул — глубокий мужской рокот, который поднимается из глубины его накрахмаленной белой рубашки. Сегодня новенькая. Я вижу предательские линии складок, пересекающиеся чуть ниже его грудной клетки. — Вы слышали, что я только что сказал? Продолжайте…

Никаких сожалений. Что ж… На самом деле их несколько. Меня начинает мучить чувство вины еще до того, как отправила свое объявление, и я ни как не могу расслабиться. Меня тошнит. План прост: продать их по одной, чтобы максимизировать прибыль, вместо того чтобы продавать партиями и позволять…

Я вздыхаю. — Я нервничаю, потому что тирада Дженсена может быть обо мне, — я пожимаю плечами, изображая спокойствие, но внутренне чувствую, что меня снова может стошнить. — У нас были некоторые… разногласия по поводу брифа на прошлой неделе, — я слабо улыбаюсь. — Ты знаешь, что не должна с ним не…

Не поймите меня неправильно, я люблю своего брата. Чёрт возьми, я полагаю, что есть даже часть меня, которая любит моего отца, но я не просила такой жизни. Не хочу, чтобы целью моего существования был брак с кем-то из высокопоставленных членов семьи, доказавших свою преданность моему отцу. Мы возвращаемся…

Пробегая мимо любителей утренних прогулок, я не могу не улыбаться. Возможно, жить здесь снова будет не так уж плохо. Он так сильно изменился с тех пор, как я уехала в колледж, и здесь недавно появились новостройки, которые мне еще предстоит изучить. Наконец я сбавляю скорость, приближаясь к ступеням…

- Господи, это юбка или пояс? Пока Меньшикова перебирала ее гардероб, охая и ахая над тем, что бедный Игорёчек почти без нормальной одежды, а сама Алиса одевается, как самая настоящая развратница – Ежова сатанела. За пять лет жизни с Игорем она столько натерпелась, что половина сказанного – ерунда.…

— Я люблю тебя, милая. Мы скоро поговорим, — говорит мне папа. — Да, скоро, — повторяю я, прежде чем линия отключилась, и я осталась со своими мыслями наедине. Я уставилась в экран моего лэптопа, полностью погрузившись в свои мысли. Мама в доме для престарелых, в месте, где она никогда не хотела…