Энциклопедии

— Да и вообще, — продолжал дед, уже поворачиваясь к дому, — проклинаю тот день, когда бабка решила взять тебя к нам. Только лишний рот в доме, больше ничего. Старик ушёл, бормоча ещё что-то под нос, а парнишка остался стоять среди двора. Его пальцы сжали палку так сильно, что суставы побелели. Он бросил…

Анастасия остановилась так резко, что я чуть не врезался в нее. — А вы думаете, где сейчас безопаснее? Во дворце, где каждый второй слуга — потенциальный шпион? В министерстве, нашпигованном магической прослушкой? Или здесь, в глубоком подвале больницы, о существовании которого не знает почти никто?…

Не знаю, на сколько мы задержимся в Тифоле, но, возможно, это займет время. Скоро начнут возвращаться девушки из моего отряда, и их надо будет занять. Шестая возьмет опеку над Катей, а остальные пусть отправляются в академию. Посмотрят, послушают, может, выберут кого. Не хочу пока это афишировать — вернусь,…

А началось всё с того, что я летом одна тысяча восемьсот девяносто первого года закрыл своим телом от пули тогда ещё цесаревича Николая Романова, возвращавшегося из Восточного путешествия. Потом была учёба в Иркутском юнкерском училище, первое офицерское звание. От императора Александра III за спасение…

С мамой все же спокойно. А так… Могут нагрянуть гости. Незваные. Она их, конечно, в квартиру не пустит, но им достаточно того, чтобы попугать, пошугать ее. Такое она уже проходила. И кого ей сегодня ждать в гости? Дагаевых или Рустама? Рустама или Дагаевых? А может, они все соблаговолят ее посетить?…

— Ну что, Кузнецов, опять отличился? — хихикнула Маша и шлепнула меня по заднице. — Маме ты понравился. Даже удивительно. — Да я ничего и не сделал, — пожал я плечами. Думаю, не стоит говорить последние слова графини. — Ну так что, к тебе или ко мне? — хитро посмотрев на меня, спросила Маша. —…

— Лишь идиот выкинет найденную на берегу раковину, — пожал он плечами. — Умный человек откроет её в поиске драгоценной жемчужины. Что-то не понравилось мне, когда он сравнил меня с раковиной, из которой можно достать всё ценное, после чего… ага, выкинуть оставшееся ненужным прочь. — Я всё ещё не…

— Вот что ты станешь делать, Богард, если меня отравят? — поинтересовался император, отпивая напиток. — Вызывать службу безопасности, ваше императорское величество, — чётко отрапортовал камердинер. — Болван, чем она мне уже сможет помочь? — раздражённо всплеснул руками император. — Медиков надо вызывать.…

Казалось бы, что в этот день меня уже ничего не удивит, но не тут-то было… Океан душ, а точнее его малая часть, оставшаяся после боя с эмиссарами на Славии, всколыхнулся. Пламя моей души, что тлело мелким костерком и долгие девятнадцать лет собирало энергию по крупицам при помощи печати Сбора, вспыхнуло…

Медведь резко распахнул глаза. Он по-прежнему лежал на земле, всё так же шумели волны на озере, облизывая песок, беспокойно крякали утки, и ветер шуршал в камышах. Осторожно он пошевелил медвежьей своей лапой. Его старое имя должно было быть позабыто вместе с прошлой жизнью. Больше он не слуга своего…

— Но если связь была прервана, — я нахмурился, пытаясь осмыслить его слова, — то как же так получилось, что мы сейчас снова общаемся? Браслеты-то на мне. И «Искра» моя по-прежнему заблокирована. — А вот этого я и сам не знаю, двуногий! — Фырк развел своими маленькими пушистыми лапками. — Я сам в шоке!…

— Вечно ты в поисках наживы, — недовольно проворчал второй, который был у них, судя по всему, за главного. — То деньги ищешь, то по бабам всё спускаешь… — видимо, он хотел продолжить его отчитывать, но просто махнул на это рукой. — Только быстро. — Да не вопрос! — самодовольно ответил ему первый, и…

Вещей с собой было немного: все пожитки уместились в рюкзак и небольшой чемодан на колёсиках. Разрешили взять только одежду, средства гигиены и мобильный телефон. Диски с музыкой, ноутбук, журналы, игровая приставка — всё пришлось оставить. Сказали, здесь не понадобится. На вокзале должен был встретить…

Кто вообще придумал, что сирота, в восемнадцат лет выпихнутая из приюта, способна о себе позаботиться? На работу меня не брали, я ничего не умела. В академию не поступила, слабый некромантский дар не мог воскресить даже муху. Оставалось два варианта. Примкнуть к какой-нибудь из уличных банд или начать…