Детские

На улице быстро сгущалась тьма, свинцовое небо низко нависло над елями, ни одна веточка не шевельнется. Я услышал тарахтение мотора наверху, на дороге, и в ту же минуту за оградой показался трактор папаши Жоля; он тащил за собой прицеп, набитый дровами. Жоль остановил трактор у заснеженного пригорка…

Тогда тётушка Марина ещё горестней запричитала: — А ботинки каждую неделю тоже бьют на счастье? А кляксы и двойки тоже на счастье? А мне одной по хозяйству вертеться — тоже большое счастье?! Тут я понял, что веселью конец, что пора закатывать рукава и браться за дело. Если в доме трудности —…

— Давай, давай, — нетерпеливо крикнул Димка за дверью, пока Лёня возился с замком: замок за последнее время совсем расхлябался. «Успеешь», — подумал Лёня. Наконец дверь была открыта, Димка влетел всё такой же сияющий и хлопнул Лёню по спине. — Ура, Галчонок! Лёня молча поддал…

— Как же тебе помочь? — спросил кит. — Ведь не могу же я тебя тут так оставить, ты ведь опять начнешь слезами обливаться и превратишь всё в рассол. Тамино тяжело вздохнул. — Это я из-за принцессы Нанумы, — сказал он, совладав с собой, — дочери Большого Императорского…

Но почему-то казалось: вода легко и охотно держит эту стальную, спокойную, как скалистый остров, громаду, с отвесным бортом, в середине которого виднелся белый номер корабля. Крейсер уже скрылся за поворотом, растаяли его башни и мачты, а мальчик все смотрел и смотрел в его сторону. Он был потрясен.…

Я, не задумываясь, воскликнул: — Воблу! Больше ничего! — И я воблу! — сказал Петька. — Мужчине в больнице только вобла нужна! — Он тут же приуныл. — А пиво? Они же все воблу пивом запивают… Денег нет на пиво… — А вобла у тебя есть? — спросил я. — Заперта от меня вобла. Вот уже целых два дня,…

Официантка отсчитала сдачу и протянула было мальчику, но его уже и след простыл. Позабыв про все на свете, Эмиль бежал по Заводской улице, но пеликана нигде не было. Вконец отчаявшись, Эмиль решил, что больше не увидит эту странную птицу, как вдруг ему пришлось резко затормозить. Пеликан стоял, уткнувшись…

Я кивнул головой. — Я директор завода и главный инженер. — А я кто? — Ты рабочий класс. Я хихикнул и принялся отгонять от себя пчелу. Далее Колька взял с меня клятву, что я никому не проболтаюсь, так как наш завод секретный. Только после этого я был впущен на секретный…

— Мальчик пропал, а ты спишь, — сказала она, словно прострочила на машинке поясок. — Все ребята уже ищут. — Большой? — спросил Игорёк. — Совсем маленький, — ответила Нюшка. — Летим в лес! Туда дед Семён на телеге поехал, — продолжала Нюшка, дёргая Игорька за рукав. Они вместе выбежали на улицу.…

Вскоре над ее головой запрыгала белка, и она замерла, так что белка заметила ее, только когда оказалась от нее всего в нескольких шагах. Зверек тотчас же стремительно взлетел вверх по стволу и принялся болтать и браниться. – Что ты делаешь здесь, – спрашивала белка, – вдали от других двуногих зверей?…

Когда он вытер с лица соленую воду, оказалось, что на него смотрит девочка с неистово янтарными глазами. — Держи! — крикнула девочка, бросая ему канат. — Иначе вывернешь себе руки. — Другой конец каната был туго намотан на обломок мачты. Эдмунд рванулся к спасительному канату и…

Едем, едем, едем. А впереди поток человечий, и за плечами — людской поток, и не видно ему ни конца ни края. А в небе солнце. Жаркое. Ни до чего ему дела нет. Ну, мы, конечно, с земли глядим, не с неба. У кого был хлеб, так мы его роздали. У кого сахар, так мы его тоже, ясное дело, роздали. Детям. И…

Возле проруби было очень скользко от расплескавшейся и сразу же замёрзшей воды, и мама говорила: «Сюда надо приходить на фигурных коньках, а не в ботах». Хорошо было, когда лёд присыпало свежим снегом, тогда никто не поскальзывался, и не падал, и не ронял в прорубь своего ведра. Одна бабушка уронила…

Глава 2 — Глядите, кто к нам пожаловал! — воскликнул Нортон Тримангер, стоило Робу влезть в школьный автобус. — Звезда Кентукки! Собственной персоной! Ну как живётся звёздам? Нортон стоял посреди прохода, перекрывая Робу путь. Роб пожал плечами. — Смотри-ка, он…

Храни нашего Малыша. Береги его от всякого зла. Чтобы его сердце не знало печали, чтобы его душа не ведала страха, чтобы его щёки никогда не покидал румянец. Отдай свою жизнь за его надежды, за его мечты. Он — всё, что у нас есть, он — всё, что мы есть. Он — всё, чем мы…

— Оставь его в покое, — заметил Бренд. — Сам видишь, он ничего не помнит. Гуляя, они так спорили, что едва не подрались, но Гэбриэл сказал: — Знаете, мы все ошиблись. Ну, посудите сами, могла к нам спуститься звезда? Кому-то она привиделась, он как-то внушил это нам. Забудем этот…

— А вы сделайте наоборот, — посоветовала учительница. — Пусть Наденька готовит уроки днем, а на пианино занимается вечером, чтоб вы слышали. Мама послушалась учительницу и попробовала заставлять Наденьку играть на пианино вечером, но такая система, однако, не понравилась папе, и он сказал: — Что…

Коридор был прямым и длинным, кабинет же имел круглую форму. Его стены были обиты темным деревом, с потолка свешивались тусклые лампы. Кэт поначалу показалось, что она в пещере, — впечатление нарушало только узкое окно, через которое в комнату проник солнечный луч. Внезапно Кэт захотелось протянуть руку…

4. Три дороги Три брата – Петр, Павел и Яков – получили невдалеке от их домов три участка земли, расположенные рядом. Каждый устроил на своем участке огород. Как видно из рис. 4, дома Петра, Павла и Якова и отведенные братьям земельные участки расположены не совсем удобно. Но братья не могли договориться…

Как-то раз Баргабо застал меня дома одного. У него на крючке красовалась огромная сельдь. Он сказал: — Вот, это тебе, держи. И положил рыбину на край стола. Потом странно взглянул на меня и спросил: — Слушай, малыш, у тебя симпатичная рожица настоящего рыбака. Ты когда-нибудь ходил на рыбалку?…