Детская проза

Таинственная операция «ДС» Затем мы очутились в Ленинской комнате. Здесь ребята постарше сидели у коротковолновых радиопередатчиков. Над ними висела карта окрестностей города с военными обозначениями фронтов времён блокады Ленинграда. — Нами доставлен военный корреспондент, — доложили следопыты…

Митька подкинул в костер еще охапку хвороста и улегся на траву. – Тут мы и поживем немного. Как думаешь? – спросил он. – Мне все равно. – Мне тоже… Ужинать будем? Красавчику было не до ужина. От усталости клонило ко сну. Веки слипались сами собой. Он еле расслышал вопрос приятеля и вымолвил,…

Интересны и другие действующие лица повести. Среди сонма верующих один лишь Корей — безбожник и смутьян — находит в себе силу обвинить Моисея в лицемерии, будит в душах соплеменников сомнение в непогрешимости пророка, в истинности веры. Могучее дарование художника — скульптора Веселиила отдано народу,…

Тихо-тихо, миллиметр за миллиметром, мальчик начал придвигаться к стене. Стоило одеялу зашуршать, как он испуганно замирал, ожидая, что медведь бросится к нему через всю комнату. Но тот не двигался, продолжая смотреть в сумрак ночи. Может, он далеко и не слышит? Джеймс глубоко вздохнул и прижался щекой…

– Ты опять твердишь «ну и что же»? – Ну и что же? – говорит Ника. Прямо сладу с ним нет! Вот однажды Ника лёг спать, и ему приснилось: идёт он по дорожке. Навстречу ослик бежит. – Кря-кря, – сказал ослик. – Не кря-кря, а иа, – сказал Ника. – Ну и что же? – сказал ослик. Удивился Ника…

Ее волосы не упали на плечи и не стали блестящими, тяжелыми и потрясающе фотогеничными. Мыло растворило всю грязь и жир, вода в ванне под бензиноподобным слоем радужных пузырьков была серой. Реакция расщепления прошла успешно. Ее курчавые волосы превратились в сухой веник, запутались еще больше, но,…

Девушка осторожно опустила ноги с кровати и легко коснулась пола. Майя и сама не знала, чего боялась, ведь комната выглядела абсолютно пустой. Нет, не пустой – затаившейся. И любое действие нагнетало ощущение опасности, все казалось недружелюбным и угрожающим. Пол не поглотил ее. Майя спокойно встала…

Бабочка тутового шелкопряда. «Расцвёл урюк, значит скоро и тутовник распустится, нужно яички оживлять», — говорят шелководы. Тутовником в Средней Азии называют дерево шелковицу. Листьями его кормят гусениц шелкопряда. (Поэтому он и называется тутовым шелкопрядом.) И вот яички, которые долго лежали…

– Да, куда? – назойливо повторил он свой вопрос. – Опять ты за своё. Отстань! – Не могу, – теперь Игорь уж точно не мог перестать преследовать Верку, иначе не простит себе, что не узнал её секрета. – Почему? – Не знаю… Просто интересно, куда это ты бегаешь каждый день, да ещё так шустро. Девушка…

– Подарочек посули! – советовала бабуля, стараясь заполнить собою весь коридор и прикрыть Вовку. – Да у него этих подарочков… – стонал отец. – Только что птичьего молока нет! Железная дорога? Моментально! Велосипед – пожалуйста! Чего тебе не хватает? И вдруг Вовка, наверно, со страху, совершенно…

На следующий день она притворяется, что плохо себя чувствует, но бабушка не верит и все равно ведет ее в школу, хотя на улице даже холоднее, чем вчера. Матильде плетется, пиная ранец, и думает, что скажет и что будет делать. – Давай, Мати, опять опоздаем, – торопит бабушка. Но Матильде изо всех сил…

Ещё много злодейств придумала эта мерзкая карга, и все они удавались ей очень хорошо из-за её зловредного и невыносимого характера. Никто из жителей светлой части леса не хотел с ней дружить. Сколько пакостей она им сделала! Вот и обходили жилище ведьмы десятой дорогой, боясь попадаться ей на глаза.…

Вскоре он прибежал к опушке леса, со временем ставшей окраиной города. Но горожане, по-прежнему частенько устраивали здесь пикники или просто прогуливались, оставляя после себя вытоптанную землю и поляны, превращённые в откровенные свалки. Такие безобразные, что и сами горожане стали появляться здесь…

– Ну, прости, малый, виноват, кругом сто раз виноват, и вы, бабушка, великодушно простите. Он тронул машину и помахал Саше рукой. А бабушка хотела сначала отругать Сашу за то, что он лезет не в свое дело, но потом передумала. Разве можно ругать человека за благородные поступки? Нет, конечно! И бабушка…

— А мы не знали!.. — разочарованно сказала Надя. — Впрочем, вы не годитесь для этого общества. Вас всё равно не примут, — серьёзно сказал Владимир Ильич. — Почему? Почему не примут? — наперебой спрашивали дети. — Как «почему»? А какие у вас тарелки? Посмотрите! Как же вас могут принять, когда вы на…

«Как ты живешь? Как живут рыбки? Я живу пока хорошо. А могло быть плохо. Пошел я в маршрут, как всегда с чемоданом. На ручье стал песок промывать. А из кустов – медведь. Поднялся в рост и на меня. Ружья у меня нет, только химический карандаш для записей. Бросил я в медведя карандашом, а сам в чемодан…

– Как жаль, что никто не живет в этом доме. Вот было бы здорово, если б здесь поселился кто-нибудь с детьми. В тот ясный летний вечер, когда Пеппи впервые переступила порог своей виллы, Томми и Анника были в отъезде. Мама отправила их погостить недельку у бабушки. Поэтому они и понятия не имели…

Так было седьмого марта. В день, когда Эмиль был такой добрый, что всего один раз ущипнул Иду, да пролил сливки, когда пил кофе, и еще гонялся за кошкой. А теперь послушай, что приключилось с Эмилем в другие, более богатые событиями дни. Неважно, просто ли он проказил, как говорила Лина, или все получалось…

— И Сережи Букатина! — закричали ребята. — Может быть, они тоже уехали, а мы и не знаем, — сказал Толя Дёжкин. Тут, как будто в ответ на это, отворилась калитка, и мы увидели, что к нам приближается Ваня Пахомов — Ура! — закричали мы. Все побежали навстречу Ване и набросились на него. — Пустите!…

Ваня Малявин, Рувим и все мы были огорчены. Мы уже свыклись с мыслью, что в зимние снежные дни береза будет зеленеть в комнатах, освещенных белым солнцем и багровым пламенем веселых печей. Последняя память о лете исчезла. Знакомый лесничий усмехнулся, когда мы рассказали ему о своей попытке спасти…