Зов арены
Шрифт:
— Что скажете? — обратился Куршахас к гостям.— Похожа на тигрицу?
Рабыня стонала и повизгивала от страха.
— Но в душе-то ты не тигрица, верно? — Куршахас задумчиво сдвинул брови,— Скорее, нежный цветок.
Он сделал несколько быстрых движений обеими руками. Полосы исчезли, а светлые волосы девушки превратились в букет полевых цветов.
Зрители оживились, начали шутить, смеяться, и громче всех — Хавлат. Рабыня, упав на колени, разрыдалась. Куршахас покачал головой:
— Неблагодарная девчонка! Полевой цветок, значит, тоже не
Несколько неуловимых жестов — и к рабыне вернулся ее прежний облик.
Испуганная девушка бросилась прочь из зала, сопровождаемая насмешками пирующих.
— Мне, видимо, нужен кто-то другой,— пожаловался Куршахас.— Может быть?.. — Он подошел к столам, внимательно разглядывая гостей, затем решительно шагнул к какому-то толстяку, богато одетому, обвешанному дорогими украшениями.— Вот прекрасный пример! Вот человек, который создал сам себя — из денег. Я не ошибся, сиятельный господин?
Толстяк радостно фыркнул.
— Можно сказать и так! — Хихикнув, он хлопнул по столу ладонями и гордо оглядел соседей по столу.
— Чтобы это были не пустые слова,— заверил его Куршахас,— я смогу это доказать. Вот!
Перегнувшись через стол, он погрузил правую руку в волосы толстяка и стал быстро их тереть. И из-под руки Куршахаса полетели десятки заморийских золотых монет. Они попадали в лица окружающим, прыгали по столу, летели в тарелки и чаши. Толстяк заходился от смеха. У него кружилась голова, но груда блестящих монет вызывала у него неподдельный восторг.
— Кто следующий? — громко спросил Куршахас, окидывая взглядом зал.
Хавлат глазами указал ему на дальнюю стену, и Куршахас направился к Сэндасу и Соне.
— Кто же следующий? — повторил он.
Воительница напряглась. Сэндас заметил, как ее глаза вспыхнули, встретив взгляд Куршахаса.
— Во имя Неба,— пробормотала девушка,— если он посмеет…
Сэндас тронул ее за плечо:
— Соня, это же только игра…
Куршахас приблизился к их столу.
— Вот мы и нашли! — объявил он.— Взгляните на эту женщину! Волосы этой красавицы похожи на огонь…
Соня вскочила на ноги, отбросив стул, который ударился о стену. Сэндас хрипло вскрикнул от неожиданности. Куршахас тут же отступил на шаг. Сверкнув глазами, Соня выхватила меч и кинжал. Правой ногой она упиралась в край стола, чтобы толкнуть его на Куршахаса, если тот вздумает приблизиться.
Хавлат, кипя от ярости, сжал кулаки.
— Соня! — воскликнул Сэндас — Разве ты не понимаешь?..
— Ты слышал, колдун? — отчеканила она, не обращая внимания на Сэндаса.— Только посмей сделать шаг, и добрая сталь пронзит твое черное сердце!
Глава третья
— Ко мне! — рявкнул Хавлат.— Стража! Схватите эту женщину!
Из противоположных углов зала на его зов выступили два отряда хорошо вооруженных солдат, держа пики наготове.
— Стойте! — крикнула им Соня, не отводя взгляда от Куршахаса.— Стойте, собаки, иначе этот пол зальет не только медвежья
кровь!Они заколебались.
Хавлат, брызгая слюной, дрожал от ярости. Со всех сторон неслись восклицания:
— Сумасшедшая!
— Дикарка!
— Она вообразила себя мужчиной…
— Совсем свихнулась, должно быть…
— Смотрите, как она держит меч! Сразу видно, не новичок…
— Ненормальная…
Сэндас медленно поднялся и шепнул Соне:
— Во имя богов, что ты делаешь? Это же не…
— Не подходи! — крикнула Соня Куршахасу.
Но маг только отступил на пару шагов, склонился в издевательском поклоне, развел руки и снова сложил их вместе, выпрямляясь.
— Успокойся, огнегривая,— улыбнулся он, поблескивая глазами,— Ты ошиблась, я вовсе не причиню тебе зла.
— Я ничуть в тебе не ошиблась. Колдун!
Все еще улыбаясь, Куршахас обернулся к Хавлату:
— Друг мой, бедняжка, очевидно, немного перепила сегодня, и мои фокусы разволновали ее.
— А я думаю,— рявкнул Хавлат,— что эту гирканскую девку надо вывести на улицу и дать ей пинка под зад!
Соня яростно уставилась на него.
— Убери меч, женщина! Разве ты не знаешь, что это значит — обнажать сталь в чужом доме?
Соня ничего не ответила. Она смотрела на него с ненавистью и презрением. Сэндас поддержал своего хозяина:
— Пожалуйста, Соня, тебе ничего не угрожает. Убери меч. Ты ведь не хочешь попасть в темницу?
Она неохотно подчинилась. Девушка дрожала от возбуждения, ее лицо покрывала испарина, глаза горели яростью и, может быть, в них еще не угас страх.
— Неужели ты не видишь, кто он такой? — пробормотала она, обращаясь к Сэндасу,— Во имя Неба! Вы Что тут все, слепые, что ли?
— Стража! — крикнул Хавлат.— Выведите Сэндаса и его… его гостью из зала! Живо!
— Из-за тебя я могу потерять работу,— вздохнул Сэндас.
Не дожидаясь, когда стражники приблизятся, Соня повернулась на каблуках и пошла к выходу.
Хавлат провожал ее презрительным взглядом, а пара других, более темных глаз пристально следила за ней, и в этих глазах разгорался недобрый огонь.
Сэндас последовал за ней, смущенный и раздосадованный. Стража выпустила его, но, выйдя из зала, он услышал за спиной какой-то звук и, обернувшись, оказался лицом к лицу с Хавлатом. Советник схватил его за руку:
— Зачем ты привел ее?
— Я… Не знаю. Она такая забавная… Такая живая. Я думал, что ты…
— Ты ошибался!
— Я прошу прощения,— Сэндас с мольбой посмотрел на Хавлата.— Я и не догадывался, что она такая вспыльчивая и чуть что хватается за меч.
К удивлению Сэндаса, Хавлат какой-то странно улыбнулся.
— Это и впрямь было забавно,— признал советник.— Ей, несомненно, удалось ошеломить Куршахаса.— Его лицо снова приняло жесткое выражение.— Но я стараюсь произвести впечатление на этих людей и не потерплю, чтобы всякие дикари угрожали моим гостям!
— Понимаю.
— Надеюсь, что так! Чтобы ноги ее здесь больше не было!