Чтение онлайн

Я умираю.

[…]

– Алекс, – кто-то сжал мои плечи, – Алекс, проснись.

Раскрыла слипшиеся глаза и закрыла их обратно, щурясь от яркого света. Мы все еще в приемном покое. Черт.

Голос Дилана раздался где-то над ухом:

– Вот ты и проснулась.

Протерла глаза, веки которых

будто налились свинцом. В голове тоже свинец. С каждым движением мозг словно перекатывался по черепу, больно ударяясь о его стенки. Прижалась головой к стене, устроившись удобнее на лавочке.

Перевела усталый взгляд на О’Коннелла.

– Ты не знаешь, когда приедет мама Кристин? – парень упал рядом со мной и протянул мне стакан с кофе.

– Скоро должна, – посмотрела на время, отвечая, – она больше не звонила мне, но скоро должна.

– Хорошо.

– А где Люк? – я отпила немного горячего напитка, после чего подняла глаза на Дилана. Он ударил кулаком о кулак. Нахмурился:

– На счет этого, – начал он вяло, – Пока ты спала, мы с Люком все обговорили и решили, что рассказывать всем о Птице не стоит.

Я поджала губы, не понимая:

– Но почему?

– Потому что у нас мало информации, по ней полиция не выйдет на Птицу, но вытрясет из нас всю дурь.

– Вы с ума сошли? А кто если не полиция выйдет на него, – прорычала я, – думаешь, я хочу, чтобы в следующий раз сбили кого-то из вас?

– Тогда придется все рассказать, понимаешь? И я сейчас не только о Птице. Если в аварии с Джоном виноват я, то в ее сокрытии уже мы с Люком. Это статья, Алекс.

– А если не говорить об аварии, – запинаясь, произнесла я, – мы можем рассказать только о звонке и Кристин.

– Нет. Это будет слишком подозрительно. Зачем звонить и предупреждать об убийстве? Чтобы мы смогли его остановить. В таком случае, какая от этого выгода Птице. Почему он выбрал Кристин? Да хотя бы, как мы ее нашли, Алекс. – в резком голосе звучали нотки пронзительности, – Каждая

смерть сопровождается нашим присутствием. Джон, Сесилия, теперь еще и это… Мы вызовем большие подозрения. Так нельзя.

– Но ведь, – я замялась, сомневаясь в собственной правоте. Дилан это почувствовал, добив мою решимость:

– Если мы все расскажем, то в какой-то момент полиция догадается и о причастности Люка. Не только в аварии, но и проникновение в кабинет шерифа. Его арестуют и посадят в тюрьму до дальнейшего выяснения обстоятельств, – он проникновенно заглянул мне в глаза, продолжая давить. О’Коннелл не был зажат в рамки морали, поэтому манипулировал с завидной легкость, – Ты ведь не хочешь рисковать свободой Люка, правда? Как бы ты не была зла на него, он тебе дорог.

Я потупила взгляд. Осознание, что Дилан прав, медленно забиралось в закрома сознания.

Хлопок. Рядом раздались голоса.

Я посмотрела на дверь, выглядывая из-за Дилана.

Мужчина в белом халате, что помогал спасти Кристин, заметил меня. Надавив на веки, он направился в нашу сторону. Свет от кварцевых ламп, что висели на потолке в металлических корзинах, залег под синеватые мешки под глазами. На лбу врача отблёскивала испарина.

Я отставила кофе на пол и протерла вспотевшие ладони. Мы с Диланом встали на ноги, обернувшись к врачу. Мышцы живота сжались, когда мужчина подошел ближе и произнес:

– Кристин в стабильно-тяжелом состоянии. Мы сделали все что смогли, остальное зависит от нее.

Рядом громко выдохнул Дилан, закрыв лицо руками и отвернувшись от нас. Его нога нервно стучала по полу, а я ощущала, как видимая только мне рана затягивается глубоко внутри.

– А теперь расскажите все, что произошло, – начал врач и встретил меня препарирующим взглядом, – внутреннее кровотечение и множество ушибов – это не шутки, – практически навис он надо мной.

Конец ознакомительного фрагмента.