Чтение онлайн

– В магазине. Окрошку будешь?

– Ты ещё спрашиваешь. А сплетни будешь?

Наверняка стенды в этой Пятерке ещё не видели такой яркой улыбки, как у меня на лице.

– Ты ещё спрашиваешь, – хихикнула я.

Через час мы уже сидели за моим маленьким узким столом на кухне и уплетали свежий холодный суп. Огурец приятно хрустел на языке, квас чуть пузырился, а на тарелочке рядом лежали обмазанные свежим чесноком гренки из бородинского хлеба. Только водочки не хватало.

– Рюмочку? – озвучила мою мысль Кристина.

– Не, ещё работать надо, – с сожалением

протянула я. – Там эта статья про вейкбординг от Наташи… Просто жесть.

– Тогда сплетни.

И понеслась. Кристина, в отличие от меня, знала как будто бы весь наш городок из 200 тысяч жителей. Работала на двух работах, ходила в зал, с утра – на йогу, а по выходным выбиралась в книжный клуб или в художественную школу для взрослых. И везде, везде она собирала новости.

– Помнишь ту вредную фармацевтшу из Аптеки на бульваре?

– Как её забыть, – фыркаю я.

– Развелась со своим мужем, теперь к ней какой-то другой мужик ходит чай пить. Она с ним закрывается там, и не выходит к клиентам. Говорят, начальница на нее ругается.

– Мда, – тяну я, пока намазываю ещё один кусок хлеба чесноком. – Стыд какой.

– А Дашка Морозова залетела, похоже.

– Вот это да, – говорю я. – От этого Теребонькина?

– Теребков он. Не хотел жениться, а теперь вот. Подали в ЗАГС заявление.

Пока она продолжала болтать, я разглядывала её вьющийся блонд. Мне всегда было интересно, рассказывала ли Кристина про мои злоключения с тренером Васей и ГИБДД-шником Володей всему городу, но в основном меня это не очень волновало. Болтать обо мне особо было нечего, не бог весть какая персона. А вот что у Кристинки происходило у самой в личной жизни, знала только я.

– Как твой Андрюша? – спросила я.

– Ой, – закатила она глаза. – Всё, готов уже.

Обе мы крутились в каких-то своих сансарах – пока мне не везло, и все мужики меня бросали по каким-то совершенно нелепым причинам, у Кристины было ровно наоборот. Мужчины уже после пары свиданий были готовы делать ей предложение, оказывались под её окнами с гигантскими букетами цветов, пели серенады, покупали украшения. Но Кристине все это было не нужно.

– Этот тоже не тот?

– Не принц, – вздохнула она. – Я пойму, когда найду своего.

– Завидую твоей уверенности, – сказала я, нажимая на кнопку чайника.

В свои 27 я не то что бы отчаялась найти кого-то в своем городе, но скорее… Сильно занизила ожидания.

– А ты, кстати, слышала про этих велбордистов? – вдруг неожиданно спросила Кристинка.

– Вейкбордистов, – поправила её я.

Кристина махнула в ответ рукой:

– Ну, видела?

– Возможно, – уклончиво ответила я. – Взяла у них интервью по заказу Наташи.

– Ага, я ещё нет. Завтра иду их фотографировать для обложки. Будет какая-то пикник-вечеринка для местных, они зовут пообщаться и покататься.

Я замерла над шкафом с печеньем «к чаю». Значит, завтра должен быть пикник? Но мне сегодня никто из этих троих и словом не обмолвился. Понятно, Кудряшка меня возненавидел с первого взгляда, но его два товарища же попытались исправить ситуацию. Недостаточно, впрочем, чтобы

пригласить журналиста, пишущего про них статью, на вечеринку, где они будут показывать свой этот самый вейкбординг!

Чайник свистнул в такт моей злости. Это же надо так. Сжав пачку с сушками, я почти кинула его Кристине.

– Ты чего? – ойкнула она.

Я сделала глубокий вдох. Спокойствие. Спокойствие.

– Помоги мне подобрать одежду для этого пикника, – сказала я. – Хочу хорошо выглядеть.

***

« Хорошо выглядеть», по мнению Кристины, значило оголить побольше тела. Теперь я плелась к озеру в юбке и типа вязаной кофте, из которой залихватски выглядывала моя грудь в открытом белом топике. На ноги Кристина заставила меня надеть так называемые «мюли» – красивые тапки с открытой пяткой.

– Мюсли, – хихикнула я.

– Таня, это мюли, – пробурчала она, обвешанная сумками с фотоаппаратурой. – Чего тебе приспичило наряжаться?

– Просто так, – сказала я.

Кристина недоверчиво на меня посмотрела. Ну да, чаще всего я одевалась как можно комфортнее и свободнее, а прихорашивалась только по праздникам. И сегодня я бы, наверное, предпочла надеть свой обычный барахолистый «рубашка со штанами» образ. Но меня мучила женская гордость за прошлый раз. Я даже накрасилась: мазнула пару раз тушью по ресницам и распустила волосы. Может быть, я перестаралась для пикника на улице, но мне было все равно. Никто не примет за мальчика точно.

– Я на твоем фоне буду смотреться как уборщица подъездная, – сказала Кристина.

– Ну, зато наконец-то поймешь, каково быть на моем месте, – хихикнула я. – Не все время же красивой ходить.

У Кристинки была теория, что в любой день можно встретить своего принца. Именно так её папу встретила её мама, дедушку – бабушка, прадедушка – прабабушку, и так далее. В какой-то случайный день все женщины по её материнской линии сталкивались с «тем самым» и моментально понимали, что это ОН. Вот серьезно, если бы я лично не видела семейного счастья всех её родственников, я бы в жизни не поверила.

Поэтому-то Кристина и наряжалась каждый день, кроме редких случаев, как сейчас – на ней была огромная футболка и спортивные штаны.

– Сегодня было слишком лень, – фыркнула она. – Ненавижу ходить на озеро из-за комаров.

Чем ближе мы подходили к причалу, тем громче звучала музыка. Раздавался запах шашлыков. Я отбивалась от прилипающих кровососов и слепней, чуть ругаясь на себя. Под майкой и вязаной кофтой струйками лился пот. Внутри разгоралось нетерпение – что теперь Тараненко скажет, когда увидит меня?

– Тань, стой, – сказала Кристина, резко остановившись. – Мне нужно намазаться.

Я вздохнула:

– Попозже нельзя?

Та уже доставала огромный спф-крем из своей жгутовой сумки, в которой валялось вперемешку с камерой всякое женское.

– Нет, – ответила подруга, смачно выжимая себе на ладонь белую жижу. – Надо было ещё раньше это сделать.

– Я дома ещё намазалась, – я переминалась с ноги на ногу. Мы и так опаздывали, и там уже всё могло закончиться.

– Ну всё, иду-иду.