Земля
Шрифт:
Я тоже приклеился взглядом к трансляции с третьей камеры, а потом и развернул её на весь экран. Там было на что посмотреть: клитор Мариши увеличивался прямо на глазах, не супербыстро, конечно, но вполне так заметно. Женщина слегка сдвинулась вперёд, прижавшись головкой своей чувствительной частички к нижней губе моего объёмного изображения. Так вот, этот таранчик секунд за пять отогнул преграду вверх и сам слегка сплющился, а потом напрягся, чуть приподнимая своё удлинившееся тело, переполз преграду и устремился к следующему рубежу.
— Пока ещё сухо, чтобы тереться
Я вспомнил первый ролик, который ещё в группе просмотрел, и мысленно согласился со словами женщины.
— А как насчёт моей фотографии? — спросил я. — Не боишься, что чернила потекут и испачкают тебя?
— Нет, не боюсь. Не потекут и даже не сотрутся, по крайней мере, не быстро. И не смей меня отвлекать разговорами. Вернее, говорить ты можешь, конечно, но лишь для того, чтобы услаждать мой слух возбуждающими фразами.
— Охренеть! Какой огромный! — невольно вырвалось у меня, когда Мариша напрягла свой клитор в очередной раз, слегка приподнимая его и толкая вперёд, так что он боднул верхнюю губу моей распечатанной копии. Сейчас этот крепыш вытянулся в длину уже сантиметра на четыре и заметно утолщился.
— М-м-м, вот это уже другое дело, — похвалила женщина. Она ещё парочку раз сделала стойку своим клитором и захихикала. — Боже, видел бы ты своё лицо сейчас. Оно такое миленькое. Хочешь пососать мою конфетку?
— Д…да, — выдохнул я, слегка заикаясь от возбуждения, и женщина снова рассмеялась, но в этот раз в голосе её звучали уже властные нотки.
— Тогда получай! — рыкнула она и пихнула клитор в рот моей искусно сделанной копии, усаживаясь сверху на замурованное в кресле лицо. — Соси его, соси! Вот так, умничка! М-м-м! Как это заводит!
Глава 4. Этот реальный виртуальный секс
— А вот и первая порция смазки подоспела! — хихикнула Мариша.
Она приподняла бёдра, отрываясь от моего рта. Её киска уже заметно набухла и увлажнилась. Пушистые дольки так и остались приоткрыты, бесстыже выставляя влажную и розовую сердцевину на обозрение. А клитор, ва-а-а! Он увеличился ещё миллиметров на пять. И я просто замер, глядя, как он красиво пульсирует: приподнимается и вытягивает своё тело вперёд, потом опускается и снова приподнимается, снова тянет.
«Что это с ним? Вернее, с ней, с Маришей. Она кончить собирается?»
Мне вдруг остро захотелось увидеть её лицо, и я быстро нажал клавишу "Esc", чтобы выйти из полноэкранного режима. Все три окна вернулись на экран, и в правом верхнем я увидел тёмно-карие глаза, полные возбуждения и похоти. Направлены они были не в камеру, а куда-то пониже объектива, и я догадался, что смотрит женщина на экран. То есть на меня она смотрит и возбуждается от моей реакции. Может и клитором она специально двигала, чтобы меня зацепить и на мимику мою полюбоваться?
Видимо,
что-то изменилось в моём лице, потому что Мариша вдруг глянула мне в глаза и прыснула от смеха.— Спалил! — смеясь, констатировала она. — Но всё равно было круто. Хм-м-м! Бедненький мальчик! Знаешь, какой сюрприз приготовила для твоего личика моя пися? Хе-хе, очень густой и скользкий прозрачный крем, который я буду наносить на твои губки и вливать в рот. Вот только ракурс одной из камер, пожалуй, следует изменить.
Изображение во втором видеоокне резко смазалось, мелькнули в нём сексапильные женские бёдра, а потом с лёгким звяканьем камера зафиксировалась, выхватывая широкую попку с аппетитными упругими ягодицами, зависшими над креслом. Далее она стала опускаться ниже и показала, наконец, Маришину киску сзади в очень волнительном ракурсе снизу вверх.
— Вот так тебе будет интересненько посмотреть, что я с тобой сделаю, — хихикнула женщина. — М-м-м, уже сейчас!
Вагина её плотно сжалась, слегка выгнулась вперёд и, сказав сочное: «Чвирк!» — выплеснула из влагалища толстую струйку прозрачной смазки. А на третьем экране, который как раз был самым большим, я увидел, как эта самая струйка стрельнула в лицо замурованному в кресле пленнику, попав чуть выше кончика его носа, и стала вязкой кляксой лениво распространяться во все стороны, густыми, как мёд, струйками стекала по носу, щекам, губам и подбородку.
— М-м-м! Как много я на тебя ливанула! Как славно пометила! А теперь попробуй меня на вкус!
Мариша опустилась, прижимаясь вагиной ко рту пленника, надавила сверху, хищно расползаясь в стороны толстыми дольками, и клитор её вновь стал исполнять свой танец, вытягивая шейку вперёд и вверх, как пьющая птичка. Вторая камера снова резко сменила ракурс. Женщина поднесла её к себе с правого бока и в соответствующем окне очень крупным планом выплыла киска, которая была видна в мельчайших деталях. Она хищно двигалась, растягиваясь и сжимаясь волнообразными перекатами, плотно охватив рот пленника.
— Смотри, как я сосу тебя! — сказала Мариша, и это действительно очень походило на неторопливое мерное высасывание. Будто хищник питался своей жертвой. Выглядели эти движения настолько захватывающе и чарующе, что я стал погружаться в транс и изо рта моего, кажется, вырвался невольный звук, напоминающий безысходный писк живьём поедаемого зверька. А потом я вздрогнул от плотоядного и торжествующего смеха женщины, вырвавшего меня из зачарованного состояния.
— А теперь пей! — потребовала она.
Её киска стала выгибаться наружу, вновь испустила долгое и сочное «Чви-и-ир-р-рк!», и мне ярко представилось, как в рот пленнику под напором извергается густой кисель.
— Хм-м-м! Ну вот ты и смазан, — проурчала Мариша. — Знатно так и добротно. Так что теперь можно всласть потрахать твой сладенький ротик!
Она не стала подниматься, а просто скользнула назад, открывая губы пленника, из которых тут же вытеки излишки вкаченной внутрь смазки.
«Господи-боже! Что же она творит!» — мысленно воскликнул я, а вслух снова пискнул.