Чтение онлайн

Якоб ван-Майер стоял у аналоя церкви св.Николая рядом со своей невестой и с тоской всматривался в мрачные лики святых на закопченных иконах. Как, наверное, и любой привыкший к свободе мужчина в 31 год внезапно вынужденный жениться под давлением семьи и компаньона. Разумеется, Агафья , племянница Григория, девушка симпатичная, да и семейное объединение ван-Майеров и Шелиховых обеспечит им главенство в Компании. Недаром его отец и Григорий так быстро сговорились. Но все же страшно вот так резко менять всю свою жизнь. С другой стороны вся его жизнь была чередою резких изменений.

Господину Якобу ван-Майеру недавно исполнился двадцатый год, когда он прибыл в С.Петербург из своего родного Амстердама, где он родился в августе 1760 г. в семье потомственных негоциантов.

По семейной традиции, он уже в 13 лет стал работать

в торговой и арматорской*(1) фирме "Майер, Майер и К". Дома, по старинке, считали, что лучшее образование получается на практике, а если очень хочется можно прослушать пару курсов в университете, но без отрыва от работы. За четыре года Яков сделал карьеру от младшего клерка до старшего шипчиндера*(2) и был отправлен работать в партнерскую фирму "Глобб и К" в Лондоне - повышать образование и расширять кругозор. После двух лет стажировки, из-за англо-голландской войны, Якоб вернулся домой и очень быстро понял, что продвижение в семейной компании ему не грозит. Шесть судов среднего тоннажа, традиционная европейская торговля и многочисленные братья, дяди, кузены гарантировали безбедное, стабильное и бесперспективное существование. Для молодого, честолюбивого человека это тупик. Отметив в домашнем кругу свое двадцатилетие, Якоб вынес на семейный совет предложение о расширении деятельности компании в России. Эту идею он выносил в Англии, изучая историю британской торговли в Северной Европе. После неспешных дебатов семья решила дать молодцу шанс (и деньги) дабы он мог начать свое дело. В начале октября 1780 господин Якоб ван-Майер сошел на берег в порту города Санкт-Петербурга, вооруженный пачкой рекомендательных писем и гарантией Ост-Индского Банка на 12 тыс. рублей. "Никогда не видел прекраснее Невы- река полноводная, чистая и спокойная но между баром*(3) и руслом на несколько миль тянется мелководье. Прошлой ночью, даже при нашей восьмифутовой осадке, мы трижды садились на песчаное дно, но снимались легко, так как шли против течения".

Столица великой империи произвела на него впечатление своими размерами, неустроенностью, лачугами по соседству с дворцами и наглыми нищими. "По большой карте изучил Петербург почти наизусть, а кроме того, поднимался на колокольню Петропавловской крепости, дабы взглянуть на город с высоты. Нева великолепна и выше мелей всегда полноводна, поскольку нет приливов и отливов. Думаю с ней не сравнится ни одна река в Европе! Петербург расположен на небольших островах, окружающая местность совершенно равнинна, а огромные новые здания и общественные парки действительно изумительны. Адмиралтейство превосходно, однако построено в неудобном месте. Из-за мелей на верфях его сооружают лишь корпуса кораблей, которые затем с великими трудом и расходами заключают в камели*(4) и перетаскивают в Кронштадт".

Молодой человек с головой погрузился в работу. Он изучал российскую кредитную систему, законы и традиции торгового сословия, основные пути сообщения и цены на различные товары. Он курсировал между банками и ссудными конторами, торговыми домами и Гостиным Двором, портом и биржей. Отрывая на сон 3-4 часа в сутки, разделял остальное время между изучением рынка и русского языка. "Тружусь как вол с нудным делом- учу грамматику: существительные, местоимения, глаголы. Чёрт бы побрал вавилонское столпотворение!".

Он заводил множество полезных знакомств, проявляя при этом редкий талант, находить приятные черты в новых людях и умение приспосабливаться к ним. "У русских чрезвычайно развито гостеприимство, но что является его основой, искренне ли оно, будет ли дружба прочной или это просто пустое любопытство к новому лицу, определить я пока не смог". Один из таких знакомцев, калужский купец Александр Юдин и свел Якоба с 1-й гильдии купцом Григорием Ивановичем Шелиховым.

"Всё, что я узнал о Григории Шелихове, говорит в его пользу. Он происходит из старой, но не богатой купеческой семьи из города Рыльска. Ему нынче 34 года. Он изрядно умён хотя регулярного образования не получал. Карьеру свою Григорий начал в 10 лет с чина мальчика (maltshik), а к 24-м годам стал приказчиком. (Мне, думаю, следует Вам пояснить, что в России служба у купца начинается со статуса "мальчика", который выполняет самую черную работу. Мальчик переходил в статус "молодца" (molodets), который в свою очередь может вырасти до приказчика и в перспективе стать купцом.) Будучи приказчиком он удачно женился, злые языки поговаривают, что соблазнил хозяйскую племянницу. А на женино приданное, в компании с таким же, как и он сам молодым купцом из Якутска, Павлом Лебедевым-Ласточкиным и другими компаньонами из охотских купцов, в 1773 г. снарядил на Алеутские о-ва бот "св.Прокопий". Им баснословно повезло в тот год - вот, что значит судьба!
– воспользовавшись ссорой главных компаньонов, они скупили за бесценок основную часть паев и стали хозяевами промыслового судна. А бот в том же году вернулся с добычей в 250 бобров. В 1775 году Шелихов и Лебедев-Ласточкин договорились с командиром Камчатки Магнусом фон Бемом о плавании к Южным Курильским островам и далее в Японию. (Мне очень кстати удалось поговорить с г.Бемом т.к. он вышел в отставку и прибыл в С.Петербург отчитываться).

Шелихов был оборотист и удачлив. После "св.Прокопия" он

снарядил еще 7 судов. Три из них уже вернулись с добычей, а "св.Наталья", строенная в компании с тем же Лебедевым-Ласточкиным, обернулась уже три раза….

Как я понял, крупных капиталов в этом деле нет. Каждое судно имеет до нескольких десятков владельцев паёв (что-то вроде дубровницких каратов), но которые объединяют свои средства лишь на одну экспедицию. Такого рода промысел ведётся уже более 40 лет и, с каждым годом, за добычей приходится забираться всё дальше в неведомые воды. Подробно описывать это не буду. Достаточно подробностей Вы можете найти в работе Бюффона, вышедшей в 1778г., "Обзор русских походов в Тихом Океане" и в книге "Русские открытия в море между Азией и Америкой 1745-1770гг." изданной в Гамбурге анонимно под подписью I.L.S. .

Последние годы промышленники поумнее начали понимать, что мелкие, временные объединения промышленников не способны освоить и защитить богатейшие земли. Необходимо введение регулярных промыслов, постоянного сбыта пушнины, требуется осуществление очень быстрого оборота денег. А для этого нужна компания, обладающая значительными финансовыми ресурсами

Из того, что мне рассказал Григорий, а также из того, что он мне не рассказал, я понял, что в Иркутске и Охотске начали складываться несколько подобных объединений. Но для не слишком богатого и влиятельного Шелихова не нашлось в них места, достойного его амбиций. Потому и приехал он в столицу в поисках капиталов и соратников".

Первый разговор Якова с Шелиховым продолжился в ближайшем трактире и затянулся далеко заполночь. Эти двое удачно дополняли друг друга. Сильный, жесткий, упорный Шелихов прекрасно ориентировался на восточном базаре, но был дилетантом в международной торговле. Да, он мечтал о кораблях с грузом алеутской и курильской пушнины, идущих через Тихий океан в Макао и далее в Европу. Но мечты эти были похожи на воздушные замки, они не имели под собой фундамента знаний и опыта. Напротив, Якоб ван-Майер вырос, по сравнению с Шелиховым, в тепличных условиях и не имел его медвежьей хватки. Зато владел шестью языками, считая русский и не считая латынь и древнееврейский; как рыба в воде ориентировался в коносаменте, фрахте, портовых сборах, морских и береговых законах. В их беседах долгими январским вечерами закладывались первые камни в фундамент "Американской Северо-Восточной, Северной и Курильской Компании". Дело двинулось на удивление быстро. Уже через три недели определились основные компаньоны. 11 марта Якоб и Шелихов ужинали в доме номер 14 по Сенной улице.

"Хозяин дома, Михаил Голиков, человек образованный и светский, служит в армии в чине драгунского капитана. Здесь же присутствовал его дядя Иван Ларионович Голиков, компаньон Шелихова по двум судам. Семья курских купцов Голиковых хорошо известна в торговле, особенно сибирской, но основные доходы имеет от винных откупов. На этом и пострадала. Надо сказать, что винный откуп в России - есть право монопольной торговли водкой в отдельном регионе с обязательством продавать не менее определенного minimum. Само собой откупщики повышают свои доходы завышая казенные цены, разбавляя водку или заменяя её спиртным низкого качества. В прошлом 1780 г. кузен Михаила, Иван Голиков попался на махинациях и теперь находился под следствием. Ему грозила каторга, да помогла тугая мошна. Дело тянется скоро год, Иван может отделаться ссылкой, а там и под амнистию можно попасть*(5).

Присутствовал так же Никита Акинфиевич Демидов, знаменитый заводчик. Известный своей образованностью, много путешествовал, гостил у Вольтера в Швейцарии и с тех пор состоит с ним в переписке. По возращении из Англии в 1779 г. учредил на английский манер премию-медаль "За успехи в механике"…

Ужин этот завершил переговоры об условиях нашего компанейства и долей капитала. Иван Ларионович вложил 35 тыс.рублей, Михаил 20, Григорий 15, я - 10 тысяч рублей. Юдин, по безденежью, вошёл с 1,5 тыс. рублей. Никита Акинфиевич в компанию не вошел, но кредитовал 50 тыс.рублей. Все деньги делятся на 120 паев. Паем называется прибыль, которая не покупается, не продаётся и не представляет собой части капитала, а является частью конечной добычи компании. Практикуются два вида паёв : "валовой" (или "основной") и "суховой" (или "не владельческий"). Большинство паёв первого типа, делящиеся пополам между промышленниками и судовладельцами (полупай). "Суховых" паёв значительно меньше и они распределяются следующим образом : 1 пай - для церкви, 1 пай - "за мореходство" (т.е.
– за командование судном), 1 пай - передовщику (приказчику и распорядителю промысла), 1 пай - кузнецу и 1 пай - на общие компанейские расходы. Средний полу-пай составляет обычно 390 руб. в год".

Шелихов обязался доставив в Охотск необходимые товары и материалы, построить три судна и, не позднее сентября 1783 г., отправиться за океан и на американском материке или на острове вблизи поставить крепость. Якоб должен зафрахтовать соответствующее судно, загрузить его товаром и, не позднее лета 1786, прибыть в Петропавловскую гавань на Камчатке где и ожидать известий от Шелихова. За это они должны были получить сверх своих паев ещё 1\3 с доли своих компаньонов в первом промысле. О своих обязательствах Якоб домой не писал, не желая раньше времени беспокоить семью, потому же копии договора не выслал.