Записки разведчика
Шрифт:
– Дотянем, — первым отозвался Рыбинский.
– Надо, так дойдем, — поддержал Стрелюк.
– Что за разговор? Конечно, дойдем, — угрюмо заговорили наперебой остальные.
– Оружие иметь наготове. Не отставать. Петя, будешь замыкающим, — отдал я короткие распоряжения, поправил вещевой мешок и скомандовал: — Пошли!
Группа, не задерживаясь на бугре, спустилась в лощину и растянулась вдоль тропки, вытоптанной стадом. Рядом чуть слышно журчал ручеек, поросший травой. Слышалось кваканье лягушек.
– На дождь расквакались, — сказал Сережа, но разговора никто не поддержал.
Село, расположенное справа, нам было хорошо
– Пойдем напролом, через село, — предложил Толя.
– Нет, прикрываясь садами, обойдем слева. В селе могут быть полицаи. Не будем задерживаться, чтобы быстрее перейти большак.
Я свернул влево и повел группу в обход. Взошло солнце. Село начинало свой трудовой день. Бойко перекликались петухи, курица кудахтаньем возвещала миру о снесенном яйце. До нашего слуха доносились приглушенные голоса. Кто-то отбивал косу, видимо собираясь на сенокос. Ее металлический звон резко выделялся среди людских голосов, лая собак и кукареканья петухов. В огородах, блестя росой, тянулись к солнцу лук, подсолнухи, кукуруза. Через плетни свешивались ветви вишенника, дразня нас сочными, рубиновыми ягодами. Среди картофеля там и сям алели пышные маки. Белые хаты утопали в зелени. Все тихо, спокойно и вдруг…
Село охватила какая-то лихорадка. Послышались возбужденные голоса, заливистый собачий лай. Затем один за другим прогремели три выстрела.
– Тревогу поднимают, — сказал Толя. — По-видимому, нас заметили.
Похоже, что так. Я хотел предупредить, чтобы не отставали, но этого не потребовалось. Все подтянулись, крепче сжали автоматы.
– Огонь без команды не открывать, — предупредил я. — Шире шаг. Кормелицын и Рыбинский - наблюдатели с тыла.
С ускоренного шага перешли на бег. Вещевые мешки неуклюже запрыгали на спинах. Рядом с Лешей бежит Дуся, придерживая рукой рацию. Автомат мешает ей.
Вот и гребень высотки. Еще метров тридцать-сорок, и мы будем недосягаемы для выстрелов. Но в этот момент из села выскочили человек пятнадцать с винтовками и открыли беспорядочную пальбу. Над нашими головами пропели пули.
– Полицаи, — сказал Стрелюк. — Посмотрите, как нахально прут.
– Кормелицын, Рыбинский и Рябченков, остановите их!
– приказал я. — Остальные бегом за высотку.
Прогремели автоматные очереди. Полицаи залегли, и пули перестали щелкать над нашими головами.
Сами по себе полицаи для нас серьезной угрозы не представляли. Стоило повернуть группу, открыть огонь из всех автоматов, и у них сразу же отпала бы охота нас преследовать. Видимо, полицаи надеялись на подкрепление. Мы же не хотели ввязываться в бой. Нам нужно было, не теряя времени, достичь леса.
– Сколько до Ямполя?
– спросил я Толю.
– Километра три.
– Может, успеем до лесу добраться, а там и бой можно дать.
– Если они допустят нас в лес, то уж сами в него не войдут.
– Тем лучше… Нам бы перевалить вон через ту высотку, — указал я. — А там рукой подать до леса.
Однако осуществить задуманное нам не удалось. Когда до высотки оставалось метров сто пятьдесят, из-за нее, как из-под земли, вынырнула автомашина с гитлеровцами. Положение создавалось не в нашу пользу. Полицаи почувствовали себя увереннее, приблизились к нам и усилили стрельбу. Мы оказались между двух огней. Обе группы
противника находились на высотках, а мы в лощине. Надо было, пока гитлеровцы не развернулись к бою, атаковать их, смять и продолжать движение к лесу. И, по-видимому, нам бы это удалось. Но такой выход не пришел мне тогда в голову. Я решил уклониться от боя, вывести группу влево, занять высотку перед деревней, огнем задержать противника и выиграть время для обдумывания положения.– Леша, бегом веди группу влево по лощине и займи оборону на той высотке. Оттуда прикроешь наш отход, — приказал я. — Толя, ты тоже с ним. Со мной Кормелицын, Решетников, Рябченков. Выполняйте.
– Группа, за мной бегом!
– скомандовал Леша и, пригнувшись, побежал. За ним побежали остальные разведчики.
Полицаи заметили отступление нашей группы, повскакали с земли и начали преследовать. Они так увлеклись преследованием, что не заметили, как я с товарищами залег во ржи.
– Приготовиться, — сказал я, когда полицаи выбежали из посевов, и скомандовал: — Короткими, огонь!
Прогремели автоматные очереди. Несколько преследователей споткнулись и скрылись в высокой траве. Остальные отбежали обратно и скрылись во ржи. Среди них произошло замешательство, и они на некоторое время прекратили стрельбу. Этим воспользовался Калинин и вывел группу к высотке.
Около двадцати фашистов, прибывших из Ямполя с автоматами и легким пулеметом, рассыпались по посевам и цепью шли прямо на нас.
– Подпустить их поближе и ударить, — сказал Сережа.
– Наоборот, их сейчас подпускать нельзя, — поправил Петя. — Тогда трудно будет от них оторваться.
– Правильно, Петя. Мы должны задержать противника, дать возможность товарищам занять оборону, а затем и самим отойти… Как только покажутся немцы из посевов – огонь открывайте самостоятельно. В первую очередь уничтожайте пулеметчиков и офицеров, — давал я наскоро указания.
Фашисты не заставили себя ждать. Самоуверенные и наглые, они шли не пригибаясь. Я прицелился и дал короткую очередь по пулеметчику. Он схватился за грудь, постоял мгновение и свалился. Вслед за мной начали стрельбу и мои товарищи. Гитлеровцы остановились и, кто с колена, кто стоя, открыли ответный огонь. Вокруг нас запели, зашуршали пули, срезая спелые колосья ржи. Мы отползли в сторону и дали еще несколько очередей. Справа по нас снова начали стрелять полицаи.
С двух сторон к нам медленно, но уверенно приближался враг. Их около сорока, нас здесь только четверо.
– Товарищ капитан, Леша готов!
– радостно сказал Петя. — Сигнал подает.
– Прикрывайте, — приказал я. — Мы с Сашей отходим.
– Есть! — коротко ответили они.
Плотно прижавшись к земле, мы поползли. Над головой вился рой пуль. Они были предназначены для Пети и Сережи, так как нас враг не видел.
– Прикрываем отход, — сказал я, когда мы отползли метров на двадцать.
Услыхав очереди наших автоматов, Петя и Сережа начали отходить. Фашисты обнаглели и наседали на нас, сознавая свое превосходство в силах. Калинин вел огонь только по полицаям. По второй группе противника он не стрелял, боясь поразить нас.
– Так мы не оторвемся, — сказал я, когда подползли Петя и Сережа. — Надо сделать бросок. Но сначала из всех автоматов оглушим гитлеровцев, забросаем гранатами, а затем отбежим… Приготовить гранаты.
– Готов, — доложил Петя.
– Готов, готов, — доложили Саша и Сережа.