Чтение онлайн

Голосование по этому вопросу совместили с обсуждением. Хозяева бурно высказывали свое мнение, не слушая при этом мнения даже своих соседей. Эднар Хаттор проводил не первое такое заседание и прекрасно знал буйный нрав своих хозяев. К его необузданным проявлениям он уже привык и теперь сидя в своем кресле, с выражением терпимости на лице, более свойственной старости, чем его молодым годам, взирал на происходящее.

Постепенно все успокоились и проголосовали. «За» было отдано тринадцать голосов, при одном воздержавшемся – один из членов правления не прибыл на заседание, а ответственный за его голос господин, распорядился им самым осторожным образом.

Хаттор посветлел. «Наконец то я поправлю финансовое положение своей семьи и больше не буду зависеть от этих придурков,» – подумал он себя и перешел

к следующим вопросам.

Еще многое нужно было решить. Сталелитейный комбинат на Бертоне (12) лихорадили не прекращающиеся бунты, производство упало до критического уровня. Закладывать или нет шахты на недавно открытом месторождении, располагавшемся на безжизненном астероиде, не имевшим даже названия, а только идентификационный номер. Восемнадцать крупнотоннажных рудовозов были арестованы на Фарсе, новое правительство этой республики было не согласно больше работать на старых условиях и требовало их пересмотра, так что требовалось срочное вмешательство влиятельных в этом секторе сил.

Заседание проходило как всегда бурно. Прервались только на обед, после которого продолжили.

Прошло 2 450 лет стандарта U-3.

В Чистилище был аврал. Работники и служащие этого учреждения, уважаемого и солидного, сновали туда-сюда позабыв об привычной важности и надменности, с которой они обычно выполняли свои обязанности, пытаясь хоть как-то их исполнить, но из-за большого напряжения, вызванного огромным наплывом клиентов и ограниченности во времени, случались досадные ошибки. Ну да где их не бывает?

Заклятые грешники отправлялись на прогулку по бесконечным просторам, благоухающими самыми удивительными ароматами райских садов, а праведники, отправлялись в самое сердце пекла, где сходившие с ума от нестерпимого жара и копоти черти, круглыми от ужаса глазами, смотрели то на вновь прибывающих, то на свои котлы с кипящей смолой, в которых больше не было мест. Эти орудия праведного возмездия сейчас больше походили на рыбные консервы, забитые до отказа чуть ли не прессованными морскими обитателями. Мест не было не только для вновь прибывающих грешников, его не было даже для самой смолы, которая выливалась прямо на угли при попытке чертей впихнуть в котел еще одного несчастного. Белый, едкий дым от разлитой, перегретой смолы собирался тут-же, над головами персонала, задевая за рожки самых высоких и походил на легкие, перистые облака, только в отличие от небосклона планет класса «А», сквозь разрывы этих «облаков» не просматривалось голубое, ласковое небо, а зияла провалами кромешная тьма.

А незапланированные и неупорядоченные по значению и статусу клиенты все прибывали и прибывали в Чистилище. Они появлялись внезапно в главном холле целыми группами, целыми подразделениями, во главе со своими командирами, самые мелкие из этих команд составляли человек по двадцать, а самые большие доходили до нескольких тысяч человек; и еще не понимая, что все уже закончилось, что узы плоти больше не сковывают вырвавшиеся в самостоятельное бытие души, они по инерции продолжали воевать и здесь, благо противник, как для одной, так и для другой из сторон появлялся регулярно и в достаточном количестве. Из-за этого, главный холл, обычно строгий и практически пустынный, переполнял сейчас шум и гам, пытающихся пригробить таки друг дружку, еще не подозревающих о своем бессмертии, сущностей.

Эти приступы ярости эхом отзывались в чистых и

непорочных душах служащих, трогая казалось давным-давно вырванные постом и молитвой, если не сказать темные, то наверняка серенькие струны их белоснежных душ, побуждая беспристрастных «судебных исполнителей», бросить все свои дела и сжав до бела кулаки броситься в самую гущу схватки, победить, и шумно отпраздновать победу на разгульном пиршестве, с добрым вином, высокопарными речами и неутомимыми красавицами, один взгляд которых поражает разрушительнее, чем разрывная пуля крупного калибра. После того, как в их душах вихрем проносились такие порывы, служители с удвоенным рвением и скоростью разбирали образовавшийся в их хозяйстве завал, напрочь пренебрегая законным, месячным, минимальным сроком, – гарантированным высочайшим повелением Всевышнего каждому пребывающему, отправляя в рай и в пекло чуть ли не по очереди, в слабой надежде исправить в более спокойное время все допущенные ошибки.

Филиал Чистилища, галактики 511/75 по проекту не был расчитан на такой большой наплыв клиентов.

Два флота враждующих миров сошлись в смертельной схватке. Сразу, как обычно это и бывает, в подобных ситуациях, непонятно откуда появилась фея Безумие, и сделав на своей противной рожице гримасу шизофреника с двадцатилетним стажем, раскинула свой знаменитый серебристый плащ, в котором дьявольскими огнями таинственно зажглись звезды, одновременно пугая и маня. После того, как это было сделано, и знаменитый плащ покрыл все пространство боя, сражение, не очень то вязавшееся до этого, пошло как по маслу. Пилоты кораблей делали немыслемые пируэты, наводя ужас не только на противника, командиров и собственные экипажи, но и на самих себя, внезапно появившимися гениальными способностями в навигации; стрелки с хладнокровностью опытного хирурга превращали в яркие, красивые, разноцветные вспышки все, что попадалось им в прицелы своими мощными орудийными системами; телеметристы и связисты, точно по инструкции, как это и требовалось, следили за экранами своих радаров и приказами командиров, но их никто не слушал. Сейчас всем было не до них.

Легкий челнок межгалактического, особо-малого класса, вынырнул из подпространственного перехода в реальное пространство в самой гуще схватки. Разноцветные вспышки аннигилирующих космических кораблей расцветали диковинными цветами в опасной близости от беззащитного корабля, абсолютно не приспособленного не только для ведения боевых действий, но и вообще для нахождения в области их ведения.

Исчерченное трассами энергетических зарядов и красиво расставленных линий заградительного ракетного огня пространство, походило на какой-то пространный чертеж, линии на котором постепенно исчезали и заменялись новыми, как бы следуя за ходом мысли опытного чертежника, назвать которого можно было с полной уверенностью. Это была Смерть. Таких высот, каких достигла эта госпожа в своем искусстве, следовало еще поискать. По крайней мере Жизни до ее мастерства было еще далеко, хотя и она старалась не отставать.

Челнок била дрожь от частых и близких выделений энергии. Несколько раз его бросило с огромной силой – два штурмовика были развеяны в прах прямо возле его бортов. Можно было только посочувствовать экипажу, которому так не повезло. Кто же мог знать, что при выходе в реальное пространство его ожидает такой горячий прием?.. Бортовые системы навигации с большей или меньшей долей вероятности уже могли гарантировать, что при выходе в реальное пространство корабль не окажется на месте, занятом каким либо телом естественного происхождения, но прогнозировать наличие военных действий в таких областях пространства, навигационные системы попросту не могли, и хотя такое случалось довольно редко, но все таки случалось.

После каждого энергетического импульса компьютерной системе корабля приходилось наново вводить в свои мозги эталонные программные продукты, заменяя ими подпорченные, на это тоже уходило драгоценное время, которого в сложившейся ситуации у экипажа просто не было.

Весь комизм положения заключался в том, что этот пришлый челнок не принадлежал ни к одной из противоборствующих сторон, а следовательно не реагировал на запросы систем опознавания и дружно воспринимался обеими сторонами как враг, который достоин только уничтожения и чем быстрее – тем лучше.