Закон Арксеона
Шрифт:
Возражений не последовало, народ начал расходиться и подбирать себе дома. Как и снаружи, внутри они все были однотипными, с примерно одинаковым набором мебели: столы, табуретки, кровати.
Всё деревянное, но в разных соотношениях. Вот здесь есть и кровать, и стол, а вот здесь стола нет, зато кроватей две.
Встал вопрос о постельном белье, ибо ночлег на твёрдых деревяшках мог закончиться утренней ломотой во всём теле. А выходить за пределы руин и спать на земле, жертвуя безопасностью, никому не хотелось.
Шкур, за вычетом двух, потраченных на одежду для Эйприл, осталось семь
Ещё была подстилка из походного набора Кабрио, но на неё, не выслушивая возражений, ещё днём уложили раненого Фирса. И парень понимал, какой скандал ему грозит, попытайся он вернуть подстилку себе.
Но про тех, кому не достанется шкур, народ тоже не забыл, и в течение дня успел натаскать веток из леса. Лучше, чем ничего.
— Я забираю шкуру бродяги. Есть возражения? — заявил Кабрио.
— Самую большую и мягкую? И с какой бы радости? — не замедлил с ответом Джед.
— С такой, что это я его убил. Мои спутники могут подтвердить.
Мужик недовольно скривился, но аргументов не нашёл.
— Давай сюда заселимся, — предложил Сантин, когда они вдвоём осмотрели ближайшие к центру постройки. — Кровать всего одна, но с самой мягкой шкурой тебе и на полу норм должно быть.
— Ага, — кивнул Кабрио. — Только ложись без меня, у меня есть ещё кое-какие дела.
Первым делом странник отошёл подальше от руин и насыпал в карман простой земли. Затем, вернувшись к их с Сантином дому, рассыпал землю за дверным проёмом, утрамбовав её руками.
— Спи, не отвлекайся, — сказал он, увидев поднявшуюся голову товарища.
А теперь предстоял небольшой сеанс паркура. Вот это здание было одним из самых низких, и очень удачно возле него стояла скамья. А скамьи эти были вмонтированы в покрытие, и перетащить их не представлялось возможным.
Разбежавшись, Кабрио опёрся ногой на скамью, подпрыгнул, ухватился руками за край крыши и с кряхтением вскарабкался наверх. Подтягивание далось тяжело, но если бы не месячные тренировки на полигонах Института, он бы и такую высоту не осилил.
Немного передохнув, он снова разбежался и перепрыгнул на соседнее здание, ещё выше. Вот здесь можно было размещаться на ночлег, не опасаясь быть зарезанным ночью. Даже если Фирс сумеет сюда забраться, проделать это без шума у него никак не выйдет.
Накрыв поверхность шкурой бродяги, странник улёгся на неё и вскоре уснул.
* * *
День четвёртый.
По пробуждении до Кабрио сразу донёсся шум и голоса на повышенных тонах. Неужто его потеряли? Хотя нет, среди голосов узнавался детский. Той самой школьницы Шери. И она тоже на кого-то кричала.
Но первым делом надо было прояснить другой вопрос. Встав и осмотревшись, странник разбежался и перепрыгнул на соседнюю крышу, которая была пониже, а с неё уже спрыгнул на брусчатку, слегка отбив ноги. И направился к своему дому.
Сантина внутри уже не было, но Кабрио интересовало не само помещение, а тонкая земляная насыпь, оставленная им перед входом. Земля в этом биоме была плотная и чуть увлажнённая, так что следы на ней отпечатывались очень хорошо.
И их было две пары.
Одни вели наружу и принадлежали явно Сантину, а вот судя по вторым, кто-то вошёл ночью внутрь и вышел обратно.Запомнив этот второй отпечаток, Кабрио отправился в другое место. В здание, куда положили Фирса и заселился Джед.
Центральную площадку, откуда раздавались крики, он обошёл стороной, дабы не попадаться пока на глаза.
Зашёл в нужное здание. Зек спал на лежанке, снятые ботинки стояли рядом.
Не зная, спит он или прикидывается, да и не важно это, Кабрио поднял один ботинок и осмотрел подошву. Ну да, ошибки быть не может — тот самый рисунок. А теперь пора перекинуться парой слов с одним неприятным типом.
На площади собралась почти вся община. Община… Странное слово, вызывает ассоциации с первобытными племенами.
Хотя если не считать походного набора странника и загадочных построек, технологический уровень у этих людей и правда был почти нулевой. Так что термин вполне подходящий.
В данный момент Джед и Клаудия о чём-то препирались с Шери.
— Не говори ерунды!
— Это не ерунда! У меня пробудилась Сила! Смотрите!
Девочка подняла руку, и на кончиках её пальцев заискрились молнии.
«Уж не одинаковая ли у нас магия?» — было первой мыслью Кабрио, но потом он посмотрел повнимательнее и понял, что Шери досталась не странная ударная магия, а классические молнии.
Разряды девочки были более светлыми, а когда она пустила ток по всему телу, её волосы начали вставать дыбом.
— А ну-ка прекрати! Это тебе не игрушки! — заорала Клаудия.
— Ты не будешь драться! Даже не думай об этом! — вторил ей Джед. И кто, напомните, ещё недавно запрещал людям повышать голос под предлогом ослабленной защиты лагеря?
— Но почему?! — не унималась девочка.
— Потому что ты ребёнок! Ещё не хватало нам заставлять детей сражаться с монстрами!
— Но я же могу…
— Нет, не можешь! Если тебя ранят или убьют в бою, что мы потом скажем твоим родителям?!
В этот момент они заметили появление Кабрио.
— Кабрио, ну хоть ты её вразуми! — тут же накинулась на него Клаудия.
— Вразумить чему? — спросил парень. — Никто ведь не заставляет ставить её в охотничьи отряды или на охрану лагеря. Пусть осваивает магию и придерживает её на случай, если монстры всё же прорвутся через защитников. Боевая сила лишней не будет.
— Да ты с ума сошёл?! — взъярилась Клаудия. — А что, если её на войну отправят?!
— Ребёнка не отправят, — вставил Джед.
— Если захотят, отправят, — возразил Кабрио. — К тому же, если вы не заметили, Силу она уже пробудила, и этот простой факт назад не откатить.
— Но если никто об этом не узнает… — робко предположила женщина.
— Думаете, в Институте дураки работают? Знаете, сколько в прошлых партиях было умников, которые не хотели участвовать в войне и пытались врать, будто не овладели магией? Раскололи всех до единого. Анализы, слежка, испытания, допросы, шантаж — методов у правительства в избытке. Нет и шанса, что Шери сможет скрыть свою пробудившуюся Силу. А уж как правительство поступит с таким феноменом, как ребёнок-странник, решать не нам.