Шрифт:
Глава 1. Птичий грипп
Еще позавчера я трудилась на своем рабочем месте в фирме "Аметист", тщательно подбирала реактивы на требуемые клиентами суммы. Это ведь не так просто, как вы думаете. Клиенты у нас из государственных научных учреждений, им нужно не только то, что нужно, но и чтобы сумма с запланированной совпадала. Отчетность у них такая. Вынь да положь счет на сорок четыре тысячи рублей пятьдесят шесть копеек. Приходится вертеться, как белочке. И себя не забыть, и курс валют меняется, и налоговики не дремлют. А еще начальник придирается, требует, чтобы мы сами клиентов искали, фирмочка у нас небольшая, сидим в паршивом подвале. За два года уже три штуки таких подвалов сменили. Жара даже зимой, на кондиционер не раскошелится начальник. С этой
Жар возвращается. Надо мной белое-белое небо. Или это потолок? Какой потолок?!!! Он у нас не белый, а наоборот, поклеен обоями синими с мелкими облачками. И мерзкий скрежещущий звук! Сосед, скотина, опять что-то у себя дрелит! Сколько можно! Убила бы!
Затихло. Только чириканье раздается.
– Чик-чирик. Шрррр… Чик-шррр… Как будто кто-то по стеклу ножом водит. Или это воробьи? Нет, не воробьи. Бред. Больно!!!! НЕ трогайте мое ухо! Такое чувство, что туда всунули что-то не слишком большое, но неудобное, как будто на обследовании у лор-врача. И вдруг… вдруг слышу вполне отчетливо:
– Спессс… осторожнее… ее надо перенести в капсулу. Зачем ты вставил ей переводчик? Она больна. А может быть, заразна. Срочно продезинфицируй руки. Перчатки мне!
Снова темнота. Ласковый покой, будто морские волны качают мое тело, такое невесомое, такое легкое. Что-то такое со мной уже было, но когда? Когда? Неужели до рождения, у мамы в животе? Значит, я умерла. И теперь должна снова родится, снова в этот мерзкий детский сад, где Вера Николаевна будет сажать на горшок насильно, даже если не хочу. И горелая тушеная капуста, и кипяченое молоко с пенкой! Не хочуууу!!!! Боженька, если ты есть, пусть я рожусь птичкой или бабочкой, ну пожалуйста....
Забвение накрывает темным покрывалом, нет ни верха, ни низа, ни мамы, ни начальника, и боженьки, наверное, тоже.
Свет. Мягкий желтоватый свет откуда-то сбоку. Тело по-прежнему нежится в объятиях жидкости, а голова? Наверное, нет, ведь могу дышать, и легко. Исчезло царапающее ощущение в горле, сопли не текут. Может я в ванне заснула? Не помню, чтобы туда забиралась. Ой, в ухе чешется… Не достать. И по животу что-то ползает. Пробую содрать это что-то. Не получается. В ухе банан, между ног что-то щекочет. А вот возьму, открою глаза и как закричу:
– Сгинь, нечистый!
Не кричится. Но зато отчетливо слышу разговор. Похоже, я в больнице, но в какой-то непростой. Да, правда… ведь у меня, кажется, птичий грипп. Наверное, в инфекционном отделении. Двое в блестящих комбинезонах смотрят на монитор, переговариваются. Сперва ничего не понятно, но потеребив ухо, в котором явно что-то постороннее, начинаю разбирать:
– Гейс, расскажи поподробнее, где вы нашли это существо.
– Данар-сарит, я уже рассказывал. Как раз возле границы мусорных полей, во время патрулирования. Она лежала в позе эмбрио и, похоже, очень страдала. Я принял решение взять ее в капсулу.
– Гммм… Молодость. А если это биоробот адаров? И кстати, почему – она? Лицо как у молодого тарга.
– Адарская штучка? Не может быть, учитель. Очень уж необычна с виду. Биоробот должен сливаться с толпой, ничем не выделяться, чтобы в нужный момент выполнить задание. А эта – такая яркая, заметная. И запах. Посмотрите, Данар-сарит, какая
грудь! Не у каждой неллы такая, а датчики! Датчики показывают, что у нее анатомия неллы! Значит я прав, и это – она!– Ладно-ладно, твоя взяла. А зачем и для чего создано такое существо? Лицом тарг, внутри – нелла, да и не только внутри. Какая польза может быть от такой конструкции? Слишком заметна, слишком необычна. Твоя гипотеза, ученик?
– Но может быть, в этом и смысл? Чтобы мы клюнули на приманку интереса, стали изучать ее, а там она или он, неважно, дотянулась бы до наших последних разработок в области высоких биотехнологий. Адары давно точат на них зуб.
– А что, в этом что-то есть. Кстати, почему у нее транслятор в ухе? Безобразие! Давно надо было вынуть! Она ведь все слышит!
Дзинь! Чпок! Что-то булькает, и мое ухо наконец-то свободно от давящего ощущения. Но… но я больше ничего не понимаю… Опять какие -то чики-рики. Наверное, мой взгляд выразил что-то чрезвычайно злобное, поскольку надо мной одновременно склонились два необычайно красивых лица. Одно строгое, с волосами цвета благородного серебра, а другое смущенное, мальчишеское. Волосы белокурые, колечками.
Глава 2. Школа нелл
Это было последнее, что мне позволено было увидеть. Дальше полный провал. Но зато следующее явление в этот мир было куда более приятным. Капсула раскрылась, я почувствовала себя бодро, как никогда, парень с льняными кудряшками протянул руку и помог осторожно выбраться на мягкий зеленый коврик. Прямо Венера из пены морской. Жидкость вспузырилась, слегка щекоча грудь и бока, и высохла почти мгновенно. И никакой неловкости. Во-первых, у меня красивое тело, чего его стыдится. А во-вторых, ведь это же больница. Врачи, они и есть врачи. У них работа такая. Инопланетные? Ну и что. Видали мы и инопланетных в кино и игрушках. А молодой доктор еще так улыбался ласково. А тот, что постарше, хоть и хмурился, но видно было, что он совсем не злой. Он протянул мне малюсенькую штучку и жестами показал, что ее нужно нацепить на ухо, как клипсу. Я сразу сообразила, что это просто другая модель транслятора речи. Удивительно, как же эта штука все-таки работает? Ведь у них не может быть земного словаря. Спросить? Нет, не буду, пожалуй. Ни к чему выказывать свое любопытство и невежество. А тем временем тот, у которого седые волосы, подал коричневый сверток:
– Пожалуйста, традиционное платье нелл. Или ты предпочтешь вот это? – в другой руке была до крайности знакомая розоватая тряпка.
– Нееет, только не это, – сердито возразила я. Этот выцветший, драный халатик хотелось выбросить еще до болезни, да как-то все было не то того.
Мягкая ткань легко легла на плечи, струясь коричневым водопадом. Коротковато, конечно, да что поделаешь. Видно, у них мягкий климат, белья не носят. Впрочем, может все-таки носят. Туфли без задника тоже оказались впору.
– Присядь. Заполним электронную карточку. Имя?
– Аня.
– Не пойдет. Ання. Надо же. Так называют мелких серых червяков, поедающих цветы музги. Отвратительно.
Я лихорадочно пыталась придумать себе имя, пока не наградили каким-нибудь «Цршшшг». Все-таки в их речи слишком много шипящих.
– Аниэль подойдет?
– Это совсем другое дело. Хоть и звучит непривычно. Место жительства?
– Планета Земля!
– Хорошо, пусть будет так. Это не запрещено законами Таргашша. Остальное просто:
Социальный статус – нелла нулевой ступени. Место назначения – нелл-школа номер пять в столичном округе Црегойя. Твой статус обсуждался на самом высоком уровне и школу тебе подобрали самую лучшую.
– Благодарю, – только и смогла выдавить я. Настроение упало до нуля. Еще бы! В школу! За парту! Меня, дипломированного менеджера, окончившего институт туризма с одними пятерками!
Конечно, хватило благоразумия помолчать и терпеливо дождаться, пока распечатают документ, не менее благоразумно спуститься с обладателем светлых кудряшек и премилых синих глаз (хотя, нет, такая внешность не в моем вкусе) на лифте, сесть в некое обтекаемое устройство, поданное прямо выходу и наглухо закрытое от внешнего мира. Судя по характеру движения, это все-таки было что-то вроде автомобиля, а не вертолета.