Чтение онлайн

(*Эти записи, столь подробные о необходимости защиты во время подъема, объясняются тем, что у меня за плечами к тому времени было всего три месяца эксплуатации шаров с общим налетом часов... эдак... пять... Только ни кому не говорите об этом - это вопиющие нарушение всех правил авиации!)

Причем я пытался до последнего, один раз шар бросило вниз и корзина хорошо шмякнулась об землю, один раз чуть было не шваркнуло об эту самую будку. В общем итоге я провисел всего минут двадцать. Купол сложили, а все остальное оставили - может, к вечеру ветер стихнет. Попеременно сходили на "Патрис" и поужинали. И еще одна головная боль: теперь надо думать, как погрузить шар на "Патрис". А стоит он от берега метров так примерно триста. Пошел к капитану. Он сказал, что можно спустить лодку, но нет бензина. Поэтому я пошел сшибать бензин. Один пьяный шофер дал 20 литров за тысячу (*руб.) со своего автобуса. Среди хороших людей попадается и гнилье. Не деньги жалко, просто обидно. Ведь этот шар у этого местного, наверное, первый и последний раз, да к тому же бензин-то не его, а дармовой. Вторую попытку начали в восемь вечера. Ветер действительно поутих. Перевязали защиту, нормально

закрепили. Она получилась маленькая, всего на четыре троса, т. е. одна четверть диаметра. Но, поскольку теперь солдат не было, пришлось просить подержать горловину при наддуве прохожих, а они все пьяные, и с двух креплений ее сразу сорвали. Только шар подняли, брезент начал дымиться, а может, я теперь думаю, он просто парил, высыхал до конца. Но, учитывая, что он практически не пропитан (*солью), и помня опыт пожара в Кировском районе, минут через тридцать я решил ее сорвать, хотя Шурик уже принес воды. Сначала было тихо, даже удалось прокатить дочку и племянника бортинженера вертолета, с которым вчера летали. Но, как только убрал защиту, при первом же легком порыве ветра купол стало гасить. Я опять держался до последнего, думал, что запалю шар, но ничего поделать не смог. Теперь ясно совершенно точно - без защиты нечего делать. А это значит, что Захаров дал нам не полный комплект шара. Вот это - чистая вина "Летучего корабля". Но, тем не менее, второй раз провисел целый час. В общем итоге всего примерно час и двадцать минут. Сожгли один баллон и во втором осталось 30 %. В десять на пойманной мною машине привезли шар на берег. Сняли лодку (*с теплохода, снимали лебедкой), она оказалась с сорванной шпонкой. Пока ее чинили, пока за два рейса под дождем перевезли шар, подняли на "Патрис", прошло два часа. Перекусили и пошли на концерт. Уже все выступили, мы успели только к праздничному фейерверку. И только тут узнали, что вторым пилотом на нашем вертолете был атаман казачьей дружины Березово Геннадий Григорьевич Поликарпов. Он был на сцене, про него говорил Сергей Михайлович, и это же подтвердил бортинженер Геннадий, которого мы опять встретили, но уже без ребятишек. Вернулись на "Патрис", вымылись, я побрился, надели фраки. Теперь надо снимать звезд. Выяснилось, что Боярского сразу с концерта увезли на вертолете горячий источник в Шаругой. Мухин злой. Зато есть Серов, Високовский и остальные. В итоге с двух часов до семи сняли Серова Александра Николаевича, Високовского Зиновия Михайловича, Боярского Михаила Сергеевича. Познакомились с музыкантом из состава Серова Женей, его импресарио, Лешей, парнем из фирмы "Артэкс" Андреем (воздушные шарики), и, как оказалось, со знаменитые куплетистами Михаилом и Николаем (фамилии не помню, но есть визитка) (*нашел я и их визитку: куплетисты Николай Бандурин и Михаил Вашуков). К тому же переписали пленку с записью концерта (точнее, его конца), которую делал Алексей. Во время знакомства нас угощали, так что Боярского, самого последнего, снимали не совсем трезвые. Но, ничего, нормально. В семь Шурик ушел спать, а я остался ждать Гонтаровского. Но он так и не появился, после праздника пьяный в умат. Но должен появиться, будет сегодня вечером, поскольку вся администрация Березовского Совета едет на теплоходе с нами в Ханты-Мансийск на продолжение праздника, который будет проходить с первого по третье июля. В заключение вместе с матросами перетащили корзину, оболочку и вентилятор на верхнюю палубу, что бы освободить место для швартовки.

Лег в десять.

(* Вот мы и подошли к тому самому эпизоду, когда Александр Ларьяновский заснял кусок разговора Валерия Мухина. Когда он говорит о переделке теплохода, о суде, о спиливании Звенящего Кедра. Как видно из записи, которую можно просмотреть на сайте Валерия Мухина, говорил он очень тихо. Я сидел на диване, и ничего услышать тогда сам лично не мог. Меня не видно к кадре - я нахожусь за спиной Зиновия Високовского. Но...

Но все эти годы я помнил только один момент... Он постоянно всплывал у меня в голове... Я никак не мог понять, что же значило то, что я постоянно вспоминал, не понимая, как и куда отнести свои воспоминания.

... Когда, после съемок, нас с Александром пригласили к столу, в памяти у меня врезался один фрагмент. Валерий что-то говорил до этого, и на его слова Александр Серов сказал:

– Слушай, но ведь это очень серьезно... Будь осторожен.

Валерий ему ответил:

– Вот именно поэтому я всю свою семью отправил в деревню.

... Это воспоминание всплывало очень часто. Видимо, Анна намекала на это воспоминание. Что бы догадался... Но никак оно не вязалось в голове. Тугодум я. С другой стороны, за это лето Нечитайло засветился сам по полной программе - и я думаю, что это - самое главное! Но, чем дольше я не мог этого понять, тем больше проблем возникало автоматически, от очередных "атак" Нечитайло...

Одно не могу понять - что ему мешало меня просто так, без подставок и сведения с ума, спокойно пристрелить, как сделал он это с Андреем Коробко, как сделал с Валерием Мухиным??? Видимо, боялся откровенно засветиться...)

28.06.93.

Ну а сегодня, естественно, Дергиенко спать не дал. Эпитетов по этому поводу давать не буду. Из-за грохота я встал в 12 часов, поспав всего два часа. Из-за этого мы с ним поругались, я сказал, что всю информацию теперь выдам в Новосибирске.

Еще раз, на всякий пожарный, подошел к Мухину. Все ждем Гонтаровского.

Очень неприятная ситуация, но ничего не поделаешь, нашей вины тут нет. Вместо того, что бы заключать договор заранее, мы два дня убили на доставку шара в Березово, причем Дергиенко палец о палец не стукнул. Он даже не помог (хотя это его прямая обязанность!) при изготовлении защиты.

В шесть к нам в каюту No 77 зашел Мухин и сказал, что "нас прокинули". Все шишки упились в умат, на "Патрисе" на поедут, а полетят вертолетом. В семь пришло еще одно известие: Мухин тоже остается! Будет на "Патрисе" тридцатого, в Хантах. В половине восьмого теплоход отчалил в Ханты. Весь вечер с Шуриком снимали виды с теплохода и каюты.

29.06.93.

Наконец-то

наступило какое-то облегчение. Шар на корабле, плыть еще сутки, решить или обсудить что-то дополнительно нет возможности. Но, все-таки, работа нашлась на весь день, вечер и ночь. Сразу после обеда подошли к капитану Павлу Ивановичу и вместе с ним, под его техническим руководством, произвели съемку машинного отделения, радиорубки, капитанской рубки, палуб корабля.

Потом снимали по просьбе ребят-матросов всю их компанию. Шурик заснял на 50 минут. Пока посмотрели, поужинали, то да се, время уже двенадцать. Стали снимать бар. А после - импровизированное интервью с девчонками из бара - с Леной и Натальей. Как и в предыдущие дни, легли в четвертом часу.

P.S. Пожалуй, наиболее удачное за весь день - это интервью.

(*При съемках этого интервью я выступал как ведущий некой передачи. Задавал разные вопросы. Тогда Лена и говорила что-то о проблемах с отцом. Но не помню я этого подробно, и запись та осталась на кассете Александра. Я года через два спрашивал его об этих записях. Он сказал, что все уже стер.)

30.06.93.

Встали с Шуриком в десять. Корабль уже пришвартован в Ханты-Мансийске. Нам оставили завтрак, так что голодные не остались. Светит северное солнце, "по южному", жара градусов 35. На небе ни облачка. С Шуриком полезли на знакомый, предварительно разведанный утес, сняли панораму. В порту стоит 7 кораблей: "Михаил Калинин", "Николай Масленников", "Тобол" (Тюмень), "Генерал Карбышев" (Омск), "Космонавт Гагарин" (Омск), "Патрис Лумумба", "Римский-Корсаков" (Омск). Жара выпекает все силы, приползли, как варенные мухи. После обеда пошел один в штаб правления (хотя должны были идти с Инной Приваловой, но она не смогла - еще не все пассажиры заселились). Скаканина не оказалось - сказали, что у него умер отец. В итоге поисков оказалось, что уже есть 2 шара (АХ-6) (*класс шаров, то есть трехместные) из Москвы, фирма "Цитрон", причем договор подписан еще в марте. Тем более, что для полетов есть только одна площадка - стадион. То есть, ловить тут нечего. Вернулся на катер в семь, договорился насчет ужина, и с Шуриком поехали их снимать, то есть шар москвичей. Вернулись в десять, поужинав в каюте. Около двенадцати засняли хрусталь бара. Хотели переписывать видеокассеты, но Инна и Татьяна Валентиновна сильно хотели спать, поэтому и мы пошли ложиться, хотя уже вошло в привычку засыпать в четыре. Но не тут-то было. Вся команда перепилась, и Саша (*но не Александр Ларьяновский, другой Саша) устроил такую драку, такой дебош, что полная коррида. Лене (*другой Лене, не дочери Валерия) пришлось ставить укол внутривенно (досталось и ей), у ней была жуткая агония. Примерно такой же приступ был и у Ирины, жены Саши, которую он бил, из-за чего все и началось. Это апокалипсис длился до шести. (Даже была милиция).

P.S. Кстати, перед корридой впервые искупались в Оби в Ханты-Мансийске.

1.07.93.

На завтрак нас подняла наша соседушка Таня, в половине девятого. Шурик не встал, мы с Серегой позавтракали и опять улеглись. Встали в половине первого. Ругань продолжается: все на нервах (если они еще остались), поэтому достаточно малейшей зацепки, чтобы начался фальцетный крик. Сергей после обеда уехал в аэропорт узнать все о билетах обратно. Ждем Мухина, переписываем аудио и видеокассеты. Все должно проясниться вечером. Вечером Мухин не появился. Ситуация, как серпом по яйцам. Такой нервотрепки (хотя с Дергиенко я ожидал всего, так и получилось) не ожидал даже я.

Нужно срочно ехать, но мы уехать не можем даже в принципе. В итоге решили, что Дергиенко уезжает завтра утром, а мы до вечера ждем Мухина. Татьяна Валентиновна выдала ему 30 тысяч на дорогу. Мы потихоньку доснимаем бар, иногда делаем съемки матросиков, девчонок. Я окончательно заболел: сильно болит горло, не могу глотать, говорить, хотя температуры нет. Москвичи сегодня на пристани вечером запускали шар. Стоит идеальная погода полный штиль. Лучше не придумаешь.

2.07.93

Сергей (*Дергиенко) ушел в 5-30, я его проводил. Весь день хожу, как вареный - болею на всю катушку. Весь день валялся, чего-то куда-то ходил изредка. Интересная и грустная новость: ночью сняли с корабля "Михаил Калинин" капитана Длинкова Александра Ивановича за пьянку. Была водная инспекция, вахты на корабле не было, а сам капитан был пьяный в умат. У него вырвали все три талона, сообщили в Москву. Теперь ему дорога закрыта в речпорт на два года, а потом, если он захочет, вся лесенка предстоит с самого низа, чуть ли не от матроса до капитана. Но ему уже около пятидесяти. Так что все. Днем, около одиннадцати, около камбуза, была еще одна драка: Надежны (которая живет с Леной, напротив нас) с маленькой Надей. Надя была пьяная, с топором прыгала на Надежду, ее не могли успокоить трое человек. Опять доктору пришлось ставить сильнодействующее успокаивающее. Со всей команды Мухина Татьяна с Инной взяли подписку о запрете выпивки (сухой закон) до тех пор, пока будут туристы на корабле.

Мухин появился в шесть вечера: приехал из Березово на "Метеоре" вместе с Ларисой и Володей. За этот вечер нужно решить уйму вопросов - об оплате, перегрузке шара на "Калинин", о фильме, о перспективных планах на осень. А кроме нас, у него еще уйма дел. Неизвестно, где и как его ловить.

В десять подошел, он был занят.

С половины одиннадцатого до часу ночи с охраной (Вадим-хохол и Сашка-офицер) записывали концерт Боярского на пристани.

Вернулись. До отправления осталось 4 часа, а вопросы не решены.

(Кстати, до концерта я встретился по совету Мухина с зав. отделом культуры Дукшаном Николаем Александровичем, но тот только пальцы гнул и щеки надувал, говорил, что решать все вопросы надо только с ним, но по Березово он отослал к Гонтаровскому, которого нет!)

В итоге в два часа ночи выяснилось, что:

– шар не перегружен;

– вопросы не решены по поводу оплаты;

– не решены вопросы по приезду на праздник 400-летия Березово и 40-летия Березовской нефти и газа.

Поэтому решили идти на "Патрисе" до Березово и там окончательно все решать, а также завтра (т.е. уже сегодня) перегружать шар на "Калинин".