За гранью джихада
Шрифт:
– Вот и прекрасно. Ладно, сейчас это меня не очень интересует. – Я развернулся и пошел к дверям. Уже открывая дверь, на секунду задержался и усмехнулся: – Да, совсем забыл! Скажи моей сестре, если она вдруг спросит, что я очень… очень торопился! Может быть, вернусь к обеду. Или к ужину. Если дела окажется срочными, то утром. После завтрака…
Ринго я нашел на пристани, неподалеку от грузового терминала, где он слонялся в компании себе подобных. Есть в Виго несколько «деловых» мальчиков. Они из тех, кто оперирует пациентов без наркоза и скальпеля. Как правило – испанской навахой, где-нибудь на окраине города, в подворотне. Ближе к закату. Будь я на месте шерифа, то давно бы выбросил их из города, но Стив
«Старик» Ринго заметил меня и кивнул на таверну, расположенную неподалеку. Через несколько минут он не спеша попрощался с приятелями и лениво, держа руки в карманах, отправился к приземистому зданию.
Таверна была обычным портовым кабачком, расположенным на пересечении улицы, ведущей от ворот терминала, и набережной. Днем здесь обедали служащие, работающие в порту, а по вечерам захаживали рыбаки, чтобы пропустить пару кружек пива перед сном.
– Доброе утро, сеньор Шайя, – кивнул мне Ринго.
– Ты меня искал?
– Да, у меня есть небольшая новость для вас.
– Даже так? Говори.
– Вас ищет один человек. Он вчера прибыл с конвоем.
– Кто такой?
– Не знаю. Судя по его виду – американец. Лет пятидесяти. Он не молод, – парень щелкнул пальцами, – но это опасный парень. Поверьте мне на слово.
– Да, ко мне в лавку заходил какой-то гринго. Правда, меня не было.
– Мое дело – предупредить…
– Спасибо. – Я кивнул и поднялся.
Когда вышел на улицу и повернул в сторону грузового терминала, меня окликнули по имени. Повернулся и увидел нашего городского священника. Отец Климент, так его звали. Это высокий, черноволосый мужчина с худым лицом и стальными пальцами. Сильный мужчина. Даже удивительно, при его-то худобе. Жители его обожают за просветительскую деятельность. Он из тех, кто может несколькими словами успокоить буяна и унять женскую истерику. Как говорит Стив Бальмонт: «Не будь падре таким ярым церковником, половина мужчин превратилась бы в рогоносцев». Тут Бальмонт прав, и это не преувеличение! Женская половина нашего городка без ума от отца Климента.
Наши отношения с этим священником можно назвать странными. Мусульманин и католик, которые встречаются, чтобы посидеть за бутылкой вина или партией в шахматы. Иногда, зацепившись за какой-нибудь исторический факт, спорим о Библии и Коране. Наши споры бессмысленны и, как правило, бесконечны. Я не настолько религиозен, чтобы искать в этих разговорах какой-то богословский смысл, а падре достаточно мудр, чтобы не изобличать мою необразованность. Это скорее сравнительный анализ, не более.
– Доброе утро, падре!
– Добрый день, Карим!
– Керро говорил, что вы меня искали?
– Да, – он кивнул, – заходил сегодня.
– Что-то случилось?
– Мы давно не виделись. Хотел тебе напомнить, что у нас одна незаконченная партия в шахматы.
– Помню, – усмехнулся я и развел руками, – думал, что вы уже сдались.
– Не в этот раз. Зайдешь сегодня?
– Увы, но сегодня никак не получится. Сестра приехала, и дел по горло.
– Кто понял жизнь, тот не спешит. Отложи дела на несколько часов. Надо поговорить.
– Стряслось что-то серьезное?
– Да, можно сказать и так. Я бы не хотел афишировать эту проблему.
– Даже так…
– Полагаю, что да. Кстати, это касается Матео и его матери.
– Черт побери…
– Да-да… – Он еще раз кивнул и попрощался. – Жду тебя вечером.
– Хорошо, падре.
15 год по летоисчислению Нового мира
Виго
– Карим!
– Майкл?!
Вот
это встреча! Передо мной стоял Майкл Беннет. Да, тот самый оружейник Ордена, с которым мы десять лет назад отбивались от банд в Аламо. Последний раз встречались в Порто-Франко. Случайно столкнулись на несколько минут и даже поговорить не успели. Если память не подводит, то это было лет пять или шесть назад. С тех пор он немного погрузнел, но взгляд – такой же. Изучающий, слегка насмешливый и немного настороженный. Он, как и прежде, излучает силу, которая незнакомых людей настораживает. Загорел, но выглядит молодцом, как и в былые годы. Широкополая шляпа, рубашка, расстегнутая до живота. Потертые джинсы и светло-коричневые армейские ботинки с высоким берцем. Из кобуры выглядывает кольт правительственной модели. И все так же жует табак, не изменяя ни вкусам, ни привычкам.– Ты все такой же, старина!
– Да и ты не изменился, старый развратник! – сказал он и захохотал.
– Так это ты меня искал?
– А кто же еще? Или тебя тут постоянно разыскивают? Узнаю Карима Шайя! Вечно кому-нибудь дорогу переходит! Рассказывай, кому успел на хвост наступить?
– Вроде таких нет, – пожал плечами я и, усмехнувшись, добавил: – Среди живых. Просто мне уже сказали про какого-то хмурого гринго, который ходит по Виго и пугает своим видом моих осведомителей.
– Ты уже «оброс шерстью»? Личные осведомители и все такое?
– Работа такая…
– Да, слышал, что ты забросил оружие на полку и начал делать безделушки для девушек.
– Майкл, я уже стар! Годы уже не те, чтобы бегать за дамочками и на свидания. Теперь они сами приходят ко мне в мастерскую. Этот вариант меня больше устраивает.
– Ты совсем не изменился. – Он ткнул меня кулаком в бок и усмехнулся. – Ну что же – может, это и к лучшему.
– В смысле?
– Долго объяснять, – отмахнулся он. – Какие у тебя планы на вечер, старина?
– Пока никаких. Есть одна встреча, но думаю, долго не задержусь.
– Тогда давай сделаем так. – Он проводил взглядом женщину, которая прошла мимо нас, и хмыкнул. – Хороша чертовка! Хм… Когда освободишься, заходи в гостиницу, рядом с банком. Посидим, поговорим, кое-что обсудим.
– Договорились.
Ближе к вечеру я наскоро перекусил с семьей сестры. Выслушал ее дежурные претензии о «непутевом брате, который уже постарел, но так и не поумнел», что-то промычал на рассказ ее мужа о его бизнесе и отправился к священнику.
Падре Климент жил рядом с костелом. Это меньше чем в десяти минутах ходьбы от набережной. На небольшом холме, лет десять тому назад, был возведен костел. Рядом с ним появился небольшой домик для священника. Он жил в одиночестве, если не считать прислуги. В хозяйках у него – карга неопределенного возраста и вида. Если вы встретите ее вечером, то легкий шок вам обеспечен. Она похожа на ведьму из сказок братьев Гримм.
Так как по вечерам можно легко нарваться на неприятности, то вдобавок к пистолету с небольшим ножом взял еще и автомат. Наброшенный на плечо «калашников» с двумя магазинами, скрепленными изолентой, – привычная картина для этих мест. Нечто похожее на трость или зонтик для старосветского джентльмена: можно обойтись и без этого, но желательно прихватить. Зачем? На случай плохой погоды.
На удивление, дверь открыла не старая карга, а сам священник. Мы прошли в гостиную, где и устроились в креслах за небольшим журнальным столиком.
Обычная комната приходского священника. Два шкафа с книгами, шахматный столик с незаконченной партией, распятие на стене и буфет.
– Карим, – начал он, – ты слышал, что русские начали воевать с мусульманами?
– Воевать? Если не ошибаюсь, там обычная пограничная свара. С тех пор как чеченцы поселились к югу от Амазонки, эти конфликты не прекращаются.