Чтение онлайн

Не поспоришь, нравы здесь крутые.

И пожалуй парень прав (или кто там ему в голову эту мысль вложил), по местным понятым купец и торгаш значения хоть и близкие, но не синонимы.

Оставив по правую сторону неглубокий, но очень длинный котлован, машина зашелестела колесами по черной ленте свежего асфальта.

Асфальта.

Асфальта!

Да я тут асфальт видел только на Базе Ордена и паре улочек Порто-Франко.

А в Демидовске он просто положен, чтобы ездить.

– Богато живем, - усмехнулся Рыжий, разглядев мою реакцию.
– Уже бы давно всю

Промку заасфальтировали, но Орден весь битум выгребает подчистую.

– И зачем Ордену столько битума?

– Как зачем, дороги строит.

– "Ну да, строит. Вот только где? Лично я о таком даже не слышал. А оно есть", - подумалось мне, но свои мысли я привык держать при себе.

Но окончательно меня "добил" не асфальт, и даже не редкие дорожные знаки, а подвешенный над перекрёстком светофор, подмигивающий желтым светом.

– Первый в этом мире, - со смесью гордости, удовлетворения и причастности к чему-то по-настоящему великому, пояснил Рыжий.

Но я пропустил его реплику мимо ушей, пялясь на желтый зрачок светофора, отражающийся в мутном боковом зеркале машины, как Бандерлог на Каа.

Проскочив затихающую к ночи стройку, машина притормозила у забора с надписью "Карантин". Не глуша мотор, ибо в виду дефицита новых аккумуляторов заводится грузовик исключительно с кривого стартера, Рыжий высунулся в окно и поинтересовался у кого-то за забором.

– Геха, новенькие были на карантине?

– Были, но их в один день на поселение определили.

– А куда?

– А хрен его знает. Тебе кто конкретно нужен?

– Как твоя жена выглядит?
– уже уточнил у меня Рыжий.

– Высокая, красивая, выглядит слегка по-восточному, при ней БТР и злющая овчарка.

Рыжий перечислил приметы.

– Была такая, фифа манерная, - не слишком тепло отозвался Геха.
– Ее этот - длинный, бородатый, который стройкой командует, к себе забрал.

Узнаю Ким, это точно про нее.

А вот длинный, бородатый.......... Не будем раньше времени думать о людях плохо и предвзято. Хотя грызет червячок ревности.

– Знаешь, куда ехать?

– Знаю, возил туда доски не так давно.

Двадцать минут спустя груженый кирпичом грузовик скрипнул тормозами на перекрестке возле небольшого - домов на двадцать поселка.

– Который дом его, наверняка не скажу, но где-то тут, это точно.

– Буду искать.

– Бывай тогда, и так я с тобой кругаля дал. А завтра, между прочим, выходной, намекнул Рыжий.

– Да не вопрос, - извлекаю из рюкзака и передаю рыжему литровую колбу первача и шмат одурявшее пахнувшего копчёного сала.

– Вот это подгон, - сглотнув слюну, оживился Рыжий.

– Да на здоровье.

Рыжий не ответил, натружено лязгнув рессорами, грузовик попылил в сторону города. Видимо я ему изрядно надоел, но просто высадить меня он не решался.

– Ну, блин!!! И как я про тебя забыл?

Из кузова грузовика выпорхнула крупная птица с ярким изумрудным оперением. Сделав круг над перекрестком, нахохлившийся Птиц спикировал на мое плечо.

– Тяжелый зараза, вроде ты в горах таким не

был. И чего тебе на природах не сиделось? Оставался бы в посёлке у реки. И когда ты успел в кузов забиться?

На радостях от попутки в город, я напрочь забыл товарища по приключениям. Птица она конечно птица и есть, но все равно не хорошо. Не по-товарищески.

Настроенный на поскандалить, недовольный птиц имел схожую оценку моего поведения, всем видом демонстрируя, что после всего пережитого, мы с ним были, чуть ли не кровные братья. А стали кровными врагами.

– Каюсь.

Больно оттолкнувшись от плеча, обиженный на все прогрессивное человечество, птиц взмыл осматривать окрестности.

От большака до первых домов поселка пара минут хода.

Из-за пологих широких крыш, и обрамляющих дома террас, те кажутся излишне приземистыми. Основательные, из камня с кирпичным обрамлением углов и проемов. И домики попроще, без затей обшитые доской внахлест по деревянному каркасу.

Банальные полисаднички из жердей и столбиков густо перевиты лозой, создавая альпийский колорит и неплохо скрывая дворы от любопытных глаз за живой изгородью.

Земли не пожалели, на широкую дорогу, оконавленную по краям для отвода лишней влаги, и разнеся дома на полсотни метров друг от друга.

Всячески одобряю подобный тип застройки. Земли хватает и нечего друг другу в окна заглядывать.

Кстати об окнах. Точнее о столбах вдоль дороги. Столбы, стоят аки солдатики на плацу. А проводов нет.

Через прикрытые ставни окон пробивается какой-то особенно уютный свет керосиновых ламп. От домов тянет запахом еды (не скажу, что всегда приятным). Этот запах смешивается с запахом свежего дерева, рыхлой земли, извести и краски. Заметно, что человек пришел сюда совсем недавно и все еще продолжает активно обустраиваться на новом месте.

Вечерняя полумгла свернула работы, и основная масса жителей кучкуется на верандах, отдавая должное ужину и нехитрым развлечениям. Мне попались шахматы, нарды и группка пожилых людей, чинно раскладывающих в преферанс под светом весящей под потолком пузатой керосиновой лампы.

Что характерно - хоть народ и употребляет, однако тихо и весьма умеренно. Но это скорее от контингента, проживающего в посёлке. Со слов Рыжего, тут обитают инженерА, врАчи и прочие мелкие начальники.

Еще удивило - по укатанной щебенке не спеша идет человек в пропыленном рейдовом обвесе, с тяжелым рюкзаком и СВД за спиной (магазин я отомкнул и убрал в карман во избежание недоразумений). И никому до него нет дела.

А вдруг я враг? Непорядок. Товарищи, где ваша бдительность?

Мысли о врагах разом отошли на третий план - я пришел.

Рядом с домом стоит мой шушпанцер и МАЗ Степаныча.

Калитки или ворот в изгороди нет, вместо нее широкий проем - заходи кто хочешь.............. я и зашел.

– Муха, привет.

– Дремлющая на подстилке псина задрала морду и осталась лежать на месте, радостно скуля и размахивая хвостом.

– Не понял. Я что уже не авторитет?

Причина странного поведения Мухи недовольно запищала у нее под брюхом.