За горизонт. Дилогия
Шрифт:
– Не вижу ни хрена!
– нервно кричит Ким.
– И не надо, там смотреть не на что.
Это на променаде джентльмены чопорно раскланиваются, а тут сперва берут друг друга в прицел.
Немцы развернулись в линию, остановились, выскочили и попрятались за пикапами.
За крайним пикапом блеснула оптика.
От греха прячу бестолковку за броню. Что нужно я уже разглядел.
Чтобы не перестрелять друг друга при подобных встречах, местные отвели отдельную частоту для общения между конвоями. Внутри конвоя каждый общается, как ему нравиться, а вот между конвоями строго на отведенной частоте.
До стрельбы, слава богу, не дошло, с немцами мы договорись.
Разобравшись,
Когда дойчи выяснили, что я не понаслышке знаком с географией Рейна, и даже бывал на старой орденской базе гидросамолетов и Посту Найджела вообще полезли браться и пить на брудершафт.
Пили естественно наше, зато прояснили детали дальнейшего маршрута. Главное что узнали от немцев - километров через сто мы должны упереться в основную трассу и русских, которые шерстят предгорья Меридианного хребта.
На том и расстались.
Уже под вечер, обогнув очередной господствующий над местностью холм, натыкаемся на расположение той самой конвойной роты РА.
Позицию броневика на господствующем холме я срисовал метров с двухсот. Да и то, исключительно потому, что привык высматривать нечто подобное.
Ну не верю я, что серьезные вояки, а кого не спроси, маленькая, но очень опасная РА проходит именно по этой категории, не выставят на подъезде дозор.
О! Да у них тут два броневика. Вторая машина притаилась за густой порослью кустов возле свежего ответвления от накатанной основной колеи.
А броневичек-то местного изготовления. Вся броня, которая мне тут встречалась до этого момента, делилась ровно на две категории:
– завезенная из-за ленточки армейская техника,
– местная импровизация по части кустарного бронирования полноприводных грузовиков и пикапов.
Тут же изделие почти заводского изготовления, причем явно местного. Ничего подобного в Старом мире не выпускали уже полвека.
В прекрасном и беззаботном советском детстве на летние каникулы родители сплавляли свое чадо с глаз долой - к бабке в деревню. Даже не деревню, а большое село на сотню с лишним дворов.
Из бабкиного дома открывался вид на сложенный из силикатного кирпича сельский Дом культуры, вечно облупленную колхозную управу, а между ними, на невысоком, бетонном постаменте стоит памятник - БА 64.
К 9 Мая бронеавтомобиль приводили в порядок - закрашивали похабные надписи на бортах, подновляли краску колесных дисков и выпрямляли торчащую из башни трубу, имитирующую пулемет. Потом выпрямлять трубу надоело, и вместо трубы вварили лом.
Дальние потомки этого героического бронеавтомобиля и притаились в новоземельной глуши. Сварной бронекорпус, смонтированный на раму армейского УАЗа. Листы бронекорпуса расположены не так рационально, как на их героическом предке, зато двери мехвода большего размера и значительно комфортнее расположены. Сама машина получилась шире, приземистей, хотя скорее это так кажется из-за более широкой базы, с более крупной башней. В дверях и в башне просвечивают узкие, ничем не прикрытые смотровые щели. Лобовые стекла в бою прикрываются бронезаслонками с узкой смотровой щелью. На броневике из детства имелась одна фара, на заре восьмидесятых зачем-то отломанная нетрезвыми аграриями. Здесь же на корпусе разместилась шикарная, прикрытая решёткой люстра из четырех фар, плюс фара-искатель на правой стороне башни. Конструкция продуманная, раскрой бронелистов очень культурный, сварные швы аккуратные, а главное - на бортах черной краской, явно по трафарету выведен номер "17".
Если есть "17" то есть еще как минимум 16 экземпляров до него. И очень возможно, что имеются броневички с номерами "18" и
выше.Если свести все факты в кучу, напрашивается вывод о, как минимум, мелкосерийном производстве.
А что, наши могут - цеха без стен, станки под открытым небом, полная не обустроенность быта, но есть такое слово - НАДО.
Машинке явно пришлось повоевать. На броне красуются "шрамы" пулевых попаданий, левое заднее крыло выдрано с мясом, иначе и не скажешь. Правое-переднее совсем недавно подваривалось, свежий сварной шов еще не успел поржаветь.
Истинно русский агрегат - вроде все просто - на грани примитива, но в тоже время очень эффективно.
Любая машина, не в смысле автомобиль, а в смысле - механизм, это всего лишь инструмент для достижения определённых целей. Вот этот агрегат, хорош здесь и сейчас. Вчера он был избыточен, завтра будет нужно уже что-то серьезнее.
Но, сегодня его звездный час.
Хочу прокатиться на таком аппрете. С детства, можно сказать мечтаю.
– Кто, откуда и с какой целью прибыли?
– на подножку шуша легко запрыгнул усатый дядька.
Хм, три маленькие, защитного цвета звездочки в ряд приколотые к воротнику, какому званию соответствуют? Явно не просто так приколоты, не тот у дядьки типаж, чтобы порожний понт гнать. Дядька очень похож на прапорщика из фильма "В зоне особого внимания" - Волонтир, кажется, его звали. Тот же типаж, только росточком поменьше и седины в волосах изрядно.
– А вы простите, не знаю вашего имени....
– Прапорщик Тимощук, - вклинивается в мой диалог дядька.
– Угу. Здравия желаю, товарищ прапорщик. Следуем в русский анклав на поселение.
– Все русские?
– хмуро интересуется прапорщик.
– Никак нет. Десять человек русских. Семья латиноамериканцев из четырех человек, филиппинец, и доктор - европеец, точнее его национальность не скажу.
– Больные есть?
– Нет.
– Русские говоришь, - прапорщик подозрительно посмотрел на Ким.
– Не хами прапорщик, а то морду расцарапаю, - отреагировала на намек прапорщика Ким.
– Ага, ласцалапает, - обняв Алису за шею, сообщила Рита.
Судя по ухмылке, прапорщик остался доволен ответом.
– Макар!
– откуда-то из кустов резво выскочил лопоухий паренек.
– Сопроводишь в лагерь. Пристрой их рядом с хозяйством "дяди Миши" и пулей назад. Чтоб через десять минут тут, как штык был.
Десять минут - стало быть, ехать всего ничего - вряд ли больше километра.
Жилистый, загорелый и явно любопытный пацанчик поставил ногу на заднее колесо и запрыгнул в шуш.
Распрямится он не успел, сбитый Мухой на тюки с вещами.
Псина с ленцой поставила лапу парню на грудь, ожидая команды.
– Ухты, кавказская овчарка? Кусается? Давай пока прямо, и на развилке сворачивай в правую колею. Жарко ей в такой шубе наверно? А зовут как?
Ничуть не смутился такому радушному приему парнишка.
– Сама приходит. У вас тут, что собаки в дефиците? Муха, на место!
Псина нехотя слезла с паренька и улеглась на свое место.
Я-то в курсе, что с собаками тут напряг. Но если парень хочет поболтать, я готов послушать.
– Да вообще беда с ними, - хлопчик поудобнее пристроил АК за спиной, стрельнул газами на Ким и обустроился около вертлюга с "бреном" - Дик третий сезон с нами ходит, а все остальные больше пары месяцев не живут. Слишком уж тут много всякого ядовитого ползает и скачет. М-да, Дик молодец, кого угодно выследит, и под пули никогда не лезет. С ним и часовых можно не выставлять, никто в расположение не проникнет незаметно. Нет, часовых-то мы, как положено, выставляем, да только Дик всегда первый неприятности обнаружит - поправился парень, и как-то погрустнел, видимо вспомнил, как кимарнул на посту.