Я тебя не люблю
Шрифт:
— Тогда сделай это сама.
Одри испустила тяжелый вздох и кивнула.
— Ладно. После возвращения из города я приду в офис, и ты подробно расскажешь мне, что нужно сделать. Конечно, мне понадобится компьютер и новое электронное оборудование.
— Все уже давно заказано, — коварно улыбнувшись, ответил Грегори.
— Ты сделал это, не посоветовавшись со мной?
Он пожал плечами.
— Я знал, что рано или поздно ты согласишься.
Мысль о совместной работе с Грегори не доставляла Одри никакого удовольствия. Ее худшие кошмары становились явью. То, что он жил здесь, в ее доме, само по себе было достаточно плохо, но до сих пор бульшую
Впрочем, Одри понимала, что перемена пойдет компании только на пользу. Она сама несколько раз говорила об этом матери, но у Элис в одно ухо влетало, а в другое вылетало. Честно говоря, мать только делала вид, что управляет плантацией. В глубине души она оставалась домашней хозяйкой и мечтала лишь о том, чтобы все шло само собой и не причиняло ей хлопот. После смерти Пола и даже после повторного брака Элис хозяйство оставалось в опытных руках Дирка. А Бен не горел желанием уничтожать порядки, заведенные отцом Одри. Что это стукнуло в голову Грегори?
Ну да, он привык совершенствовать деловую политику фирм, но тут было совсем другое дело. Грегори за это не платили. К тому же, хотя половина компании принадлежала ему, однако владелицей второй половины была Одри, и у нее имелось право иметь собственное мнение. И все-таки он принял решение единолично, а она, дура, позволила ему сделать это. Почему дура? Потому что не следовало проводить с ним больше времени, чем необходимо, вот почему.
Она поела в городе, потому что мысль о ланче с Грегори была нестерпима. Его близость все еще возбуждала Одри. Когда утром он пришел пить кофе, она чуть не предложила ему лечь в постель и заняться любовью. Она тосковала по его телу! Это было настоящим безумием, и все же Одри ничего не могла с собой поделать.
Если бы она не позволила ему прикоснуться к себе... Если бы не ответила на эти прикосновения... Если бы... Беда заключалась в том, что ей не дано справиться с собой. Ее словно запрограммировали. Она ощутила тягу к нему сразу же, еще в первую минуту знакомства. Это было написано ей на роду.
Когда она ехала с Дирком в ресторан, то клялась забыть Грегори и думать только о приятном вечере. Но все оказалось тщетно. Перед умственным взором Одри стоял его образ и отказывался исчезать.
Ей не хотелось, чтобы Дирк прикасался к ней. Несколько раз он спрашивал ее, что случилось. Когда она отвергла его в очередной раз, Дирк с горечью спросил:
— Это Грегори, верно? Ему не нравится, что ты уехала со мной. Он пытается вбить между нами клин. Хочет избавиться от меня и сам руководить бизнесом.
— С какой стати?
— Потому что все еще любит тебя.
— Чушь! — с жаром воскликнула Одри. — Он хочет зарабатывать деньги, только и всего. Грегори недостаточно того, что дела идут хорошо. Он стремится увеличить прибыль. Наверно, решил переплюнуть Хендриксов.
— Хендриксов? — насмешливо фыркнул Дирк. — Этой фирме уже сто шестьдесят лет.
— И их марка известна всему миру. Мы с тобой знаем, что это невозможно, но Грегори уперся как бык. У него мания величия. Новой компьютерной системой дело не ограничится, он мечтает расширить бизнес. И не остановится, пока не станет самым крупным производителем сигар в Южной Африке.
Она не слишком грешила против истины. Грегори был человеком целеустремленным. И всегда добивался того, чего хотел. Что
в бизнесе, что в любви.Вернувшись домой, Одри оставила Долл с Бесс и не торопясь пошла туда, где ее ждал Грегори. Она надеялась на то, что Дирк тоже будет в офисе, но фортуна оказалась не на ее стороне.
Когда она вошла в кабинет, Грегори лихорадочно листал очередной гроссбух. Перед ним лежал блокнот, испещренный каракулями. Услышав негромкие шаги Одри, он поднял голову и улыбнулся.
— Ага, вот и ты... Ну что ж, начнем.
Какого черта он улыбается? В этом нет ничего хорошего. От этой улыбки ее гормоны начинают беситься, тело тянется к нему, голова... Нет! Долой эти мысли! Речь идет о деле. Нужно держать себя в руках.
Ага, как же... Одри не находила себе места. Сидеть рядом с Грегори, объяснявшим, чего он хочет, чувствовать прикосновения его бедра — более частые, чем необходимо, — слышать голос, вспоминать, как он пользовался им в постели, когда занимался с ней любовью, было выше ее сил.
— Ты уверена, что поняла меня?
Одри заставила себя вернуться к действительности. Она никак не могла сосредоточиться. Этот человек знал ее как облупленную. Сначала они были любовниками, потом стали мужем и женой. А теперь им снова грозила опасность стать любовниками.
Как же это случилось? Разве Грег не сам выгнал ее из дому? Одри была уверена, что с тех пор его отношение к ней ничуть не изменилось. На это он был неспособен. Просто пользовался представившейся ему возможностью. Он — мужчина с горячей кровью, нуждающийся в сексе. О том, что такой мужчина способен долго сохранять целомудрие, не может быть и речи. А поскольку других подходящих ему женщин здесь нет...
Так почему же она, зная все это, с готовностью отдалась ему? Потому что тоже нуждалась в сексе? Черта с два! Если так, то почему она не переспала с Дирком? Как ни крути, ясно одно: ей нужен только Грегори.
— Одри...
— Ох, извини. Ты что-то сказал?
— Думаю, на сегодня достаточно.
Слава тебе, Господи!
— Пойдем домой. — Грегори поднял руки, потянулся и выгнул спину, расслабляя затекшие мышцы. Голубая рубашка туго обтянула его мускулистый торс. Внезапно Одри захотелось прикоснуться к нему, ощутить кончиками пальцев эти тугие мускулы...
Проклятие! Она тряхнула головой и отодвинула стул. Нет, нужно взять себя в руки. Нельзя позволять, чтобы это продолжалось.
— Где Долл? — спросил он.
К счастью, наваждение исчезло.
— У Бесс.
— Я съезжу за ней. А ты пока отдохни. Прими душ. После возвращения я займусь бассейном. Скоро он нам понадобится.
— Не надо, — быстро сказала Одри, прогоняя мысли о том, что ей придется плавать с Грегори. Оставаться с ним наедине полуобнаженной, видеть его великолепное тело и показывать ему свое... — от этих соблазнительных картин по коже бежали мурашки.
— Но это доставит мне удовольствие. Долл умеет плавать?
— Конечно. Элис начала учить Долл плавать еще тогда, когда девочка не умела ходить. Малышка плавает как рыба. Она будет счастлива, если сможет снова пользоваться бассейном. — А Грегори не спустит с сестренки глаз, мысленно еще добавила Одри. В этом она не сомневалась. Можно не доверять себе, но никак не ему.
Грегори сдержал слово. Он спустил из бассейна грязную воду, долго орудовал лопатой и пылесосом, пока дно и борта не засверкали на солнце, почти как зеркала. Одри не понимала, откуда он брал силы. Она устала от одного лицезрения его подвигов.