Шрифт:
Александра потратила почти целый день на магазины, хотя и составила накануне список необходимых покупок. Предпраздничная суета вовлекла ее в свой водоворот, и она долго бродила, разглядывая груды товаров и выбирая подарки.
Наконец, забив салон своей машины свертками и коробками, она направилась домой. Только ей показалось, что она преодолела все заторы на дорогах, как попала в новую пробку.
Светофор упорно смотрел на нее красным глазом, не пуская вперед. Находясь в правом крайнем ряду, Алекс устало поглядывала на снующих мимо нее прохожих. Вдруг ее взгляд выхватил из толпы знакомую женскую фигуру, развевающиеся огненного цвета волосы
Женщина энергичной походкой приближалась к машине Алекс. Неожиданно она посмотрела в ее сторону, и их взгляды встретились. Алекс уловила в ее глазах смятение и испуг. На секунду задержавшись, женщина резко повернулась и пошла в обратную сторону, унося с собой тяжелые воспоминания Алекс.
Посмотрев вперед, Александра увидела радостный зеленый свет светофора и облегченно вздохнула. Скоро она будет дома!
1
Телефон зазвонил, когда Алекс, уложив близнецов, спускалась по лестнице. Недовольно ворча, она крепче прижала к себе шестимесячного Джеми и сбежала по ступенькам в холл. Поднеся руку к телефонной трубке, она вдруг остановилась, увидев свое отражение в зеркале над столиком для телефона. Господи, на кого я похожа! – с досадой подумала она. Закрученный на макушке узел светлых волос съехал набок, выбившиеся из него пряди намокли и в беспорядке свисали вдоль раскрасневшегося лица и шеи, на голубой блузке темнели мокрые пятна – следы купания трех малышей. Да еще Джеми определенно стремился усугубить общую картину, дергая за пуговицы в попытке добраться до ее груди. Он никогда не страдал отсутствием аппетита и как всегда проявлял нетерпение.
– Нет. – Александра мягко, но решительно отцепила пальчики малыша от блузки. – Подожди. – Она поцеловала сына в пушистую головку и сняла трубку, все еще хмуро глядя на свое отражение.
– Алло? – рассеянно спросила она. Поглощенная другими мыслями, Алекс не заметила короткой паузы перед тем, как на другом конце провода прозвучал осторожный ответ:
– Алекс? Это Аманда.
– Привет, Мэнди! – От приятной неожиданности выражение лица в зеркале смягчилось, и Алекс вдруг осознала, какой у нее был сумрачный вид. От этого она снова нахмурилась, на этот раз озадаченно, подумав о том, что в последнее время это происходило с ней слишком часто.
– Джеми, подожди немного, пожалуйста, – сказала она дергающему ее блузку малышу.
Он недовольно посмотрел на мать, и та, поддразнивая, ответила ему нарочито сердитым взглядом, в то время как ее синие глаза светились любовью. Быть может, он был самым своенравным и капризным из троих детей, но она обожала его, как, впрочем, и всех остальных. Да и могло ли быть иначе, если каждый раз, когда она заглядывала в эти серые, с сизым оттенком глаза, ей казалось, что это Дэйв смотрел на нее?
– Разве твои отпрыски еще не спят? – недовольно спросила Аманда.
Она не скрывала, что дети раздражали ее. Мэнди была олицетворением светской женщины. У нее не было времени для детей. Высокая, стройная, рыжеволосая, изысканная – она шагала по жизни совсем не так, как Алекс – жена, мать, хозяйка дома. При этом Аманда оставалась лучшей подругой Алекс, хотя, возможно, в этом утверждении таилось некоторое преувеличение. Скорее, она была единственной подругой, с которой Алекс поддерживала дружескую связь еще со школы. Да и из всех приятельниц только она жила сейчас в Лондоне, как и Александра. Остальные обосновались на родине, в Чешире.
– Двоих уже уложила, сейчас буду укладывать третьего, – объяснила Алекс. – Джеми надо покормить, но он может подождать, – добавила она, чтобы умиротворить Аманду.
– А Дэйв? – спросила Аманда. – Он уже дома?
Почувствовав в тоне подруги еще большее
неодобрение, Алекс улыбнулась. Аманда и Дэйв не ладили между собой. Каждый раз, когда им случалось оказываться в одной компании, между ними словно проскакивали враждебные искры.– Нет, – ответила Алекс и добавила улыбаясь: – Можешь спокойно обзывать его, как хочешь. Он не услышит.
Это была шутка, причем не новая. Александра всегда позволяла Аманде изливать свою неприязнь к Дэйву, когда того не было рядом. Это давало подруге возможность освобождаться от тех слов, которые она хотела бы высказать ему в лицо, на что у нее никогда не хватало смелости. Но на этот раз в ответ на разрешение последовало странное молчание, и Алекс вдруг почувствовала в легком потрескивании в телефонной трубке необъяснимое напряжение.
– Что-нибудь не так? – резко спросила она.
– Черт, – пробормотала Мэнди. – Да. Можно сказать, да. Послушай, Алекс, я чувствую себя, как последняя сволочь, но ты имеешь право…
Как раз в этот момент на лестнице появилась маленькая фигурка в забавной пижамке, воображающая себя пилотом истребителя, стреляющим из пушек, и заскользила вниз. Джеми, увидев старшего брата, издал вопль ликования.
– Я хочу пить, – сообщил пилот в ответ на вопросительный взгляд матери и «улетел» в направлении кухни.
– Послушай, – нетерпеливо сказала Мэнди, – я слышу, ты там занята. Я перезвоню тебе позже, может быть, завтра. Я…
– Нет! – перебила Алекс. – Не смей вешать трубку! – Она почувствовала, что Мэнди хочет сказать что-то очень важное. – Подожди минутку, я сейчас освобожусь.
Положив трубку на столик, Алекс поспешила за старшим сыном. Невысокая, но изящная, в белых эластичных брюках, облегающих красивые длинные ноги, в белых носках и кроссовках, Алекс выглядела удивительно стройной и подтянутой, особенно если учесть, что она выносила и родила троих детей. Правда, надо сказать, что этому способствовали регулярные занятия в местном спортивном центре плаванием и аэробикой и время от времени игра в бадминтон.
– Пойман с поличным! – заявила она шестилетнему сыну, запустившему руку в коробку с печеньем, бросив на него суровый взгляд, от которого тот залился краской, и нетерпеливо добавила: – Ладно уж, бери, и возьми одно для Кейт. Но никаких крошек в постели! – крикнула она вдогонку, когда мальчик с радостным воплем помчался прочь, боясь, как бы мать не передумала.
Кухня была уютной и просторной – настолько просторной, что в одном из ее углов поместился сетчатый манеж. Алекс посадила туда Джеми, сунула ему соску и вернулась к телефону.
– Все в порядке, – сказала она, распутывая телефонный шнур, чтобы устроиться поудобнее на нижней ступеньке лестницы. – Ты слушаешь, Мэнди?
– Да. – Ответ прозвучал жестко. – Почему ты не наймешь кого-нибудь, кто помог бы тебе с детьми? – раздраженно спросила Аманда. – Иногда они просто невыносимы!
– Я передам это Дэйву, – пригрозила Алекс, не обижаясь всерьез. Мэнди была лишена материнских инстинктов, с этим приходилось мириться. Александре материнство доставляло радость, и она не стыдилась признаться в этом. – Я предпочитаю, чтобы дом принадлежал только мне. Когда в нем прислуга, чувствуешь себя так, будто у тебя все время гости. Я не могу расслабляться в присутствии посторонних.
– Ну-ну, продолжай расслабляться, – с издевкой сказала Мэнди, – того и гляди, совсем уснешь! Ради Бога, Алекс, когда ты перестанешь строить из себя спящую красавицу и раскроешь глаза?
– Раскрою глаза?
Алекс нахмурилась, совершенно не понимая, что заставило Мэнди предпринять такую атаку. Тяжелый вздох докатился до ее слуха.
– Алекс, – спросила подруга, – где сейчас Дэйв?
– Он задержался на работе, – ответила она, все больше мрачнея.
– С ним это часто бывает в последнее время, не так ли?