Чтение онлайн

– Знаешь, а ведь в никуда тоже есть дорога, - вдруг усмехнулась старушка.
– Просто люди боятся по ней ходить. Но раз тебе все равно...

Женщина подошла к окошку и взяла с подоконника старый потрепанный блокнот и один из облезлых простых карандашей. Присела за стол рядом с Тамарой.

Полистав пожелтевшие от времени странички, старушка нашла, наконец, среди них пустую и что-то коротко на ней написала. Потом выдернула листок, сложила его вдвое и протянула Тамаре:

– Скажешь, что тебя Марьяна прислала. Он все поймет.

Девушка недоуменно посмотрела на старушку, потом осторожно взяла клочок бумаги и, развернув,

прочитала: Белая тонь. Яков.

– Это кто?..

– Узнаешь, - лаконично отозвалась женщина.

– А...
– Тамара вдруг растерялась. Пять минут назад - ей было совершенно безразлично куда ехать, хоть к черту на кулички. А теперь, когда старушка сама предложила дорогу, вдруг засомневалась и почему-то решила, что лучше будет вежливо отказаться. Незнакомое место, какой-то Яков... Да и соседку свою Тамара знала исключительно по приветственным кивкам на лестничной площадке.

– А как туда попасть - я тебе объясню, - продолжила ее фразу старушка, и, внимательно посмотрев на растерянное лицо девушки, с легкой досадой прибавила: - Научись ложиться на воду, Тамара. Ну что ты все время гребешь против течения? И свои силы тратишь и другим покоя не даешь. Сама же сказала - все равно тебе, куда ехать. А раз все равно - чего тогда сомневаешься? Или...
– старушка усмехнулась, - боишься его что ли? Так не бойся! Не съест он тебя! Яша почти мой ровесник.

Девушка неуловимо покраснела и, куснув губу, пробормотала:

– Да ничего я не боюсь. Мне просто неудобно ехать к незнакомому человеку, да еще и без приглашения. К тому же... Что это такое - Белая тонь? Село, наверное, какое-то. И чего я там буду делать?

– Ну, началось!
– всплеснула руками женщина.
– Чего я там буду делать, да как я без приглашения! Отдохнешь, сил наберешься, воздухом чистым подышишь. Твое приглашение у тебя в руках, - она кивнула на уже изрядно помятый от волнения листочек в руках Тамары.
– А что делать - это уж не переживай. Уж кто-кто, а Яков тебе занятие найдет!

Тамара уткнулась лицом в ладони. И действительно - чего она так сопротивляется? Ну не понравится ей эта "Тонь" или как ее там, возьмет и уедет. Ведь никто же ее не держит, никто не заставляет - она свободный человек. В конце концов, вернется обратно, найдет другую работу и станет жить как прежде!

– Простите, - спустя пару секунд девушка вынырнула из ладоней и досадливо потерла лоб.
– Не знаю, что на меня иногда находит. Дух противоречия как будто просыпается. Спасибо вам за адрес. Я поеду туда.

– Ну, вот и славно, - улыбнулась старушка.
– Теперь я хотя бы буду за тебя спокойна. А то в последнее время на тебя смотреть страшно.
– Поймав удивленный взгляд девушки, старушка рассмеялась: - Тамара, оттого, что ты ни с кем не общаешься - существенно ничего не меняется. Мы люди - старые, дети выросли, внуки редко приходят, сил особенно ни на что не хватает. Скучно жить-то. Вот мы и коротаем время за разговорами. Я каждого жильца этого дома не только в лицо и по имени знаю, но и то, во сколько он приходит и уходит, с кем дружит и какие у него проблемы. И не потому, что подслушиваю или специально наблюдаю, а потому что не заметить этого невозможно, особенно когда день за днем происходит одно и тоже...

Чуть улыбнувшись, Тамара покачала головой, но смолчала. Сколько не прячься от мира - прячешься ты от самого себя. А мир просто с насмешкой рассматривает твои неуклюжие

попытки.

Глава 7

– Мяу-у-у-у!!!!!
– в который раз заунывно завел Иней, разрывая злую напряженную тишину противным тягуче-монотонным голосом. И потрепанный жизнью и долгой пыльной дорогой, по которой единственный раз в неделю ходил его старый скрипучий ПАЗик, водитель все-таки не выдержал:

– Да заткнешь ты его или нет?! Слышать эту скотину больше не могу!..

Немногочисленные пассажиры дышащего на ладан автобуса вполголоса выразили свою солидарность с мужчиной.

Тамара искоса глянула на попутчиков. Правильно, она бы тоже возмущалась. Кот орал на одной ноте уже два часа подряд, и людей это мало радовало, особенно если учесть, что подобный концерт Иней закатывал уже третий раз за дорогу.

Самого кота Тамара тоже, как ни странно, понимала. В Белую тонь они с ним пытались добраться четвертый день кряду. Причем сначала на поезде, потом на маршрутке, а теперь вот на этой старой развалине.

Девушка за это время прокляла все на свете, в том числе и свою порывистость, заставившую ее сорваться с места, бросить дом и работу и нестись на край света, неизвестно с какой целью. Кот все это время, видимо, проклинал хозяйку.

В поезде он вел себя еще более-менее прилично и тихо, в отличие от соседей, начавших отмечать свой отъезд еще на вокзале и сопровождающих поездку тостами, песнями, звоном граненых стаканов и бесконечными предложениями присоединиться к празднику всех пассажиров несчастного плацкартного вагона. Тамара, мысленно отправляя попутчиков в разные интересные места, на каждой станции выпрыгивала вместе с Инеем на перрон, чтобы развеяться и глотнуть свежего, не отравленного перегаром, воздуха. В благодарность кот покорно терпел и неудобную сумку и паек из сухого корма и даже громкогласных соседей, периодически пытающихся его достать и потискать.

Но в маршрутке кошачьему терпению пришел конец - его укачивало. И небольшой полуторачасовой переезд от вокзала к задворкам маленького городка прошел под отчаянный вой, царапание сумки и шипение. Конечная остановка на небольшом пустыре, откуда ходили автобусы в районные центры и дачные поселки, показалась Тамаре избавлением.

Пока они ждали свой рейс - одетый в шлейку кот даже погулял по травке возле лавочки, где Тамара мрачно пыталась перекусить купленными еще на вокзале пирожками и перелитым из стаканчиков в небольшой термос кофе. Но как только девушка попробовала запихнуть разомлевшего от свободы питомца обратно в переноску - тот отчаянно засопротивлялся, искусав и исцарапав ей руки и оставив на щеке три красные набухшие полосы.

Появление же на остановке единственного автобуса, к которому чуть позже отправилась хозяйка, ругая вполголоса его, жизнь и тяжелую сумку, и вовсе повергло Инея в горькое и беспросветное уныние. Что он в свое удовольствие и выразил, закатив пассажирам концерт еще до отправления рейса...

Теперь встрепанная и исцарапанная Тамара задумчиво покусывала губу, размышляя над тем - высадят и с котом прямо здесь, посреди пустынной, пыльной степной дороги или провезут еще метров триста и высадят уже там - в небольшом лесочке, виднеющемся впереди.