Вторая попытка
Шрифт:
Вот только Сэма уже не будет. И Сара...
– Но это же невозможно!
– почти закричал Евгений.
– Неужели все было зря?! Дэн, черт возьми, посоветуй что-нибудь умное, ты же знаток древних обычаев!
– Да при чем тут древние обычаи!
– с досадой отмахнулся Дэн.
– Кто и когда сказал доброе слово про свободный астрал? Их считали вампирами, зомби... кем еще? Так что согласно древним обычаям действовал как раз Гуминский!
Евгений трудом удержался от грубости. Бессилие - и свое, и чужое! всегда возмущало его. Он с дикой почти безумной требовательностью оглядел всех по очереди:
...Этот взгляд был невыносим - и наверное именно поэтому Веренков откликнулся на него. Он заговорил медленно и осторожно, как наверное, беседовал когда-то со своими пациентами.
– Пока нельзя уходить: надо дождаться Юлю. Если с ней все в порядке, она должна сама выйти сюда. Или ты...
– Он неожиданно запнулся, словно боясь называть Евгения по-прежнему.
– В общем, ей не запрещено выходить из зарослей?
Евгений вздохнул. Выходить из зарослей Юле не запрещено - но если она чувствовала, что здесь происходило...
Он вспомнил кошмарные минуты, проведенные в страховочной системе... и вдруг с нарастающим страхом подумал, что Юле тогда тоже могло стать плохо!
– Но я не знаю, где ее искать!
– с отчаянием выкрикнул Евгений.
– Мы же не договаривались, как встретиться...
Инга быстро подошла к нему и легко встряхнула за плечи, прекращая истерику.
– Успокойся!
– ее голос звучал неожиданно строго.
– Как бы Юля ни была напугана, она должна отозваться на твою эманацию! Надо просто подождать немного...
Евгений невесело усмехнулся: да, пока можно только ждать! И вдруг неожиданно подал голос Сергей:
– Я, конечно, не уверен... Но мне кажется, я знаю, где она прячется...
К нему ошарашенно повернулись все разом:
– Что?! Что ты сказал???
Сергей откровенно смутился, даже испугался немного - но взял себя в руки и попытался объяснить, избегая слишком уж подробных воспоминаний:
– Я видел ее рано утром, во время поисков. Но... Ну, в общем я не стал никому о ней говорить. Она пряталась...
– К юго-востоку от центрального корпуса, - неожиданно вмешался Веренков.
– На поляне, за кустами крушины...
Сергей подскочил и уставился на Веренкова, как на привидение:
– Господи, вы-то это откуда можете знать??!
Веренков прищурился и с каким-то неуместным мальчишеским самодовольством отозвался:
– Да уж так, знаю... откуда-то!
Евгений встрепенулся, заулыбался - впервые после страшной встречи на лестнице.
– Вот видите, а вы не верили!
– В его голосе больше не было ни испуга, ни тревоги.
– Я же говорил: не может все это кончиться просто так!
...К зарослям крушины отправились все вместе. Оставлять Валерия возле проклятого здания никто не захотел - и Сергей, не дожидаясь просьб, взвалил неподвижное тело на плечи. А Сара с удивившей всех осмысленностью сама догнала уходящих и ухватилась за руку Дэна. Тот невольно вздрогнул но ничего не сказал...
Идти было далеко, и Евгений уже успел засомневаться - действительно ли Юля еще там? Конечно, Сергей видел ее... но когда это было!
Наконец они свернули с аллеи на едва заметную в зарослях тропинку. Идти стало тяжелее: ноги
скользили в траве, цеплялись за жесткие стебли. Евгений с сочувствием оглянулся на Сергея - не надо ли ему помочь?– но тот понял и решительно помотал головой.
...Тропинка сделала очередной поворот - и впереди показались густые заросли молодых елок. А на их темном фоне отчетливо виднелся знакомый силуэт...
– Юля!
Странно было, что она не спешит навстречу, а терпеливо стоит между деревьев в ожидании... как хозяйка, встречающая на пороге гостей!
Странное сравнение, вдруг пришедшее в голову, словно бы и в самом деле что-то объяснило! Евгений невольно укорил шаги - как будто и в самом деле был запаздывающим гостем... и почувствовал, как точно так же заторопились остальные.
– Ну, скорее же!
– выдохнула Юля, приподнимая колючие ветки и пропуская друзей вперед.
– Скорее, я не могу больше держать...
"Что держать?" - смятенно подумал Евгений, но ничего не спросил. Потому что здесь, в этой сырой горько-пряной темноте ельника, нельзя было нарушать тишину. По крайней мере, пока... пока что?!
...Он огляделся. В тесном пространстве между деревьями едва хватало места для восьми человек - но никто даже не пытался снова раздвинуть ветки. Это место казалось отгороженным от остального мира... вот только надолго ли? Почему так спешила Юля?
Сара, словно бы впервые почувствовав себя в безопасности, выпустила руку Дэна. Валерий, разумеется, даже не шевельнулся, когда Сергей опустил его на землю. Повисла странная пауза - и безуспешно было вглядываться в зеленый полумрак, надеясь увидеть в нем разгадку происходящего.
Да, здесь был уместен сон или безумие! Но те, кто рисковал бодрствовать в этом мире... зачем они здесь оказались, что должны были сделать?! Все молчали, пытаясь что-то понять - или просто приспособить свои ощущения к неожиданной реальности! А природа, время или собственные чувства немилосердно смеялись над заблудившимися людьми...
...Солнечный свет, пробивающийся сквозь зелень, постепенно становился холоднее, рассеяннее - и словно бы сливался воедино с горьким запахом травы и тихим шорохом сухих иголок под ногами. Окружающее обретало странноватую, но несомненную завершенность: теперь можно было говорить и двигаться, не боясь нарушить неустойчивое равновесие...
Пятое время года! Иной мир - или иное восприятие мира?
– Пятый - выпадающий из ритма!
– серьезно сказала Юля, первой нарушив затянувшееся молчание.
– Пятое время года, пятое время суток... Неучтенное мгновение, делай что хочешь!
– Что?
– быстро повернулся к ней Евгений.
– Что это значит?
Юля не успела ответить: вместо нее неожиданно заговорил Дэн.
– Здесь много энергии типа "может быть".
– Он замолчал было, но почувствовав непонимающие взгляды, попытался объяснить: - Этот сад все время находится в ожидании, как бы вне времени и вероятности. Ведь с тех пор, как участок купила СБ, здесь решительно ничего не происходило, и только взрослые люди очень серьезно играли в интересные игры...
Сергей невольно поежился: ничего себе игры! Но спорить не рискнул - в этом странном и уже немного знакомом мире были свои законы и свои слова. Дэн тем временем продолжал: