Чтение онлайн

– А, как мы ее в аэропорт переправим? – спросила Степановна, опустив нас с небес на землю, – за ней сейчас такая охота, она двух кварталов от сюда не проедет. Тем более после сегодняшнего ее похищения. Да, кстати, хорошо, что я тоже шифруюсь и барьеры умею ставить не чета твоей соседке, да и сил у меня побольше будет. Ведьмачество отбирает сил много, очень много, когда силы используют себе на пользу, а вот когда используешь в помощь другим людям, сила подпитывается положительными эмоциями. Ну этому тебя в школе обучат. А там и сама определишься, что тебе ближе.

– А, почему на меня охота идет, – спросила Рыжик и было видно, что этот вопрос уже давно вертится у нее на языке.

– Ну,

девочка моя, ну конечно же из-за твоей силы. Я бы, и сама на тебя поохотилась не приди ты ко мне за помощью. Такой силы дар многие бы хотели себе заиметь, и я не прочь. Не пугайся, у меня свой дар не хуже. Но, помимо, дара и силы, лакомый кусочек – это твоя молодость. Можно просто забрать отведенные тебе годы, а можно и в тело твое юное переселиться. Вот за тобой охота и идет. Соседка твоя поди рассчитывала именно в тело твое переселиться, когда дар проснется. Жила рядом и поджидала часа. А этот ведьмак, нарцисс твой, только бы твои жизненные силы прихватил, а тело за ненадобностью бросил. Ну и дар бы забрал с амулетом – уж очень сильная безделушка, да полезная очень. Медальон, этот, что мама тебе сделала, как мог оберегал тебя – делал совершенно невидимым твой дар для других ведающих, но и другая у него сторона есть. Кому ты сама его добровольно вручишь, тот твой дар, силу и жизнь твою возьмет. Такова суть всех оберегов. Древняя магия – хочешь оберегать дар – назови цену. И обычно цена не малая. Чем сильней оберег, тем сильней его обратная сторона. Так, что береги его, не снимай, никому не отдавай.

Катюша подсознательно прикрыла ладошкой место где висел оберег, хотя под рубашкой его не было видно.

– Вы говорите, что он скрывает от всех мой дар, а как же он его увидел.

– Это как нитку в иголку вдеть: пока близко к глазам не поднесешь иголку с ниткой фиг увидишь ушко. Так же и тут. Он видно увидел сначала оберег у тебя на шее, а уже потом разглядел твой дар присмотревшись получше.

– Зачем ему оберег мой нужен, если он просто невидимым дар делает.

– Ну, чего свой дар на всеобщее обозрение выставлять. Все видят кто ты, что ты можешь. А тут интрига. Как в шапке невидимке ходить. Делай, что хочешь, никто внимания на тебя не обратит.

Катюша аккуратно вытащила оберег из-за ворота. И снова на него посмотрела.

Такой, как всегда. Обычный кусочек железа, видно, что расплавленный, но плохо обработанный. А вот камешек. Она не знала, что за камешек. Простой, маленький, прозрачный, как слезинка, или роса на листке.

– Да, да, именно он. – продолжала рассказывать Степановна, жадно поглядывая на оберег, – знаешь, что за металл?

Катя отрицательно помотала головой.

– Самый обыкновенный расплавленный гвоздь. Только гвоздь с не обычного места. Гвоздь из столба на котором сожгли ведьму. Самую обыкновенную ведьму. Вся сила ведьмы ушла в маленький кусочек железа. Этому оберегу цены нет, и силу того, кто носит усиливает. А вот слеза матери и делает твой дар не видимым.

Тут Катерина и расплакалась. Я подскочила, обняла ее, нежно поглаживала по спине. Степановна вышла на балкон и снова закурила. Темная тень снова мелькнула за окном. Когда рыдания стали тише, и слезы стали заканчиваться Степановна с балкона скомандовала:

– Иди в ванну, помойся, умойся, вода она всю боль снимет, грусть и печаль смоет. Лина тут в шкафу на верхней полке полотенца чистые выдай ей. А я в шкафу у сына в комнате поищу, по-моему, они, когда с девушкой приезжали она не все забирала с собой, что-то и здесь оставила. Найдем, тебе в чистенькое переодеться.

Я открыла шкаф, на верхней полке лежали стопкой полотенца, взяла два верхних, проводила

Катерину до ванны.

Она всхлипнув, сказала «Спасибо» и закрылась. Я чуть постояла, услышав, что зашумела вода вернулась в комнату.

Степановна уже сидела за столом поглаживая свою Берту.

Глянула на меня.

– Так, надо будет мне завтра с утра съездить к ней домой, все там подчистить и вещички прихватить. Собралась то она впопыхах, а у меня вещей девичьих мало будет. Пойдем у Алешки в комнате пороемся, что-нибудь да найдется.

Мы пошли в комнату, напротив. Младший сын Степановны бывал у матери редко, приезжал с подругой своей по праздникам, или к ней на день рождения. Поэтому комната выглядела запущенной. Большой кожаный диван, шкаф во всю стену и синтезатор. В шкафу нашелся миленький халатик, ночнушка – такая длинненькая футболка, две обычных явно женских футболки, джинсы и короткие шорты.

– Так, надеюсь на сегодня ей хоть что-то пригодиться, а завтра я привезу, что у нее дома найду. Лина, надо придумать как мне до нее доехать. Такси, что ли взять.

– Зачем такси? – удивилась я, – Сашка обещался помогать ей, щас позвоню, спрошу, когда он завтра свободен. Он и дорогу знает, и поможет вещи донести.

– Это который ее сегодня привез? Твой бывший коллега? – улыбнулась Степановна.

Я кивнула в ответ. Набирая в это время Сашкин телефон. Объяснив, что Степановне надо Катеринины вещи забрать, что она ее у себя на время оставляет, договорились с Сашкой на 11 часов утра.

– Вот, Сашка как всегда рад помочь попавшей в беду девочке, – прокомментировала я наш с ним разговор.

– Это хорошо, хоть посмотрю, как она жила, если получится краем глаза гляну, что за соседка с ней обитала, что она из себя представляла. Подчищу если понадобится, ну и закрывать буду, прослежу, чтоб стороной обходили. Пустовать то квартирка долго будет, а времена у нас сейчас не спокойные.

Я согласно кивнула.

– С поездкой в Бухарест сегодня же реши с мужем. Визу я на себя возьму, с этим проблемы не будет. А ты разузнай кто еще летит с ним. Было б не плохо, если б женщина с ними летела. Попроще. Разузнай все. Завтра приеду позвоню тебе будем решать, как мы ее переправим.

– Не страшно Вам? Может зря я ее привезла? – опять я начала сомневаться только в слух.

– Нет, девочка моя, все ты правильно сделала, да и не могла ты иначе поступить. А я, что я, старая уже, но еще сильная. Да и если честно, только тс-с-с-с, никому, – она приложила палец к губам, показывая, чтоб я молчала, – Вдруг, потом, когда войдет в свою силу и станет самой важной ведьмой она пожалеет старуху, которая ей помогла в трудную минуту?

И лукаво подмигнула мне. Я усмехнулась.

В комнату зашла Катюша, взъерошенная, мокрая, обмотанная полотенцами. Степановна всплеснув руками, повела ее в комнату сына, показывая найденные вещи. Они чуть приглушенно поприпирались и через некоторое время вернулись довольные друг другом. Степановна накрыв стол скатертью, пошла на кухню, Катюша в длинной футболке, и под одетыми под нее шортами уселась на диван перед столом.

– Вода действительно влияет на меня успокаивающе, – как-то задумчиво сказала она. – Такой день суматошный, столько всего, еле в голове укладывается.

– Ничего, надо принимать все как есть. Мы обязательно постараемся тебе помочь, а ты сейчас поешь и спать иди ложись. Утро вечера мудренее. Не зря народ в древности так говорил.

– Да, да, поешь сейчас и спать, – занося в комнату поднос подтвердила мои слова Степановна, – она поставила его на стол, разложила салфетки, вилки, хлебницу поставила, – сейчас по тарелкам разложу картошку принесу.