Времена грёз
Шрифт:
— Да… и нет. Пока я справлюсь сама. Наверно. Слушай, я оставлю тебе инструкцию на столе, если я задержусь завтра на работе, обязательно выполни все, что я опишу, хорошо?
— Хорошо.
Я ощутила, как сильно нервничает Гемера, но она была настроена крайне целеустремленно, явно что-то задумав. Получив мой ответ, сестра благодарно улыбнулась и, быстро обняв брата, поспешила выйти из комнаты.
Лишь запоздало я поняла, что меня больше всего смутило в ее странном виде. Деревянная рука, которой сестра за счет магии двигала почти как своей, явно не работала, зафиксировавшись в одном положении.
Дочь Иеффая
Если смерть юной девы нужна,
Чтоб отчизна была спасена
От
Мой отец! свой исполни обет!..
Джордж Гордон Байрон
Будильник тихо зазвенел на тумбочке, объявляя о начале нового дня. Потянувшись к нему рукой, я привычно выключила его, садясь в постели.
Тело ныло и сопротивлялось подъему, ленивые веки никак не желали открываться, а вчерашняя прогулка в Храм с последующим созерцанием сада отдавалась сейчас тянущей болью в ногах и першением в горле. Придется выпить немало укрепляющих отваров, чтобы доработать хотя бы до выходных, а о том, чтобы воспользоваться своим положением и оставить архив, не могло быть и речи. Слишком долго я добивалась возможности работать с редкими и древними фолиантами, и не для того, чтобы сидеть дома, пока руководитель разбирает новый объем книг.
Сонно зевнув, я все же встала с кровати и, почти не открывая глаз, прошла в ванную. Там, наскоро умывшись и приведя себя в порядок, я обработала культю специальным лосьоном, чтобы искусственная рука не натирала кожу.
— Госпожа Гемера, завтрак ожидает!
За дверью спальни послышался звонкий голос горничной и ее мягкие удаляющиеся шаги. Поторопившись, я поскорее прошла в комнату и наскоро прицепила деревянную руку. Механизм, удерживающий ее, тихо щелкнул, локоть закололо, и магия тонкой струйкой направилась к полости в предплечье, где ею питался небольшой магический кристалл. Страшно подумать, сколько денег ушло на создание такого протеза, кристаллы сейчас стоили дорого, их места добывания были редки, учиться работать рукой приходилось с нуля, долгими месяцами привыкая к постоянному оттоку энергии. Тем не менее, со временем я получила возможность спокойно работать и заботиться о себе сама, а Таранис, объединившись с мамой, отправил мне из Санктума еще и фарфоровый вариант.
Пошевелив пальцами, я несколько раз согнула и разогнула локоть, и лишь затем начала одеваться.
Спустившись на завтрак, я зашла в залитую солнцем кухню, где витал аромат свежего хлеба и коричных булочек. Кухарка показала мне жестом, куда могу сесть, и, развернувшись к столу, я заметила за ним Каина, допивающего чай. Он выглядел устало, но куда лучше, чем в последние дни. Я надеялась, что он наконец-то выспался.
— Доброе утро, я, кажется, припозднилась.
— Доброе, если хочешь, я могу подождать и подвезти к архивам.
— Нет-нет, не нужно, я все равно сейчас пойду сначала к реставратору, от него что-то нет вестей, хотя в переплет отдавала только одну книгу.
Сев за стол, я дождалась, пока кухарка поставит для меня тарелку с омлетом и еще одну чашку. Дядя кивнул, принимая мой ответ и потянулся к подоконнику, за сложенной на нем газетой.
— Что-то интересное нашлось?
— Еще не знаю, книга была странная, небольшая совсем с желтой обложкой и короной на ней. Она на каком-то другом языке, но руководителю показалась занятной. Правда не настолько, чтобы отнести ее к хорошему мастеру, попросил только привести ее в читаемый вид.
— Жаль, нам бы сейчас пригодились некоторые забытые ритуалы.
— Для академии?
— Конечно, к тому же я хотел попросить тебя пересмотреть некоторые закрытые фолианты, вдруг там будет что-то полезное.
— Навряд ли там есть что-то, чего ты не знаешь, дядя, но я проверю их.
Быстро съев свой завтрак, я посмотрела на часы и разочарованно отметила, что опаздываю.
— Гера, я знаю, что тебе уже пора, но все равно хочу спросить, все ли у тебя в порядке? Гани после отъезда брата был крайне подавлен.
Смутившись, я машинально пошевелила левой рукой, сжимая и разжимая кулак, и пожала плечами.
— Я скучаю по Мому, но по тому, что защищал нас с Гани, а не этому чудовищу. Сейчас это просто чужой человек.
Ощутив, как глаза предательски защипало, я поторопилась как можно
спокойней улыбнуться и спрятаться за чашкой чая. Каин, видимо, ни на йоту не поверив этой пантомиме, встал с места и присев рядом со мной, протянул руку.— Вижу, что ты храбришься, но пожалуйста, не забывай, что ты здесь не одна и всегда можешь рассчитывать на мою помощь.
Отставив напиток, я повернулась к дяде и вложила ладонь в его руку, чувствуя, как горят мои щеки. Такое ощущение, будто я ребенок, скрывающий болезнь ради поездки в цирк, и как бы я не старалась, взрослые всё равно видят, что что-то не так.
— Спасибо.
Улыбнувшись мне, дядя мягко сжал ладонь, собираясь встать, но я в порыве чувств, подалась вперед и обняла его за шею.
— Гера?
— Ты тоже не забывай отдыхать и заботиться о себе.
— Я постараюсь.
Обняв меня в ответ, Каин отстранился и посмотрел на часы.
— Так, мне пора, постараюсь не задерживаться сегодня и успеть на ужин, и ты тоже не перерабатывай зря. Знаю, как сильно Суидем любит оставлять тебя до ночи перебирать пыльные тома в закромах архива, вместо того, чтобы возиться в них самому.
Клятвенно пообещав вернуться домой вовремя, я попрощалась с дядей и допила чай.
Сонные утренние улочки столицы встретили меня прохладным ветром и замерзшими лужами. Угрюмые и строгие дома из коричневого и красного кирпича в обрамлении пока еще голых ветвей деревьев смотрелись отчужденно и неприветливо. Серое небо над головой и не думало поделиться солнцем, хмуро взирая вниз, и словно бы передавало свое настроение первым проснувшимся жителям Кадата, мерно бредущим по своим несомненно важным делам.
Закутавшись плотнее в шерстяное пальто, я поправила шарф и свернула к более старому району города, стуча по мостовой небольшими каблуками сапог. До лавки реставратора путь был недолог, хотя место, где он обитал не слишком пользовалось популярностью у горожан. У реки, там, где заканчивались более-менее приличные здания, отстроенные одними из первых еще при создании Храма, начинался целый ряд древних деревянных домиков, служивших когда-то рыбакам и прачкам. Двух-трехэтажные самострои, плотно прилепленные друг к другу, с низкими потолками и мелкими окнами, образовывали довольно странный лабиринт на обоих берегах Каара. Изначально, насколько я знаю, их использовали как временное убежище, пока создавался центр столицы. Рабочие организовывали стихийные рынки, хранили провиант и разделывали рыбу в простеньких хибарах, но затем город поглотил реку, ловля почти прекратилась, а вода перестала подходить даже для стирки. Какое-то время Каар, как и всякая городская река, представляла собой рассадник инфекций, куда сплавлялся мусор, помои и черт знает, что еще, от чего жизнь в домах рядом была почти невыносимой. Район заселили бедняки, отщепенцы и изгои, без возможности найти себе жилье подороже, а Ньярл, занятый защитой Кадата от оборотней, долго не обращал внимания на проблему, пока эпидемии, то и дело вспыхивающие в этом районе, не заставили его принять хоть какие-то меры. Не имея возможности выделить людей для очистки реки, он предложил жителям самим заняться этим, выделив куратора и освободив от уплаты за жилье каждого, кто принимал участие в работе. Таким образом, всего за пару недель Каар был очищен, а потомки тех горожан жили в этом месте до сих пор, используя возможность не платить за землю, на которой достраивались и перестраивались эти старые деревянные дома.
Сейчас, слепленные между собой здания, разделенные мощеными дорожками кварталов, часто не имели даже номерных отметок, называясь просто по перекресткам улиц. Помимо этого, все мелкие закоулки и сами улицы назывались так, как их обозначили жители этих мест: квартал Ред-Хук соседствовал с улицей Адриана, почтовый бульвар напротив дома Пикмена и впритык к ведьминому переулку.
Стараясь не заворачивать в наиболее темные закоулки кварталов, я свернула к Бликер-стрит и прошла к темной лавке старого оружейника. Там, миновав массивные двери и маленький тамбур, я поднялась по лестнице на второй этаж, заставленный пыльными коробками и бесхозными вещами. В узком неосвещенном коридоре что-то быстро мелькнуло в дальний угол, но, памятуя о коте реставратора, я постаралась не обращать внимания на малозаметную тень. В конце концов не хватало еще и наступить на него в этом и без того захламленном пространстве.