Чтение онлайн

– Да, отец, – оцепенело ответила Крайер. – Я сделаю всё, что ты просишь.

Эзод наконец снова посмотрел на неё, и его глаза блеснули в свете костра.

– Я рад, – сказал он, – что вырастил такого послушного ребёнка.

* * *

После разговора с отцом Крайер написала письмо, в которое вложила всю душу. Она не выйдет замуж за Кинока. Она больше не будет подчиняться решениям отца.

Слова выходили из-под её пера без особых усилий, даже зашифрованные

Удовлетворившись написанным, она некоторое время смотрела на влажные чернила, слегка подула на страницу, чтобы высушить их, затем вложила зелёное перо в конверт, запечатала его воском и отдала одному из отцовских посыльных.

– Доставь его, – сказала она с улыбкой, представив хитрое выражение, которое появится на лице королевы Джунн, когда она получит это письмо по прибытии в Варн. Королева поймёт, что у неё появился союзник. И вместе они одолеют сказочного волка.

Подруга,

ты сказала мне, что страх – это способ выживания.

Надеюсь, ты права.

Среди нас действительно бродит волк, и нам надо действовать сообща, чтобы выследить его. Если он убьёт снова, добычу разделят трое. Двоих найдут с красной кровью на руках. Чтобы найти третьего, смотри вперёд; он ближе, чем ты думаешь.

Во время нашего последнего разговора ты сказала: “Нужна всего одна умная лиса, чтобы победить тысячу человек".

Признаюсь, хотела бы я быть этой лисой.

В эти дни тени стали длинными. Скоро ночи начнут поглощать нас целиком. Я всегда боялась зимы, но сейчас больше, чем когда-либо.

Лиса

16

Гвардейцы провели Эйлу через недра дворца: по лабиринту западного крыла, затем через деревянную дверь и вниз по беломраморным ступеням, которые казались бесконечными, и чем дальше они спускались, тем холоднее и сырее становился воздух вокруг. Её уводили под землю. Эйле не удавалось унять дрожь в руках, даже немного. Они были так глубоко под землёй, что тут можно было кричать во всю глотку, но все звуки поглотят грубые, уродливые каменные стены и темнота.

Неужели её ведут на смерть прямо здесь и сейчас?

Она подумала о своём преступлении – свернуться калачиком рядом с миледи, в её постели. О чём она думала? В тот момент после яростной ссоры со Сторми, страха и замешательства она пришла туда, не думая и не задавая вопросов. Ноги сами привели её к Крайер.

Может быть, это потому, что Крайер так долго была объектом её мыслей и навязчивых идей? Задолго до того, как она стала её служанкой? А теперь одержимость начала выходить наружу, уже не такая простая, как желание убивать, теперь временами окрашенная желанием чего-то другого?

Желанием, которое Эйла просто не могла выразить.

Чувство вины и стыда взорвались внутри, и она чуть не согнулась пополам, её стошнило, но гвардейцы крепко держали её и продолжали вести вперёд, в темноту.

По крайней мере, напомнила она себе, она кое-что

Крайер упомянула кое-что важное, потенциально очень важное.

У Кинока есть “особый компас". Если бы это было что-то другое, она бы не придала этому значения: компас и компас; он указывает на север и всё.

Но особый компас, который носит Хранитель Железного Сердца, – это нечто другое.

Они свернули за угол к другой лестнице. Один из гвардейцев отпустил её руку из-за узости лестничного пролёта, и она инстинктивно потянулась к знакомой тяжести ожерелья, но пальцы не нащупали ничего, кроме кожи.

Нахмурившись, она ощупала вокруг горла, потом волосы (ожерелье иногда путалось в волосах, пока она спала), а потом вокруг воротника рабочей формы. Ничего. Она проверила нижнее бельё. Ничего. Оно также не зацепилось за внутреннюю сторону рубашки.

Если страх был холодной водой, то паранойя – льдом. Она расползлась по коже, как иней по оконному стеклу.

Она потеряла ожерелье – самое простое и самое ужасающее объяснение. Пропало её ожерелье – пропала единственная вещь, которая у неё была, из-за которой её (и Бенджи) могли убить. Она потеряла ожерелье. Когда? В спальне Крайер только что, когда гвардейцы выволокли её из постели? В коридорах до этого?

Если кто-нибудь его найдёт?

Если оно выведет их на неё?

Бенджи.

Погружённая в свои мысли, Эйла чуть не влетела в спину гвардейцу, когда они наконец спустились по ступенькам. Было так темно, свет факелов падал далеко друг от друга на влажные каменные стены, что она не заметила каменную дверь, пока кто-то не отпер её изнутри.

Кинок зажёг единственную лампу, и Эйла едва сдержала удивлённое ругательство – она ожидала увидеть тюремную камеру, но вместо этого её привели в кабинет Кинока.

Комната, о которой упоминала Малвин.

Именно то место, которое ей нужно было найти.

Она знала, что где-то в этом кабинете находится сейф, в котором могут храниться секреты Кинока. Сведения о Железном Сердце.

Может быть, даже тот самый компас, о котором упоминала Крайер.

Какой бы больной и напуганной она себя ни чувствовала, оказаться здесь было определённо удачным стечением обстоятельств.

Она прошла вслед за гвардейцем через каменную дверь в маленькую комнату, устланную таким количеством ковров, карт и гобеленов, что почти ничего не было видно на полу и стенах.

"Это специально, чтобы заглушить звук," – подумала Эйла и стиснула зубы.

Гвардейцы закрыли за ней дверь, и она осталась наедине с Киноком.

Он сидел за большим письменным столом у стены, поверхность которого была завалена бумагами, книгами, картами. Чернильница и перо. Рядом с ним книжная полка, заставленная книгами в кожаных переплётах. Все они были толстыми и древними на вид, корешки украшены тиснёными золотом названиями, длинными строками слов, которые Эйла не могла прочесть, и...